Все статьиВсе новостиВсе мнения
Стиль жизни
Спецтемы
Красивая странаРейтинги фокуса
Элементарное будущее. Можно ли заработать на фундаментальной науке

Элементарное будущее. Можно ли заработать на фундаментальной науке

Один из создателей Большого адронного коллайдера, немецкий профессор Рольф-Дитер Хойер, — о научной дипломатии, очередном прорыве в фундаментальной науке и о том, что такое тёмная материя

2200

В бестселлере Дэна Брауна "Ангелы и Демоны" злодеи, задумавшие взорвать Ватикан, воруют у CERN образец "антивещества". Название этой организации то и дело появляется в фантастической литературе, кино и компьютерных играх в связи с какими-нибудь сверхсекретными разработками или чьими-то планами по захвату мира. Десять лет подряд человечество переживало по поводу возможной поломки Большого адронного коллайдера — уникального ускорителя заряженных частиц. Но далеко не все понимали, зачем он вообще нужен и чем занимается организация, его создавшая.

CERN — французская аббревиатура Conseil Europeen pour la Recherche Nucleaire — Европейский совет по ядерным исследованиям. Это межгосударственное объединение, возникшее после Второй мировой, призвано было поддерживать развитие науки в истощённой войной Европе и, помимо прочего, предотвратить утечку мозгов в относительно благополучные Соединённые Штаты. Изначально в CERN входили 12 европейских стран. Организация, по сути, была региональной.

Мировой масштаб она приобрела после того, как немецкий физик Рольф-Дитер Хойер предложил расширить границы CERN и принимать в неё неевропейские государства. По его инициативе была предоставлена возможность ассоциированного участия странам, которые в силу тех или иных причин не могли стать полноправными членами совета.

Украина подписала соглашение об ассоциированном членстве ещё в 2013-м, но долго не могла его реализовать из-за нехватки денег на членский взнос. И фактически получила этот статус только 5 октября 2016-го. Хойер был генеральным директором CERN с 2009-го до 2015-го. На момент подписания нашего соглашения он был ещё при должности. Можно сказать, что именно Рольф-Дитер Хойер впустил Украину в CERN.

Недавно учёный посетил Киев по приглашению Европейской малой академии наук. Фокус попросил его рассказать, как изменилась организация за последние шесть десятилетий, какие научные открытия ждут нас в обозримом будущем и почему десятки стран, участвующих в проектах CERN, готовы вкладывать миллионы в то, на чём заработать сможет лишь следующее поколение.

КТО ОН


Генеральный директор Европейского совета по ядерным исследованиям (CERN) с 2008-го по 2015-год

ПОЧЕМУ ОН


Дал возможность Украине вступить в CERN

Вы верите, что в наше время участие в международных научных проектах влияет на отношения между государствами?

— Совместная работа сближает людей и заставляет, пусть временно, отложить в сторону политические разногласия. Особенно если эти люди говорят языком науки. Вам ведь знакомо понятие "научная дипломатия". В истории нашей организации достаточно примеров сотрудничества учёных из конфликтовавших стран, политические лидеры которых ещё не были готовы к мирному процессу или вовсе не контактировали друг с другом. Общение учёных это, конечно, капля, но именно из таких капель состоит океан взаимопонимания.

 CERN был основан в 1954 году, переговоры о его создании начались в 1945-м. Тогда, впервые после окончания войны, представители Германии, Великобритании и Франции сели за стол в качестве полноправных парт­нёров. Это был важный шаг и для Германии, и для Европы в целом. Обратите внимание на нынешний состав ассоциированных членов нашей организации: он включает достаточно стран, в отношениях которых на данный момент не всё гладко, но их представители постоянно общаются между собой (ассоциированные члены CERN: Индия, Пакистан, Турция, Украина, статус наблюдателей имеют Россия, США и Япония — Фокус).

Европейский совет по ядерным исследованиям возник в 1950-х, решение о создании этой организации было принято на встрече ЮНЕСКО. С тех пор мир изменился и политически, и экономически. Влияние ООН стало менее ощутимым. На вас это отразилось?

— CERN не просто ведёт научные и технологические разработки, а ещё и выстраивает мосты между разными государствами и нациями. Сегодня это даже важнее, чем 20–40 лет назад. В политическом смысле отношения между странами — участницами наших проектов могут быть непростыми, но для каждой из них CERN является мощным инструментом научного развития, и, к счастью, люди, в чьих руках находится власть, это понимают. Судите сами: даже в кризис 2008–2010 годов, когда страны — члены CERN переживали не лучшие времена, мы получали финансирование в требуемом объёме. Что может быть более убедительным доказательством заинтересованности?

Один из самых известных проектов CERN — Большой адронный коллайденр (БАК) — ускоритель заряженных частиц. Когда БАК запускали, многие учёные утверждали, что он полностью изменит физику элементарных частиц. Обещанная научная революция свершилась?

"Совместная работа сближает людей и заставляет, пусть временно, отложить в сторону политические разногласия. Особенно если эти люди говорят языком науки"

— По крайней мере начало революции положено. Теперь мы лучше знаем, как устроена материя. Вы, я и все окружающие нас материальные объекты состоят из элементарных частиц. Частицы движутся по вселенной со скоростью света. Вопрос — как при этом они образуют стабильные структуры? Благодаря Большому адронному коллайдеру мы выяснили, как именно это происходит. Программа БАК рассчитана на период с 2008-го до 2035 года: впереди восемнадцать лет — уверен, нас ждёт много революционных открытий.

Например, нам ещё предстоит определить природу "тёмной материи", благодаря которой Вселенная существует именно в том виде, который нам известен. Без неё части галактик разлетелись бы в разные стороны. Эта форма материи не испускает электромагнитного излучения, поэтому мы пока не можем наблюдать за ней напрямую. Сам факт её существования установлен по косвенным признакам. Разобравшись в том, что такое "тёмная материя", мы получим ключ ко множеству загадок, к примеру, сможем объяснить аномально высокую скорость вращения внешних областей галактик.

Сегодня планируется создание Компактного линейного коллайдера (КЛК). Для чего он нужен?

— Если вы всерьёз занимаетесь астрономией, вам требуется несколько видов телескопов. Один, даже очень хороший, не даст полной картины. Если изучаете микроорганизмы, нужны разные виды микроскопов, чтобы наблюдать одни и те же объекты и процессы с разных точек зрения. Потому и нам для наблюдения за элементарными частицами требуются разные ускорители. КЛК — очень сложная система, её создание потребует привлечения колоссальных ресурсов: рук, мозгов, денег. Зато в результате мы получим возможность взглянуть на элементарные частицы под новым углом. Сравнив эти наблюдения с теми, что были сделаны благодаря БАК, мы значительно продвинемся.

Сколько времени потребуется, чтобы построить КЛК?

— Без понятия. Сперва нужно доказать донорским структурам, что мы располагаем всеми необходимыми технологиями и знаем, что с ними делать. Только на то, чтобы получить финансирование, по моим оценкам, потребуется несколько лет. Затем на само строительство КЛК уйдёт 10–15 лет, и ещё лет двадцать будут длиться исследования. С БАК, кстати, тоже всё происходило не быстро — обсуждение проекта началось в 1984 году.

CERN реализует очень дорогие долгосрочные проекты, не предполагающие коммерческой отдачи. Украина как ассоциированный член CERN в 2017 году вносит 1 млн евро. Какова вероятность того, что маятник качнётся в сторону разработок, которые смогут приносить деньги?

— Мы занимаемся фундаментальной наукой, она служит базой для научно-практических исследований. Те, в свою очередь, порождают инновации, которые, с одной стороны, приносят кому-то прибыль, с другой — создают предпосылки для дальнейшего развития фундаментальной науки. Это замкнутый цикл, и попытка вычленить какой-то из его элементов приведёт к плачевным последствиям. Нельзя отказаться от финансирования фундаментальной науки в пользу инноваций — без первого не будет второго.

Деньги на будущее. С момента первого обсуждения фундаментального научного проекта до фактического начала исследований проходит в среднем 25 лет

Скажем, в 1928 году физик-теоретик Пол Дирк сделал вывод о возможности существования "антиэлектронов". Три года спустя они были фактически обнаружены и названы "позитронами". В те времена никто не думал, что этому открытию найдётся какое-то коммерческое применение. И вот через 40 лет появился позитронный томограф — диагностический прибор, позволяющий определить, где именно в человеческом организме произошёл сбой.

Притягательность фундаментальной науки в том и состоит, что мы имеем дело с огромными массивами знаний, не всегда понимая, как и когда они будут использованы, как и когда изменят мир. Для учёного такая неопределённость — источник вдохновения. Но объяснить это финансовому донору действительно бывает сложно. Продать идею, не сулящую скорых прибылей, — задача нетривиальная, но мы справляемся.

Кстати, страны-участницы сами решают, какие из наших начинаний им интересны с научной точки зрения. Они могут отказаться от одних проектов и увеличить присутствие в других. Только на взносы, которые они выплачивают, это не влияет. Для каждой категории участников определена фиксированная сумма. Для полноправных членов CERN она больше, для ассоциированных — меньше. Во время последнего кризиса странам пришлось нелегко, но от членских взносов никто не отказался и скидок мы никому не делали. Обсуждались вопросы отсрочки, различные графики платежей, но не уменьшение общей суммы.

В портфеле CERN есть проекты, связанные с компьютерными технологиями. На них-то можно зарабатывать?

— Эти проекты, безусловно, важны. Big Data — одно из ключевых для современного мира понятий, а мы как раз работаем с колоссальными объёмами информации. Уверен, CERN в состоянии удерживать Европу на лидерских позициях в сфере компьютерных технологий и методов анализа больших массивов данных.

Однако, чтобы это коммерциализировать, требуется хорошая политическая платформа. Причём я говорю не только о государственной, но и об общеевропейской политике. Приходится признать, что в последние десятилетия коммерческое применение многих европейских разработок начиналось не на нашем континенте, а по ту сторону океана. Там это оказалось проще и выгоднее. World Wide Web был изобретён в CERN, но вы ведь знаете не хуже меня, что крупнейшие компании, использующие www, находятся не в Европе.

22
Делятся
Google+
Подписка на фокус

ФОКУС, 2008 – 2017.
Все права на материалы, опубликованные на данном ресурсе, принадлежат ООО "ФОКУС МЕДИА". Какое-либо использование материалов без письменного разрешения ООО "ФОКУС МЕДИА" - запрещено. При использовании материалов с данного ресурса гиперссылка www.focus.ua обязательна.

Данный ресурс — для пользователей возрастом от 18 лет и старше.

Перепечатка, копирование или воспроизведение информации, содержащей ссылку на агентство ИнА "Українські Новини", в каком-либо виде строго запрещены.

Все материалы, которые размещены на этом сайте со ссылкой на агентство "Интерфакс-Украина", не подлежат дальнейшему воспроизведению и/или распространению в любой форме, кроме как с письменного разрешения агентства.

Материалы с плашками "Р", "Новости партнеров", "Новости компаний", "Новости партий", "Инновации", "Позиция", "Спецпроект при поддержке" публикуются на коммерческой основе.