Все статьиВсе новостиВсе мнения
Стиль жизни
Спецтемы
Красивая странаРейтинги фокуса
Не надо бояться низких жанров, — Павел (Паштет) Белянский

Не надо бояться низких жанров, — Павел (Паштет) Белянский

Писатель Павел (Паштет) Белянский — об особенностях работы сценариста, о политике издательств, мешающей появлению новых украинских авторов, и о том, как судьба дала ему шанс воспользоваться багажом, накопленным за 40 лет жизни

010

Два года назад, когда я познакомился с Павлом Белянским, он был известен как человек, который работает на кладбище: Павел владеет небольшой фирмой, изготавливающей надгробья. Эта профессия и владение слогом позволили ему довольно быстро стать заметным в соцсети. С тех пор Белянский приобрел ещё три статуса: писатель, издатель, сценарист.

Первой книжкой, которую написал Павел, стала детективная повесть "Стоматолог решает жениться". Выглядела она перспективно: была мысль, что прочитают, заметят и зайдёт речь о публикации и экранизации. Начиная писать "Стоматолога", автор отдавал себе отчёт в том, что это может быть серия книжек. Выкладывал главы из повести в ЖЖ. Там не "зашло": "Читатели хвалили, но они всегда хвалят, ведь на тебя подписываются люди, которым нравится то, что ты пишешь".

Второй шанс выпал, когда Павел стал завоёвывать популярность в Facebook. "Вновь начал выкладывать главы "Стоматолога", и со мной захотела встретиться режиссёр и волонтёр Наташа Наумова. Ей показалось это интересным, и она отвела меня на канал "2+2".

Каналу был нужен сценарий сериала. Белянский легко подписался на эту работу, и вскоре понял, что это было смело: многому пришлось экстренно учиться. Павел, например, вспоминает, как с хронометром в руках смотрел какие-то сериалы, чтобы понять, сколько в среднем длится одна сцена. Однако со сценарием справился: в 20 сериях "Стоматолога" поместились пять историй о его герое. Параллельно Белянский работает над книжной версией: уже выпущены две повести серии, третья дожидается своей очереди, ещё две — в процессе написания. "Герой тот же, его друзья — те же, та же клиника, персонал. Истории разные. Чем закончится, не скажу", — усмехается он.

КТО ОН


Писатель, сценарист, издатель, работник кладбища

ПОЧЕМУ ОН


5 февраля на канале "2+2" стартует приключенческий сериал "Стоматолог", снятый по сценарию Белянского

Через ЖЖ на экран

Трудно писать сценарий по своей книге?

— Непросто. Прежде всего потому, что у меня не было опыта написания сценария. Я был слишком самоуверен, когда заявил, что легко справлюсь с этим. Думал так: книжки я тоже писать не умею, но написал же, значит, и сценарий осилю. Но сценарий — совершенно другой жанр со своими законами.

В чём отличия?

— Он более подробный, к тому же в нём всегда несколько сюжетных линий развиваются параллельно. Есть чёткие законы, как правильно раскрывать персонаж. Не могу сказать, что я их полностью изучил, но мне помогли редакторы. Сейчас я смотрю на первый вариант и понимаю, что он был очень наивен. Например, сценарий серии на 48 минут состоял лишь из семи или восьми сцен.

Вот это было сложно. Сложно было понять, что в сорок лет ты полный ноль. В сценарии практически нет выдуманных персонажей, я таких людей наблюдал в жизни — с этим было просто. А вот правильно выстроить историю, чтобы она зацепила, развесить все эти необходимые зрительские крючки — очень нелегко.

Тот, кто читал книгу, узнает её в сюжете сериала?

— Обязательно. В сценарии больше героев. Когда я писал книгу, меня больше интересовала героиня. Герой, хоть и доминировал, был зеркалом, в котором отражалась история её жизни, был таким инструментом, который вытаскивал наружу все её скелеты. Он, как стоматолог, бормашинкой поковырялся в её прошлом и всё достал, вскрыл её, как зуб, — смотрите, сколько здесь накопилось всевозможного дерьма. Книжка в эту сторону, сериал — больше в сторону "Стоматолога", он более мужской, в сюжет введены друзья героя, которые характеризуют его как человека. Как случилось, что у него в друзьях гинеколог и бандит? Что должно быть у него за спиной, чтобы так произошло?

Интересно было смотреть сериал?

"Часто в сериалах картинке не хватает воздуха: всё снимается в одних и тех же павильонах, офисах, больницах, коридорах, и всё это кочует из сериала в сериал. Мне это очень не нравилось"

— Я несколько раз присутствовал на съёмках, смотрел отдельные сцены, что-то смонтированное, но полностью готового материала не видел. Всё, что подглядел, было интересно смотреть, понравилась актёрская, режиссёрская работа. На площадке у меня возникали ощущения шизофреника: актёры играют, а я понимаю, что именно такими и представлял своих героев, именно так они должны произносить эти фразы.

То есть угадали?

— Такое попадание! Кастингу — отдельное спасибо.

Немного жаль, что всё снимается в быстром темпе, но это касается в целом нашего кинопроизводства. Конечно же, нельзя сказать, что это идёт на пользу, но таковы сейчас законы жанра, невозможно съёмки растягивать надолго, всё всегда упирается в бюджет. Пострадал ли от этого "Стоматолог"? Сколько я бывал на площадке, общался с актёрами, режиссёрами, всей съёмочной бригадой, могу однозначно сказать: эти ребята сделали всё, отдавались процессу целиком. Я редко бывал на площадке, но каждый раз убеждался, что группа работала с позитивной самоотдачей.

Часто в сериалах картинке не хватает воздуха: всё снимается в одних и тех же павильонах, офисах, больницах, коридорах, и всё это кочует из сериала в сериал. Мне это очень не нравилось, я старался разнообразить действие другими локациями, причём так, чтобы это работало на сюжет. Мне кажется, получилось.

На мой взгляд, цикл кладбищенских рассказов — перспективный материал для экранизации. Что-то предпринимаешь в этом направлении?

— Открою страшную тайну. Сейчас проданы права книги "Я работаю на кладбище" одному продакшену, а я уже отдал первый драфт на вычитку сценария полного метра.

Мытарства автора

Виктор Пузанов рассказывал, что когда возник вопрос об издании твоей дебютной книжки, выяснилось, что издательства предлагают кабальные условия. Можно подробнее — как они пытаются поживиться за счёт автора?

— Они предлагают очень низкий процент роялти по проданным книгам. 15% — шикарные условия, это значит, что тебя уже хорошо знают, 25% получают мегазвёзды после личных договорённостей с владельцем издательства.

Для автора неважно, сколько книжек издательство продало в рознице. Деньги платят от минимальной продажной стоимости, а она какая-то очень минимальная оптовая — точно вполовину ниже розничной, а, скорее всего, разрыв ещё больше. Условно говоря, если книжка стоит 500 грн, её автору посчитают по 150. И, наконец, деньги тебе начнут выплачивать только с того момента, как продастся какое-то определённое количество книжек: сделали тираж 1,5 тыс. книг, как только их продали, с 1501-й тебе пошли отчисления. Сколько они могут продаваться?

"Я помню случай, когда издатель дал автору 50 гривен, сказав, что это единый платёж, зато они берут его книгу. Потом, если будут допечатывать тираж, можно будет вернуться к вопросу о гонораре"

К тому же у начинающего автора могут забрать права вообще на всё: перевод, экранизацию, продажу в другие страны прав на печать книги. Если плохо читаешь договор, могут забрать и образ твоего героя. Ты начнёшь писать вторую книгу, используешь его, а тебе скажут: "Не-е, чувак, нельзя". Мне это дико не понравилось.

У меня была абсолютная уверенность, что в итоге "Стоматолог" будет сериалом. Может быть, потому что у нас, в Украине, есть вакуум подобной литературы. Эта ниша есть, она востребована читателем. Он хочет купить что-то лёгкое на четыре поездки в метро, получить удовольствие от того, что это написано нормальным языком. Но такого лёгкого чтива почти нет. Раз пустует такая классная ниша, давайте я её займу.

Для меня это был эксперимент, детективов никогда не писал. Потому, наверное, страшно расстроился, когда на "Стоматолога" не обратили внимания в ЖЖ, не стал дальше писать.

Я это говорю к тому, что, когда начал общаться с издательствами по поводу книжки, всем говорил: "Ребята, это хорошая крепкая история с возможностью её экранизировать". В ответ слышал: "Класс, чувак. Десять процентов".

В итоге решил открывать своё издательство. Оно того стоило?

— Однозначно. Не знаю, смогли бы договориться с другими издательствами авторы, которых мы печатаем: Мартин Брест, Костя Чабала, на подходе книга Алёхина. Наверное, смогли бы, это авторы с большой Facebook-аудиторией, нормальный процесс её монетизации — продажа книг. Но другой вопрос, насколько классно у них бы это вышло, смогли бы они получить все свои деньги.

То есть, побывав в шкуре начинающего автора, ты попробовал изменить правила игры?

— Да. Я каждый раз представляю себя на его месте и пытаюсь сделать так, чтобы мне было комфортно.

На вашем сайте сказано, что вы готовы принимать рукописи на рассмотрение. Шлют много?

— Шлют много.

Как часто попадается что-то достойное?

— Достойного мало. Пока есть только один такой пример: автор — незнакомый мне человек — написал очень интересную историю на хорошем, крепком, образном украинском языке. Удивительно, что это дебют.

Очень хочется открывать новых авторов. Когда с рукописями приходят воевавшие парни, чаще всего издатели отказывают им, говоря, что это неинтересно и неперспективно, плохо продаётся, лучше написать какую-нибудь фантастику. А нам интересно. Ни я, ни мой партнёр не были на войне из-за проблем со здоровьем, но мы считаем, что это наш небольшой фронт, мы так помогаем ребятам адаптироваться здесь.

Но вы же это делаете не только ради благотворительности.

— Конечно, мы коммерсанты, мы должны зарабатывать. Если не будет доходов, мы не сможем вытаскивать кого-то следующего. Выплачивая гонорары авторам, мы подталкиваем их к тому, что нужно продолжать писать. Деньги, которые они получают, не космические, но они нормальные.

Я, кстати, помню случай, когда издатель дал автору 50 гривен, сказав, что это единый платёж, зато они берут его книгу. Потом, если соберутся допечатывать тираж, можно будет вернуться к вопросу о гонораре. С таким подходом, конечно, никто писать не будет.

Изменилось ли твоё мнение о том, что писательским трудом в Украине прокормиться невозможно?

— Понимаешь, какая ситуация: если бы все издательства были достаточно лояльны к авторам, не хотели делать 200–300% наценки, плюс государство поддерживало бы издательства, не пыталось вводить законы, запрещающие печать книги на иностранном языке, а, наоборот, снижало налоговую нагрузку, всё было бы иначе. Принимайте книги, объявляйте питчинги, пусть люди приносят рукописи, а какая-то коллегия их вычитывает. Да, наверное, часть денег где-то растворится, но часть останется. Сначала будет трудно, придётся контролировать издательства. Ничего, мы этим займёмся, мы люди активные. Но давайте же что-то делать. Если бы всё это происходило и каждый автор понимал, что с одной книги он может себе обеспечить хотя бы полгода передышки, чтобы придумать следующую, это было бы уже хорошо.

Но пока не так. У нас сейчас напечатано всего 12 книг, ещё четыре в работе. Это капля в море. В Украине больше двухсот издательств, и у меня возникло ощущение, что мы раздражаем большинство издателей, играя не по правилам. В сетях нас нет, в литературных обзорах о нас не пишут.

Но ведь "14 друзей хунты" выстрелила.

— Стрельнула, да. На Львовском форуме ни в одной номинации, где решения принимают какие-то литературные деятели, "14 друзей хунты" не проходят. Но там, где вопрос решают читатели своими голосами, мы побеждаем. Это понятно, ведь за полгода 2017-го было продано 4 тыс. тиража этой книги.

"Нужны бандиты? Пожалуйста. Я их знаю самых разных, бери и пиши. В моём чердаке много разных людей, у меня историй о них — бездна. Хорошо, что судьба даёт шанс пользоваться этим багажом"

Для литературного мира нас нет. И ладно, зачем нам идти проторённой дорожкой, которой уже прошли 200 издательств? Мы пойдём своим путём. Возможно, мы не очень понимаем этот бизнес из-за отсутствия опыта. Но у нас и шор нет.

Ты вскользь упомянул о языковом вопросе. Как сегодня работается русскоязычному автору в украиноязычной среде?

— Одно время я сражался, пытаясь доказать, что не верблюд, а писать на русском — это нормально. Быстро понял, что борьба бессмысленна. Хотите видеть мои книги на украинском языке? Переводите, я всегда за. Я пишу на языке, на котором думаю, которым владею максимально хорошо. При этом мой ребёнок ходит в украинскую школу, я согласен с тем, что украинский должен быть языком нашей страны. Просто пишу я на русском, вот и всё.

У тебя есть пример такого перевода: "Я работаю на кладбище" опубликована на двух языках. Какую версию больше покупали?

— На русском продано в семь раз больше.

Развлекать с умом

Теперь мало читают, ты говоришь, что 4 тыс. экземпляров — уже явление. Положение можно изменить?

— Недавно видел результаты соцопроса: за прошлый год 51% украинцев не прочитали ни одной книжки. Моё мнение такое: людям нравятся низкие жанры, но это не страшно. Если работать в них правильно, хорошо и грамотно, читателя и зрителя можно воспитать. Возьмём те же сериалы. Первые из них были кошмарными бесконечными мыльными операми с плоскими героями, однотипными диалогами и страшной тягучестью. У людей осталась привычка их смотреть, они привыкли к тому, что это что-то лёгкое, но этот жанр постепенно превращается в высокохудожественное произведение, теперь есть сериалы НВО с серьёзной игрой актёров и глубокими сценариями.

Не надо бояться того, что жанр низкий. У нас же авторы воротят от них нос. В итоге получается дикий разрыв: с одной стороны, кошмарные мыльные оперы, неважно, в литературе или в кино, а с другой — высоколобое кино для фестивальных показов. Середины нет. А над этим 51% нужно спокойно, не торопясь работать.

Не бояться развлекать, просто делать это умно. Чтобы развлечение было не ради развлечения, нужно иметь у себя в голове ещё какой-то второй, третий, четвёртый слой смыслов. Пусть сразу не дойдёт, это нормально, потом читатель или зритель что-то заметит.

Назови книгу украинского автора, которая стала для тебя событием 2017 года.

"Украинский должен быть языком нашей страны. Просто пишу я на русском, вот и всё"

— Из военных книг мне очень нравится "Пехота" Мартина Бреста, и не потому, что мы её напечатали. У него вкусный образный язык, интересные мысли, которые, правда, я не всегда разделяю. А ещё важна такая штука, как вовлечённость: когда читаешь, чувствуешь, что находишься внутри. Мне это напомнило романы Хемингуэя, написанные абсолютно простыми фразами, от которых мурашки по коже пробегают.

Зацепила книга Яна Валетова "1917", я знаю, что буду её перечитывать, для меня это показатель.

Раньше ты выглядел как типичный мелкий предприниматель, которому приходится много работать руками, а в последнее время тебя часто можно видеть в пиджаке. Ты при этом остаёшься Паштетом?

— Я надеюсь. Кстати, кто-то мне писал в комментариях, что Паштет зазвездился. В последнее время меня слишком много хвалят, самолюбие это тешит, немного вдохновляет, но в то же время лишает критического отношения к себе, что плохо. 

Я своим родным говорю: если почувствуете, что звезда упирается в потолок, я начинаю загоняться и общаться свысока, бейте, не стесняйтесь. Пока не бьют, но я боюсь обрести такую черту, как заносчивость.

Ещё два года назад я считал себя очень неудачливым человеком, потому что за свою жизнь сменил с полтора десятка профессий и статусов в них: поработал и охранником обувного магазина, и директором. Себе объяснял это тем, что я из понаехавших: для меня было важнее количество денег, которые получаю, чем то, чем занимаюсь. Не насобираю на аренду жилья, меня прогонят обратно в посёлок Гвардейское Днепропетровской области. Но при этом всегда хотелось и самореализации, потому и швыряло из профессии в профессию. Когда начал писать, а затем взялся за сценарий, оказалось, что весь этот багаж очень пригодился. Мне не пришлось биться над сюжетом, что-то выдумывать. Нужны бандиты? Пожалуйста. Я их знаю самых разных, бери и пиши. В моём чердаке много разных людей, у меня историй о них — бездна. Хорошо, что судьба даёт шанс пользоваться этим багажом.

1
Делятся
Google+
Загрузка...
Подписка на фокус

ФОКУС, 2008 – 2017.
Все права на материалы, опубликованные на данном ресурсе, принадлежат ООО "ФОКУС МЕДИА". Какое-либо использование материалов без письменного разрешения ООО "ФОКУС МЕДИА" - запрещено. При использовании материалов с данного ресурса гиперссылка www.focus.ua обязательна.

Данный ресурс — для пользователей возрастом от 18 лет и старше.

Перепечатка, копирование или воспроизведение информации, содержащей ссылку на агентство ИнА "Українські Новини", в каком-либо виде строго запрещены.

Все материалы, которые размещены на этом сайте со ссылкой на агентство "Интерфакс-Украина", не подлежат дальнейшему воспроизведению и/или распространению в любой форме, кроме как с письменного разрешения агентства.

Материалы с плашками "Р", "Новости партнеров", "Новости компаний", "Новости партий", "Инновации", "Позиция", "Спецпроект при поддержке" публикуются на коммерческой основе.