фотопроект
Сильная Птаха
Екатерина Птаха рассказала Фокусу о том, как реабилитация сына с диагнозом «аутизм» привела её к профессии фотографа, и о необходимости объяснить, что люди с отклонениями могут выглядеть необычно, но остаются при этом людьми
Фотопроект
Сильная Птаха
Екатерина Птаха рассказала Фокусу о том, как реабилитация сына с диагнозом «аутизм» привела её к профессии фотографа, и о необходимости объяснить, что люди с отклонениями могут выглядеть необычно, но остаются при этом людьми
Алексей Батурин
Журналист
Фототерапия
Екатерина Пикун не ожидала, что станет фотографом, хоть и мечтала об этой профессии со старших классов школы.

По образованию она хореограф, но в этом ремесле ей не удалось реализоваться. Причина — болезнь сына Владислава, которому спустя пару лет после рождения поставили диагноз «аутизм». Всё своё время Екатерина посвящала ребёнку.

Большую часть жизни она провела в Луганске. Когда сын подрос, Пикун стала посещать с ним реабилитационный центр. В 2011 году увидела объявление о том, что местный фотограф Евгений Базалеев набирает для обучения группу из нестандартных детей. На собеседовании Владика попросили сделать несколько снимков на камеру телефона, результат заинтересовал Базалеева, он согласился принять мальчика. Тогда и Екатерина напросилась присутствовать на занятиях. Ей было стыдно сказать, что она хочет научиться фотографировать, поэтому придумала себе оправдание: при ней с сыном будет проще работать. Наконец Пикун призналась, что мечтает освоить профессию. Её предупредили, что придётся покупать камеру. Хотя муж был против таких трат, она заняла деньги и купила фотоаппарат. Снимала для себя, для семьи, но однажды решила, что с помощью фотографии можно рассказывать о нестандартных людях.

Эта тема для Екатерины очень личная. Она не раз сталкивалась с настороженным отношением к сыну, а однажды в автобусе пожилой мужчина, посмотрев на гиперактивного мальчика, сказал, что ему место не на сидении, а под ним. «Меня это очень расстроило, я не была к этому готова, расплакалась. Тогда и поняла, что нужно говорить о нестандартных детях, потому что есть люди, которые вообще не воспринимают их, особенно много таких среди пожилых. Я решила с помощью фотографии привлекать внимание к проблеме», — рассказывает Екатерина Пикун.

Впрочем, первым её проектом стал фоторассказ о взрослых. В Луганске было учреждение, в котором учились люди с различного рода отклонениями, врачи ставили им диагнозы «умственная неполноценность», «синдром Дауна», «ДЦП», «аутизм». Их жизнь, их желание освоить востребованную профессию Екатерина показала в своём первом фотопроекте «Ангелы с надеждой».
Птаха
Из Луганска Екатерина Пикун уехала в начале июля 2014 года после того, как увидела, что на крышах многоэтажных домов устанавливают пушки. Потом вместе с сыном стала свидетелем захвата паспортного стола: стеклянные глаза штурмовиков напугали не меньше. У Екатерины почти не было денег и не имелось знакомых, которые могли бы помочь, но всё равно решила ехать во Львов. Спустя несколько дней после отъезда узнала, что железнодорожное сообщение с Луганском прервалось.

Местом жительства выбрала именно Львов, поскольку знала, что в этом городе людям с аутизмом способны оказывать квалифицированную помощь, в нём много специализированных центров. На новом месте долго приходила в себя, выбираясь из депрессии. Немного отвлекли хлопоты — устройство сына в школу, оформление документов, однако жизнь подбрасывала новые проблемы — со съёмными квартирами не везло, несколько раз приходилось переезжать. Стремясь заработать, стала предлагать услуги свадебного фотографа, избранные снимки из фотосессий публиковала в Фейсбуке.

Екатерина предполагает, что благодаря этому её и заметили: однажды предложили сделать серию для иллюстрации книги «Крізь вушко голки». Виктория Дмитрук написала книгу об особенных людях, которых принято называть умственно неполноценными. Благодаря этой работе Пикун и раскрылась как фотограф, поняла, что в этом процессе важна не столько техника, сколько чувства, которые испытывают автор снимка и люди в кадре. Соответственно, и её собственное определение о том, кто имеет право называться фотографом, довольно простое: тот, кому удаётся передавать эмоции, — настоящий профи.

Для творческой работы Екатерина Пикун решила использовать псевдоним. Над ним не пришлось долго раздумывать. Лет десять назад ей приснился сон, действие которого происходило в древние времена. Екатерине нестерпимо захотелось изобрести крылья, научить людей летать. Она сделала несколько неудачных попыток, каждая из которых заканчивалась падением, но не сдавалась и однажды всё же взлетела, сопровождаемая изумлёнными взглядами. Вспомнив давний сон, стала Птахой.

Из Луганска уехала после того, как увидела, что на крышах многоэтажных домов устанавливают пушки. Потом стала свидетелем захвата паспортного стола: стеклянные глаза штурмовиков напугали не меньше

Молитва врача
Снимки Екатерины произвели впечатление. Ей стали предлагать участие в разных проектах, в том числе связанных с медициной. Во время одного из них, рассказывающего о паллиативных детях, Птахе пришлось очень нелегко: трудно заставить себя работать, когда видишь, что детям больно, что они не могут говорить из-за отверстия в горле, к которому подсоединяется трубка аппарата вентиляции лёгких.

Справиться с оторопью помогает цель — обратить внимание общества на то, что рядом есть люди, которые нуждаются в помощи. Птаха считает, что один снимок значительно лучше, чем ворох справок, может показать, в какую беду попал человек. Как ни странно, помогает и напряжённый график. Часто на съёмку отводят лишь 15 минут — после дети устают, поэтому необходимо быстро взять себя в руки и снимать.

Тема медицины для Екатерины особенно важна. Ещё в Луганске её сын несколько раз переживал тяжёлые ночные приступы, задыхался, оказывался в реанимации, где его спасали врачи. Когда это случилось в первый раз, Птаха была в панике. К ней вышел врач, сказал: «Мы его спасаем, ждите». Дверь за ним закрылась, и потянулись бесконечные минуты ожидания.

Недавно став фотографом львовского департамента охраны здоровья, она предложила руководству подготовить проект о том, что остаётся вне поля зрения пациента, идею с воодушевлением одобрили. «Когда я снимала этот проект, видела, как спасают детей, в том числе новорождённых, вспомнила, как сама страшно волновалась за своего сына. И вдруг меня озарило: я никогда не задумывалась о том, что чувствуют в этот момент врачи, — говорит Екатерина. — Ведь на враче лежит огромная ответственность, он проживает каждый удар сердца, каждый вздох ребёнка». Теперь она знает, что медики молятся перед операцией, крестятся, когда что-то идёт не так.

Пока готова лишь половина снимков, но Птаха уже знает, что ещё ей нужно показать: не только уверенность врача и его силу, но и усталость, возможно, и страх, лишь тогда проект будет иметь право называться «Справжня медицина». Презентовать его она намерена в конце мая — начале июня, ближе ко дню медика.

Екатерина Пикун вряд ли вернётся в Луганск. Возвращаться некуда — её дом разрушен. Единственная связь с родным городом — дочь, решившая остаться с отцом, и несколько близких друзей, которые по разным причинам не смогли уехать, кроме них там она никому не нужна. Зато Екатерина Птаха нужна Львову, это даёт понять график съёмок: они распланированы с утра до вечера.
Когда я видела, как спасают детей, вспомнила, как сама переживала за своего сына. И вдруг меня озарило: я никогда не задумывалась о том, что чувствуют в этот момент врачи


«Паліативне життя вдома»
Мы делали этот проект для Западноукраинского специализированного медицинского центра для детей, в котором открылся мобильный хоспис. В проекте около 30 фотографий: мы фотографировали детей у них дома.

Когда я увидела на первой съёмке все эти трубки, хотелось убежать, я не была к этому готова. Тяжело видеть, как из угла рта ребёнка течёт слюна, а он не может ничего сказать. После съёмки я расплакалась.

Цель проекта — ознакомить людей с проблемой, чтобы они помогали таким детям.Государственное финансирование минимальное, а детям нужны аппараты, лекарства. В то же время в стране есть люди с финансами, которые готовы помогать, но не знают, кому эта помощь нужнее.



«Собор»
В сентябре 2017 года я случайно оказалась в Доминиканском соборе. Во Львове проходила конференция украинских и польских медиков, во время перерыва я решила поснимать происходящее в храме.

Меня поразил контраст: кто-то приходит искренне помолиться, а кто-то — развлечься. Очень впечатлили две бабушки: они тарахтели всю службу, для них церковь — место встречи. Впечатлили настолько, что эту фотографию решила выделить: она единственная чёрно-белая из всей серии.



«Собор»
В сентябре 2017 года я случайно оказалась в Доминиканском соборе. Во Львове проходила конференция украинских и польских медиков, во время перерыва я решила поснимать происходящее в храме.

Меня поразил контраст: кто-то приходит искренне помолиться, а кто-то — развлечься. Очень впечатлили две бабушки: они тарахтели всю службу, для них церковь — место встречи. Впечатлили настолько, что эту фотографию решила выделить: она единственная чёрно-белая из всей серии.

«Україна очима переселенців»
В июне 2015 года по предложению Internews я создавала календарь: искала вещи, которые объединяют регионы страны. Потом они как пазл сложились из фотографий, сделанных в разных городах.

Тогда я впервые увидела свою страну, побывала в шести городах: Киеве, Харькове, Одессе, Днепре, Каменец-Подольском и Львове. Путешествуя, я поняла, насколько добры наши люди. Города незнакомые, но всегда находится человек, который поможет: «Що вам треба? Вулиці цікаві? Я покажу». Везде видела прекрасных людей, после этого проекта осталось ощущение тепла.

В этой серии есть значимая для меня фотография: парни протягивают руки друг другу. Она сделана в Днепре, где я познакомилась с двумя ребятами: один из Луганска, другой из Львова. Понятно, что это постановочный кадр, но мне захотелось передать этим снимком, что люди могут жить где угодно, однако у дружбы нет границ.

«Вишита синіми нитками»
Серию я сняла в апреле 2017 года, это мой личный проект, мне захотелось показать, насколько сильны мамы, воспитывающие детей с аутизмом. Условие для участия в съёмках было одно: все должны были быть в белых одеждах, потому что белый — цвет надежды, в то же время синий — цвет, символизирующий проблему аутизма, отсюда и название проекта.

Все 28 участниц — умнички, сделали всё как надо, а мне хотелось раскрыть все эмоциональные состояния: радость, разочарование, крик души… Меня бесит, когда мама охает и ахает о том, что у её ребёнка насморк и она задолбалась с этим возиться. Этот проект был создан для того, чтобы обычные мамы посмотрели на фотографии и подумали о том, как им повезло.

Каждой участнице я дала задание коротко написать о том, что они хотят рассказать людям про аутизм. Хотелось показать, насколько тяжело этим женщинам, но они не унывают, красят губы, живут. Хотелось, чтобы люди не просто посмотрели на фотографии, но и прочли о том, что думают женщины, которые на них изображены, ведь высказывания сильные: «Растить ребёнка с аутизмом — всё равно что складывать пазл без картинки-подсказки».

«Вишита синіми нитками»
Серию я сняла в апреле 2017 года, это мой личный проект, мне захотелось показать, насколько сильны мамы, воспитывающие детей с аутизмом. Условие для участия в съёмках было одно: все должны были быть в белых одеждах, потому что белый — цвет надежды, в то же время синий — цвет, символизирующий проблему аутизма, отсюда и название проекта.

Все 28 участниц — умнички, сделали всё как надо, а мне хотелось раскрыть все эмоциональные состояния: радость, разочарование, крик души… Меня бесит, когда мама охает и ахает о том, что у её ребёнка насморк и она задолбалась с этим возиться. Этот проект был создан для того, чтобы обычные мамы посмотрели на фотографии и подумали о том, как им повезло.

Каждой участнице я дала задание коротко написать о том, что они хотят рассказать людям про аутизм. Хотелось показать, насколько тяжело этим женщинам, но они не унывают, красят губы, живут. Хотелось, чтобы люди не просто посмотрели на фотографии, но и прочли о том, что думают женщины, которые на них изображены, ведь высказывания сильные: «Растить ребёнка с аутизмом — всё равно что складывать пазл без картинки-подсказки».

«Слово з іншого життя»
В 2016 году с реабилитационным центром «Джерело» я сделала проект, которым хотела показать, что не нужно настороженно относиться к нестандартным людям, бесцеремонно их рассматривать. Воспитанники центра разных возрастов, их диагнозы: ДЦП, аутизм, умственная отсталость, синдром Дауна.

В центре есть отделение для молодёжи. В нём молодые люди проходят социальную адаптацию. Помещение поделено на комнаты, как в типичной квартире. На кухне их учат готовить, в ванной — закладывать бельё в стиралку, в мастерской — красить, пилить, делать всё, что может понадобиться в домашнем хозяйстве.

Общение с этими людьми добавило мне доброты, от них веет теплом. Они выглядят как взрослые, но внутри остались детьми и в них столько же любви. Они ощущают недостаток внимания, им хочется, чтобы их любили, но не каждый готов полюбить человека с физическими или умственными дефектами. Иногда я прихожу к ним попить чаю, каждый раз они искренне радуются, укутывают в объятиях, поскольку не утратили детскую искренность.

Я устаю, когда фотографирую этих ребят, потому что бывает нелегко добиться их внимания, чтобы сделать кадр, который хочу. Но когда приходишь к ним просто поговорить, это для меня терапия, я получаю колоссальный заряд энергии.
Теги: , , , , , , , , , ,
5076
469
Делятся
Google+
Google+
0
Печать
Hide
Show
Show