![](https://focus.ua/static/storage/thumbs/1290x585/e/e8/75ff91b2-eb3573357d2c943147be629fda70ae8e.jpg?v=1622_1)
В Украине очень популярно выражение "кризис — это всегда возможности". Или, как с более макиавеллистским подтекстом высказался руководитель администрации Президента Обамы Рам Эмануэль, "Никогда не дайте хорошему кризису пройти бесполезно" (Never let a good crisis go to waste).
Мы не раз слышали такую риторику и в контексте коронакризиса этого года. Несмотря на быстрые трансформационные процессы, которые происходят в банках в контексте организации дистанционного взаимодействия, усиления цифрового банкинга, управления активами и пассивами, а также других видов реагирования на вызовы времени, я хорошо вижу, как бизнес действительно приспосабливается к кризису и улучшается, наверстывает упущенное. Это эволюционный процесс: приспосабливаясь к изменениям среды, становиться более способными в новых условиях.
Однако с сожалением отмечу, что в экономической политике государства такой эволюции я не вижу. Конечно, можно справедливо увидеть использование возможностей во время кризиса в контексте увеличения расходов на строительство и реконструкцию дорог за счет увеличения бюджетного дефицита, и на других подобных примерах. Но что у нас в стратегическом контексте?
Только что получил проект правительственного прогноза экономического и социального развития на 2021-2023 годы и обоснование к нему. Думал найти там вдохновение по стратегическим приоритетам государства.
Главной идеей макроэкономического прогноза правительства на 2021 год является повышение минимальной заработной платы без привязки к увеличению производительности труда.
Понятно, однако, какая в этом стратегия? Как повышение минимальной зарплаты и увеличившаяся инфляция выведут экономику Украины, благосостояние ее экономических агентов, в новое качество? Тем более, что эти процессы мы уже проходили не раз, не слишком это и помогло. Чаще они, наоборот, в конечном итоге приводили к обеднению граждан.
К тому же, как курс на ускорение инфляции согласуется с монетарной стратегией Национального банка Украины, которая заключается в таргетировании инфляции? Тем более, что среднегодовой рост Индекса потребительских цен на 8% намекает, что где-то в течение 2021 года инфляция превысит показатель в 10%.
Не будет ли у нас в 2021 году полного противоречия в экономической политике, если басня про лебедя, рака и щуку программируется уже сегодня?
Не будет ли в 2021 году правительство вновь предъявлять претензии к НБУ за свой же прогноз инфляции и девальвации гривны? Создается впечатление, что в Кабмине пытаются уже сегодня зарезервировать себе такую возможность.
В общем, очень обидно наблюдать, что в экономической политике государства в последнее время усилилась фрагментация, когда отдельные команды или чиновники пытаются выдать маленький фрагмент за собранный пазл. Принятой программы Кабинета Министров не существует. Время от времени для генерирования идей создаются ситуативные рабочие группы с сомнительными полномочиями и соответствующим шансом на успех.
Вместо системного подхода мы все больше слышим про вырванные из контекста рецепты, не согласованные с другими стейкхолдерами. Вместо мелодического концерта слышим какофонию различных музыкальных инструментов.
Для согласования стратегических позиций был создан Совет финансовой стабильности — по сути, наивысший и самый авторитетный орган финансово-экономической политики государства.
К сожалению, этот орган превратился скорее в Совет обсуждения финансовой стабильности, в рамках которого его участники собрались, поговорили, отметили что-то в пресс-релизе и разошлись. Напомню, ключевыми участниками этого Совета являются НБУ и Минфин.
Но залогом финансовой стабильности в стране является устойчивый экономический рост, основанный на макроэкономической стабильности и обеспеченный структурными реформами. И только ленивый сейчас не говорит о насущной необходимости согласования фискальной и монетарной политики страны, особенно в контексте стремительно возросшего дефицита государственных финансов.
Но вместо решения этих вопросов финансовой стабильности, на площадке Совета мы весь последний год видим много неконструктивных публичных дискуссий Минфина и НБУ в "эпистолярном жанре" — за глаза, через СМИ и социальные сети. Это точно не добавляет прочности финансовой стабильности.
Вторым важным элементом сохранения "хребта" экономической стратегии в Украине традиционно выступало сотрудничество с международными финансовыми организациями (МФО), что давало длинные и дешевые деньги, служило источником увеличения золотовалютных резервов.
К сожалению, это сотрудничество редко сохраняло импульс на длинных дистанциях: Украина уже давно имеет репутацию страны только одного-двух траншей.
Однако стратегический контекст Меморандума с Международным валютным фондом нельзя недооценивать: обычно этот документ (и следование ему) намного более важен, чем правительственные программы "для внутреннего пользования", которые мало кто читает.
Если работой с МВФ занимаются все — от Президента до отдельных народных депутатов, — то Всемирный банк и другие МФО часто лишены такого внимания. И как результат — часто имеем задержки и неиспользованный потенциал получения доступных дешевых и длинных средств на финансирование государственных инвестиционных расходов.
Очевидно, что в контексте необходимости финансирования резко возросшего бюджетного дефицита, сотрудничество с МФО стало, прежде всего, острой тактической необходимостью.
Но похоже, что власти до сих пор не воспринимает ее стратегической важности, выдержки не хватает даже на тактический успех.
Только после получения транша МВФ и кредита ЕС начались противоречивые сигналы относительно устойчивости экономической политики и отклонения от взятых обязательств (то есть, от заявленных приоритетов), что, в том числе, и привело к задержке так необходимого сегодня стране кредита Всемирного банка.
Украине нужно увеличить финансирование строительства дорог? Так зачем в это трудное время отвлекать деньги налогоплательщиков, если есть много невыбранных средств по проектам Всемирного банка, ЕБРР, ЕИБ, Еврокомиссии, и возможность согласовывать новые проекты?
В погоне за действительно стратегическими для Украины приоритетами наращивания инвестиционных расходов и развития инфраструктуры, нужны не постоянные паузы в отношениях с источниками дешевого и длинного финансирования, а наоборот —усиление импульса сотрудничества и обеспечение его непрерывности.
Тем более, что не выбирая средства по согласованным программам, мы еще часто платим за их резервирование для Украины.
А это опять возвращает нас к необходимости в координации. Формально за это направление отвечает Министерство финансов, но контекст сотрудничества гораздо шире и не может быть фрагментирован на отдельный институт.
Не может быть так, чтобы у НБУ в отношениях с МФО было все хорошо, обязательства выполнены по графику, а при этом другие институты имеют задержки, другое мнение, и даже отсутствие заинтересованности — как это часто бывает. И общий результат на выходе нулевой, несмотря на впечатляющие достижения других участников.
Опыт прошлых успехов и поражений реформ, десятков миллиардов долларов невыбранных средств МФО на фоне регулярных призывов к "спасительной" эмиссии, свидетельствует, что без мощного координационного центра с сильным авторитетом и полномочиями, "вытянуть бегемота из болота" невозможно. Это превращается в процесс без результата.
С учетом обозначенной выше проблематики, считаю нужным существенно усилить координацию экономической политики между различными правительственными актерами, путем:
- усиления практической роли Совета финансовой стабильности;
- введения обязательной проверки проектов важных государственных решений на угрозы финансовой стабильности;
- создание при Совете финансовой стабильности межинституционального центра координации реформ и сотрудничества с международными финансовыми организациями с участием высших должностных лиц (рангом не ниже заместителя председателя или заместителя министра) НБУ, Минфина, Минэкономики и профильных министерств и ведомств, которые должны иметь полномочия матричного управления стратегии реформ сквозь "ведомственные стены";
- формирования вокруг указанного межинституционального центра проектных офисов по управлению крупными Консорциумными проектами с участием МФО (восстановление Донбасса, инфраструктура, энергоэффективность и т.д.).
Коронакризис — это возможность придать новый импульс экономическим реформам и проектам развития в Украине, усилив их институциональную базу. Или мы уже отреклись от реформ?
Перевод "Фокуса".
Первоисточник на языке оригинала.
Публикуется с разрешения автора.