Свистать всех назад. Почему страну ждет крах, если в Украину не вернутся трудовые мигранты

2019-09-02 08:46:00

1614 20
Свистать всех назад. Почему страну ждет крах, если в Украину не вернутся трудовые мигранты

Фото: УНИАН

Выступая в августе на бизнес-форуме в Турции, Владимир Зеленский пообещал, что украинская экономика ежегодно будет расти на 5-7%. Однако для таких наполеоновских планов существует серьезная угроза: трудовая миграция. «Если нынешние темпы оттока человеческого ресурса сохранятся, - считает советник президента Украины Олег Устенко, - то выполнение амбициозной задачи, поставленной президентом по резкому наращиванию темпов экономического роста, окажется невыполнимым».

Опасность отечественной демографии для заявленных планов и свершений понимает и Игорь Коломойский - главный украинский олигарх, с которым связывают нынешнего главу державы. В вышедшем на днях интервью изданию «Цензор.НЕТ» он сформулировал ключевое задание для Зеленского предельно просто: «Возвращение людей - это его KPI. Если будет 38 миллионов (+10%), значит нужно Зеленского избирать на второй срок. А если будет 35 (такое количество, по мнению Коломойского, проживает в стране сейчас – Фокус), то — ауфвидерзейн».

Родился, пожил, уехал. Если не умер

Первая и единственная перепись населения в Украине проводилась в декабре 2001 года. Тогда нас было без малого 48,5 млн человек. На 1 января текущего года Государственная служба статистики называет цифру почти 42,2 млн. Получается, что за 18 лет украинцев стало меньше на 6,3 млн человек. В это нетрудно поверить, учитывая наши индикаторы рождаемости и смертности. По данным Всемирной книге фактов ЦРУ за 2017 год Украина с показателем 10,3 рождения на 1000 человек находилась на 189-м из 226 мест, в «приличном» окружении – Дания, Швейцария, Лихтенштейн (коэффициент чуть выше), Канада и Беларусь (коэффициент тот же). Это общий бич цивилизованных стран – там, как правило, рожают меньше. Однако у нас совершенно «неприличный» второй показатель – смертности. Вездесущее ЦРУ в том же году подсчитало, что у нас умирает 14,4 человека на тысячу населения (хуже нас дела здесь обстоят только у Лесото (15,0), Литвы (14,6), Болгарии и Латвии - по 14,5). И таким образом выяснилось, что по естественный прирост населения в Украине отрицательный (-0,41%), и страна по этому показателю находится в конце мирового списка – на 220-м месте. 

Однако опираясь на эти неутешительные данные, все-таки трудно сказать, сколько же нас осталось. Госстат, разумеется, имеет свой алгоритм расчетов, но переписи населения это заменить не может.

После выборов в Верховную Раду, когда выяснилось, что явка избирателей составила 49,84%, бывший следователь по особо важным делам ГПУ Галина Климович написала на своей странице в Facebook: «Первое, что нужно сделать новой власти - это срочно назначить перепись населения. Вполне вероятно, что это не низкая явка "ленивых" избирателей в летний период, а их физическое отсутствие… Понимает ли нынешняя "зеленая" команда, что демография - это не только наука о составе и движении населения, но и фактор, который прямо и непосредственно влияет на развитие и безопасность государства?»

В окружении Зеленского это понимали. Потому что начали говорить о проблеме еще до его инаугурации. А в июне представитель президента в Верховной Раде Руслан Стефанчук сказал буквально следующее: «Кабмин и Госстат запланировали на 2020 год проведение переписи. Мы проводили переговоры на эту тему: все упирается в то, что на проведение переписи нужна огромная сумма – до четырех миллиардов гривен.

Еще год назад министр иностранных дел Украины Павел Климкин подчеркивал, что каждый год примерно 1 млн украинцев выезжает за границу. Называя складывающуюся ситуацию катастрофической и прогнозируя: «Мы считаем, что, к сожалению, эта тенденция в ближайшее время сохранится». Эксперт по социальной политике Андрей Павловский, примерно в то же время, довольно в мрачных тонах рисовал демографическое будущее страны: если ничего не изменится, то через 20 лет в Украине останется всего 15 миллионов граждан.

Пока что особых перемен не заметно. Ни в преодолении показателя смертности, ни в массовой миграции. В обнародованном недавно макроэкономическом обзоре Министерства финансов Украины, со ссылкой на данные Минсоцполитики, отмечается, что «за рубежом находятся около 3,2 млн трудовых мигрантов из Украины (данные за 2018 год), что составляет почти 18% экономически активного населения страны в возрасте 15-70 лет».

«Если темпы оттока рабочей силы из страны будут сохраняться на том уровне, который мы наблюдаем с 2014 года, то в 2025 году она буквально обрушится, и страна не сможет выполнять свои социальные обязательства, - говорит Олег Устенко. - Не исключено, что Украине придётся переходить на грузинскую модель назначения одинаковых пенсий, абсолютно полностью не учитывая при этом ни рабочий стаж, ни уровень доходов. Либо – что еще хуже – надо будет переходить к практике некоторых среднеазиатских стран, в которых вообще не платят пенсии, а содержание людей преклонного возраста является обязанностью их родственников. В перспективе, продолжающийся в нынешних темпах отток рабочей силы может стать фактором снижения доверия к стране со стороны инвесторов».

В Инфляционном отчете Национального банка, выпущенном в июле 2018-го, сказано, что это зло может привести к росту инфляции и снижению потенциала экономики. Последняя буквально напрямую зависит от демографии. И гораздо серьезнее, чем до недавних пор принято было считать.

Выкладки Шармы  

Три года назад Ручир Шарма, глава отдела развивающихся рынков Morgan Stanley, управляющий активами на 25 миллиардов долларов и проведший последние двадцать лет в командировках по всему миру, выпустил книгу «Взлеты и падения государств». В ней он, проанализировав циклопическое количество данных, вывел «десять правил, позволяющих проверить, находится ли государство на подъеме, на спаде или просто плетется кое-как». Один из важнейших тезисов, который он сформулировал, звучит так: «В определенном смысле прогресс в экономике наполовину зависит от роста народонаселения. С 1960 года мировая экономика, включая как развитые, так и развивающиеся страны, в среднем росла примерно на 3,5 % в год. Половина этого роста объясняется ростом населения, точнее, ростом трудовых ресурсов, то есть тем, что большее количество людей работает больше часов. Вторая половина обусловлена ростом производительности. Это соотношение 50 на 50 сохраняется и поныне с одним удручающим изменением: обе части уравнения уменьшаются. Зависимость экономического роста от народонаселения довольно жесткая: уменьшение трудовых ресурсов на один процентный пункт влечет замедление экономического роста примерно на один процентный пункт».

Шарма пришел к выводу, что существенная часть взлета «чудо-экономик» - он насчитал за послевоенный период 56 случаев, когда стране удавалось сохранять по меньшей мере шестипроцентное увеличение экономики на протяжении не менее десяти лет, - «была обусловлена все увеличивающимся числом молодых людей, достигающих рабочего возраста. Эта очевидная связь между взрывным ростом населения и экономическим чудом проявилась в десятках случаев: от Бразилии 1960-х и 1970-х до Малайзии с 1960-х по конец 1990-х».

«Обеспечить устойчивый экономический рост в стране с уменьшающимся населением почти невозможно – или, как предупредила Европейская комиссия в 2005-м, “ни разу в истории не удавалось достичь экономического роста без роста населения"», - пишет Шарма.

За период с 1960 года он обнаружил 698 случаев, когда для той или иной страны сведения о темпах роста ее населения и ВВП хранились на протяжении целого десятилетия. И только в трех из них стране с уменьшающимся населением удалось поддерживать рост ВВП в размере не менее 6%: Португалия в 1960-е, Грузия и Беларусь в 2000–2010 годы. Небольшие страны, восстанавливающиеся после периода политических волнений, послевоенного хаоса или развала СССР.

Казалось бы, из всей этой нудноватой статистики, точно джин из бутылки, может вынырнуть спасительный рецепт стимулирования роста трудовых ресурсов. В сущности, так оно и есть: Шарма скрупулезно перечисляет возможные варианты. Однако штука в том, что они порой не срабатывают. К примеру, правительства разных стран пытались улучшить демографию финансовыми мерами, поощряющими женщин рожать больше детей. Но эти затеи частенько терпели фиаско.

В 1987 году Сингапур стал пионером на этом поприще, однако предложенная система субсидирования мало сказалась на коэффициенте фертильности. Канада практически в то же время ввела у себя детские пособия, но несколько лет спустя от них отказалась: прямые денежные выплаты стали триггером для активного репродуктивного поведения очень многих бедных женщин, и их дети стали тяжким бременем для системы государственного соцобеспечения. В Австралии в 2005-м министр финансов Питер Костелло призвал женщин «расслабиться и подумать о стареющем населении». Фраза звучала несколько двусмысленно, однако оправдывалась введением детских пособий. Через шесть лет их отменили как не оправдавшее себя средство поощрения.

«Во Франции социалистическое правительство премьер-министра Лионеля Жоспена попыталось решить эту проблему за счет настолько щедрых пособий, что они могли бы привлечь и высококвалифицированных женщин, - пишет Шарма. - Объявленный в 2005 году план правые атаковали за раздувание и без того провального бюджета, а левые – за предоставление преимуществ богатым. Тем не менее, пакет был одобрен, включая щедрые выплаты, рассчитанные исключительно на тех родителей, которые решили завести этого золотого третьего ребенка: дополнительные субсидии на жилье, снижение налогов, 10%-я надбавка к пенсии и 75%-я скидка на железнодорожные билеты. Помимо этого, родители получали ежемесячное пособие на третьего ребенка в размере $400, и в придачу – что, возможно, было еще важнее, – если один из них уходил с работы, чтобы ухаживать за третьим ребенком, ему выплачивалась стипендия в размере $1200 в месяц. Эта стипендия могла, по-видимому, привести к немедленному сокращению трудовых ресурсов ради их будущего увеличения. Один из главных архитекторов французской реформы, Питер Бринн, защищая субсидирование рождаемости от критиков, называл его “инвестицией в будущее”. Однако к 2015 году Франция тоже существенно снизила детские пособия.

Видимо, это тот опыт, который следует учесть и нынешнему руководству Украины, если оно решит пойти этим путем ради улучшения отечественной демографии. В конце концов, не только канадские бедные женщины видят удобную находку в детских пособиях. И не только в Австралии высококвалифицированные работницы предпочитают вначале строить карьеру, а уже потом «расслабляться» - да и то весьма умеренно.

Спасти мигрантом Украину

Стоит заметить, само увеличение коэффициента фертильности – это все-таки такая же ставка на будущее, как инвестиции в образование. Экономист Эрик Ханушек в публикации 2010 года показал, что двадцатилетняя реформа образования может увеличить экономику на треть, однако этот рост случится примерно через семьдесят пять лет после начала реформы. С фертильностью счет тоже идет, по крайней мере, на поколение вперед. Но такого срока нет в запасе ни у страны, ни у ее президента.

Можно говорить о потенциале украинских женщин (они составляют две трети трудоспособных граждан, однако половина из 16 миллионов – домохозяйки). Или о привлечении пенсионеров. Но все же главным ресурсом остаются активные соотечественники, уехавшие работать за рубеж. Какой ковригой можно заманить их обратно в страну – неясно.

Несколько месяцев назад премьер-министр Владимир Гройсман заявил, что средняя зарплата в Украине в 2021 году вырастет с нынешних $385 до $620 в эквиваленте. Однако даже если подобное произойдет, остановить рост миграции это вряд ли сможет. Сумма, увы, не впечатляющая. Некоторые эксперты говорят о €1000-1130 (порядка 30 тыс. гривен) в месяц как о цифре, способной повернуть миграцию вспять. Это коррелирует со средней зарплатой в Польше, где работает более двух миллионов украинцев: около €1150 на конец минувшего года. Да, украинцам могут платить и меньше, но даже эта «ущемленность» выглядит предпочтительнее того, что они в массе своей способны заработать на родине.

Однако зарплата – основной, но не единственный козырь при принятии решения об отъезде из страны. Научный консультант по экономическим вопросам Центра Разумкова Владимир Сиденко в комментарии изданию «Апостроф» назвал и иные, значимые для украинцев, факторы: «У молодежи сейчас созрело такое представление, что в Украине реализовать себя достаточно тяжело. Кроме того, - вопросы безопасности, в том числе личной, вопросы, связанные с социальной сферой… Чтобы вернуть людей, нужна не только зарплата. Для этого нужен более широкий подход, страна должна стать местом развития цивилизованных форм отношений, чтобы человек был не объектом эксплуатации теми, кто находится при власти, или монополистского бизнеса, а чтобы он стал основным действующим субъектом».

Иными словами, чтобы экономика начала расти семимильными шагами, о которых говорил президент, необходимо возвращение в Украину активной части ее населения – мигрантов. А чтобы это произошло, они должны увидеть вдохновляющие перемены в стране. В сущности – Европу на берегах Днепра. Пусть не такую богатую, как Германия или даже Польша, но Европу. Вопрос в том, сможет ли Владимир Зеленский добиться таких трансформаций за свою каденцию? Если нет, тогда «ауфвидерзейн», о котором говорил Коломойский, прозвучит не только для него. Экономический прорыв, да и сама перспектива стать успешным государством будут отложены на неопределенный срок. Возможно, на весьма долгий.

Loading...