Все статьиВсе новостиВсе мнения
Украина
Мнения
Красивая странаРейтинги фокуса

Под небом в клетку

Под небом в клетку
Украинская система исправительных учреждений, как выяснил Фокус, живёт по двойным стандартам. Для наблюдателей и комиссий она по-европейски цивилизованна, для зэков – по-азиатски жестока
000

 

Места хватит
Вопреки устоявшемуся мнению, в украинских колониях имеются вакантные места

В криминально-исправительной системе Украины 183 учреждения. Из них: 110 исправительных колоний, 33 следственных изолятора, 21 исправительный центр, 11 воспитательных колоний для несовершеннолетних, 6 лечебных учреждений на базе исправительных колоний и 2 лечебно-трудовых профилактория.
Украинским законодательством установлено, что в стране должно быть 158,7 тысяч мест для заключённых. При этом в настоящее время во всех местах заключения насчитывается 149180 человек. Смертность среди заключенных в прошлом году составила 4,6 на тысячу человек. Для сравнения, в целом по Украине смертность составляет 17,9 на тысячу человек.


Комната отдыха в Качановской женской колонии №54. За столом – стук домино и отчаянный смех. 

Старухи «забивают козла», умело зажимая костяшки в заскорузлых пальцах. 

– Все они – убийцы, – говорит офицер внутренней службы Департамента по вопросам исполнения наказаний.

Турне по зонам
Департамент, 10 лет назад вышедший из подчинения МВД, сейчас курируется Министерством юстиции. Несмотря на такое переподчинение, отечественная пенитенциарная система по-прежнему остаётся достаточно закрытой: разрешения посетить несколько исправительных учреждений Фокус ждал почти два месяца.  

В итоге позволили побывать в пяти местах: в Киевском следственном изоляторе №13 – том самом, что в народе именуется Лукьяновским, в Куряжской колонии для несовершеннолетних, в Качановской женской колонии и в двух мужских зонах – Кагарлыкской, где сидят за убийства по неосторожности, и Темновской №100, в которой содержатся рецидивисты и осуждённые пожизненно. Все они относятся к разряду парадных – именно их посещают правозащитники и различные комиссии.
– С чего начнём? – гидом в торопливых экскурсиях обычно оказывался начальник колонии или его зам по воспитательной работе. – Вот сюда приносят передачи, 30 кг в день. Можно всё, кроме скоропортящихся продуктов, оружия и наркотиков. Так что проблем с сигаретами и чаем давно не существует. А вот тут проходят кратковременные свидания. 

Например, в Лукьяновском изоляторе, в сотой зоне и женской колонии посетителя и зэка разделяет прозрачная перегородка; там, где режим помягче, встречи проходят за обычными столиками.
– Встречаться можно хоть каждый день, если, конечно, нет нарушений, – «экскурсовод» спешит продолжить тур.

Вот комнаты для так называемых длительных свиданий, которые могут продолжаться до трёх дней. Душ, туалет, двуспальная кровать, телевизор, отдельно кухня: эти помещения напоминают номера второразрядной гостиницы. Сутки, проведённые здесь, обходятся в 60 грн.: плата принимается у любой из сторон. Такие свидания разрешены для близких родственников, могут даже приезжать гражданские муж или жена – правда, только в том случае, если у пары имеются общие дети.

В тюремный полдень. Качановская женская колония №54. Заключённые заходят в столовую пообедать. Половина осуждённых – в возрасте от 25 до 40 лет. Тут сидят за разные преступления. 14 узниц осуждены пожизненно
В тюремный полдень. Качановская женская колония №54. Заключённые заходят в столовую пообедать. Половина осуждённых – в возрасте от 25 до 40 лет. Тут сидят за разные преступления. 14 узниц осуждены пожизненно



Прогуливаются осуждённые во дворе у своих казарм. Исключение – те, кто сидит пожизненно. Им разрешено гулять в небольших боксах без крыши, с турником, брусьями и небольшой клумбой, где весной вырастает трава.

Жилые помещения рассчитаны на 10–20 человек. Например, в Кагарлыкской колонии спят на обычных, не двухъярусных, кроватях; в комнатах – по телевизору, удобства – в коридоре. Днём тюремные казармы, как правило, пусты. «Все на работе», – объясняют сотрудники администрации. Заключённые шьют одежду и сумки, изготовляют колючую проволоку (она называется «Егоза»), строят.

Ни в одной колонии никто из зэков, согласившихся пообщаться, ни на что не жаловался. Что неудивительно: рядом всё время маячили сопровождающие.
– Тут всё по-взрослому, – говорит 24-летняя девушка по имени Рана из колонии №54, осуждённая на 9 лет за убийство. – На «малолетке» была школа, учёба, а здесь я работаю в швейном цеху. Платят 35 гривен в день. Кормят хорошо, мясо каждый день.

Из чего состоит пайка
Согласно нормам, украинскому 
зэку в день положено:
хлеба – 570 г
крупы – 120 г
макаронных изделий – 20 г
мяса – 100 г
рыбы – 100 г
животного жира – 40 г
растительного жира – 20 г
сахара  – 30 г
соли – 12 г
чая – 1 г
картофеля – 550 г
овощей – 250 г
томатной пасты – 3 г


С мясом и другими продуктами проблем и не должно быть: в колониях есть собственные хозяйства. Особенно удачно с этим в Кагарлыкской колонии с облегчёнными условиями содержания – в её распоряжении 900 га земли под зерновые и овощи, здесь выращивают свиней и коров. Кстати, в отличие от остальных, в этой зоне обходятся без колючей проволоки по периметру. А на ночь 180 осуждённых остаются под присмотром всего десяти охранников.
– Что вы, новичков опускать у нас и в мыслях нет! Мы им даже помогаем быстрее влиться в коллектив, – рассказывает молодой человек, осуждённый на четыре года за кражу со взломом и отбывающий наказание в Куряжской колонии для несовершеннолетних.  

Не верьте!
– Естественно, там, где ты был, хорошо подготовились. Кто же тебе правду покажет?! – этот разговор происходит на воле; собеседник – бывший зэк по прозвищу Дрон. Он сбежал прямо из зала суда, потом его снова взяли. Отсидел срок за разбой и недавно освободился. 

– За пять лет меня лично никто пальцем не тронул, но других осуждённых избивали, – рассказывает экс-заключённый. – В зоне для этого есть специальная камера, изнутри выложенная мешками с песком. А за мелкие нарушения – на подвал, то есть в карцер.

По словам Дрона, в колониях создают условия, которые невозможно не нарушать.
– Вот один пример. Непреходящее чувство осуждённого – голод. Кормят на грани выживания, какое там мясо, – вспоминает бывший сиделец. – Без передачек от родственников и друзей очень тяжело. Поесть, кроме столовой, можно только в кубовке – комнате приёма пищи. Но она открыта лишь один час утром и час вечером. На отряд в 100 человек – одна такая комната, и там всего три розетки. Пользоваться можно только казёнными кипятильниками, вода с ними закипает очень долго. За час попить чая или сделать бульон из кубика успевают 10 человек. Выход – кипятильники из лезвий, но они запрещены. И подобных примеров масса.

Как утверждает бывший заключённый по кличке Музыкант, то, что сейчас нет проблем с сигаретами и чаем, – неправда.
– На зоне это реальная валюта. Место на нижней шконке (нижняя койка в двухъярусной паре. – Фокус), например, стоит 10–15 пачек сигарет, в зависимости от запросов завхоза. 

На так называемых среди уголовников красных зонах (то есть тех, где заправляют не «бугры», а администрация) завхозом именуют старшего по отделению. 


Рыба не протухнет. Свободного времени в колонии немного. Играть в карты тут запрещено, но в домино – пожалуйста. За соседним столиком играют в шашки



Не петух прокукарекал

Гомосексуализм в колониях существует, и этого никто не отрицает. Как говорит замначальника Харьковского управления Государственного департамента Украины по вопросам исполнения наказаний Евгений Бараш, «это от человека зависит; гомосексуалистов и на свободе полно». 

Бывший зэк Музыкант с мнением полковника внутренней службы согласен буквально до слова: «Гомосеков и на воле много. Такой за пайку задницу запросто подставит». Впрочем, Музыкант добавляет: «Ещё администрация может опустить». Но предположение, что новичка могут запросто унизить сокамерники, устраивая ему какие-то проверки и провокации, отрицают и полковник, и бывший зэк.

Чем вас пугает заключение?


По мнению директора Украинско-американского бюро по защите прав человека Семёна Глузмана (в советские времена отбывшего срок за диссидентство), ситуация в украинской пенитенциарной системе нормализуется. 

– Социальные условия теперь лучше. 10 лет назад вообще была катастрофа, люди голодали. После выхода из состава МВД работа департамента стала более прозрачной. В зонах появляются священники, туда едут актёры, посторонних свидетелей в колониях становится всё больше.

Правозащитник говорит, что окончательному улучшению ситуации мешают низкая оплата труда обслуживающего персонала (прапорщик, например, получает 700–800 гривен) и связанная с этим коррупция. 

– У бандюков по несколько мобилок, хотя заключённым они запрещены. В одну зону пытались пронести пистолет! В этом виноваты охранники, – утверждает Семён Глузман.

Бюджетное финансирование Государственной службы исполнения наказаний оставляет желать лучшего. Как сообщил Фокусу первый заместитель главы департамента Николай Ильтяй, в прошлом году они получили всего 5% от 559 млн. гривен, запланированных Госпрограммой улучшения условий содержания заключённых. В этом году в бюджете заложено всего 10% необходимого по этой программе.

В отличие от Семёна Глузмана, который считает, что проблема пыток в колониях уже не так актуальна, как это было десять лет назад, председатель правления Украинского Хельсинского союза по правам человека Евгений Захаров придерживается иного мнения:

– Ситуация мало изменилась, – говорит он. – Заключённых избивают, по-прежнему существуют так называемые пресс-хаты. Вот вы были в колонии №100. Там с 1988 года существовала замаскированная «музыкальная камера», в которой людей избивали под громкую музыку, чтобы заглушить крики. Эту камеру правозащитники нашли только в 2005 году. Недавно мне сказали, что её работа возобновилась, но так ли это, я проверить не могу.

По словам председателя правления Украинского Хельсинского союза, в колониях плохо кормят: если нормы питания выполняются на 30%, это уже хорошо. Ещё одна проблема состоит в том, что осуждённые не могут жаловаться на своё положение: письма проходят люстрацию. 

– Наша исправительная система по-прежнему наглухо закрыта, – подводит итоги Евгений Захаров.


Бог простит. Темновская колония №100. Что в местах лишения свободы изменилось – так это отношение администрации к религии. Сейчас в каждой зоне имеется своя православная церковь



«Надевают наручники и два часа избивают»
Павел Паныч, 32 года
Осуждён в 2000 г. на 7 лет за разбойное нападение


Большую часть срока я отбывал в Харькове, в колонии №25. Официально она считается одной из лучших в Украине. Но судите сами, как там дела обстояли. Я уверен, что и сейчас происходит то же самое. 

Отработав с 8.00 до 16.00, после вечерней проверки заключённые заступали на смену с 18.00 до 1.00. Это бывало ежедневно, даже по воскресеньям: выходными считались только Новый год, Пасха и День независимости. Отказ от работы – нарушение. В случае невыполнения требований администрации будешь избит. Работая в две смены, заработка мы практически не видели. Официальная минимальная зарплата – 350 грн. в месяц, но хорошо, если получали по 20 грн. Примерно 75% осуждённых отоваривались в магазине 1-2 раза в год: я за шесть лет там отоваривался лишь дважды. 

Заключённых держали в постоянном страхе. Была такая бригада №32, специально созданная для провоцирования ЗК на противозаконные действия. Помню, шесть суток подряд шёл снег, мы его непрерывно убирали. Лица зэков покрылись волдырями от обморожения. Наказание получали за то, что не успевали побриться, пришить нагрудный знак, подстричься, а нестриженными считались все, у кого можно ухватиться за волос на голове. 

Самое мягкое наказание – «по отряду» или «по бригаде». В первом случае, если у тебя 15-й отряд, – 15 ударов палкой, во втором случае – 150 отжиманий от пола. Выбирали «отряд», иначе отнимаются руки, и ты не можешь работать. Самое тяжёлое наказание – карцер. Руки выкручивают за спиной, надевают наручники и на протяжении двух часов пытают: избивают, применяют электрошокер. Питались мы хорошо только в случае приезда какой-либо комиссии или по праздникам. В остальные дни кормили – просто кошмар. Протухшее мясо, хлеб с соломой. Не съешь – будешь наказан.

Я пытался обратить внимание общественности на происходящее. Но приезды комиссий и их беседы с осуждёнными ничего не дают: сказать что-нибудь, заранее не согласованное с администрацией, – самоубийство. Все письма читаются в оперчасти, поэтому пришлось слать малявы. Одна жалоба дошла до Тимошенко, но она перенаправила её в Департамент наказаний и прокуратуру Харьковской области. То, что началось потом – во всяком случае, для меня, – просто не передать. Пытали, угрожали опустить. Но я продолжал слать письма на имя Ющенко. Случилось чудо – письмо попало в Секретариат Президента. И за 44 дня до окончания срока я вышел по условно-досрочному освобождению.


Из застенков
Выдержки из адресованного Фокусу письма подследственного, в настоящее время находящегося в Лукьяновском СИЗО

Богдан Хмельницкий, 32 года
С применением пыток меня пытались заставить признаться в завладении автомобилем некоего гражданина. На основании протокола об административном задержании судья дал мне 10 суток ареста. Сегодня по факту фальсификации этого протокола возбуждено уголовное дело. В течение всего времени я подвергался физическим и моральным пыткам, о чем есть свидетельства моих сокамерников и работников «скорой помощи»…

...Меня перевезли в Бориспольский ИВС, где пытки продолжались ещё пять суток. В связи с тяжёлым состоянием здоровья меня поместили в Больницу скорой помощи, через два дня перевезли обратно в Фастов. В моей квартире провели обыск, его результаты фальсифицировали: изъяли ключи от автомобиля и патроны. Понятые заявили, что не видели, откуда были изъяты указанные вещи…

…По показаниям некоего свидетеля был арестован мой знакомый, его тоже пытали. Пытки окончились после того, как он проглотил ложку и был переведён в Киевское СИЗО…

...На сегодняшний день уголовное дело в отношении меня уже четыре раза было отправлено на доследование, и столько же раз оно возвращалось в неизменном виде…


Фокус определил пять лучших и пять худших исправительно-трудовых учреждений Украины. По новому Уголовному кодексу все 183 исправительных учреждения страны подразделяются на три класса: с минимальным, средним и максимальным уровнем безопасности. См. фоторепортаж  Казенный дом.

0
Делятся
Google+
Загрузка...
Подписка на фокус

ФОКУС, 2008 – 2017.
Все права на материалы, опубликованные на данном ресурсе, принадлежат ООО "ФОКУС МЕДИА". Какое-либо использование материалов без письменного разрешения ООО "ФОКУС МЕДИА" - запрещено. При использовании материалов с данного ресурса гиперссылка www.focus.ua обязательна.

Данный ресурс — для пользователей возрастом от 18 лет и старше.

Перепечатка, копирование или воспроизведение информации, содержащей ссылку на агентство ИнА "Українські Новини", в каком-либо виде строго запрещены.

Все материалы, которые размещены на этом сайте со ссылкой на агентство "Интерфакс-Украина", не подлежат дальнейшему воспроизведению и/или распространению в любой форме, кроме как с письменного разрешения агентства.

Материалы с плашками "Р", "Новости партнеров", "Новости компаний", "Новости партий", "Инновации", "Позиция", "Спецпроект при поддержке" публикуются на коммерческой основе.