Бог в помощь. Как в украинских школах учат христианской этике

На уроках христианской этики в Украинском колледже имени Сухомлинского школьники ищут простые ответы на сложные вопросы / Фото: Александр Чекменев, Фокус
На уроках христианской этики в Украинском колледже имени Сухомлинского школьники ищут простые ответы на сложные вопросы / Фото: Александр Чекменев, Фокус

С нового учебного года этика стала обязательным предметом в школах. Но выбирать можно — между христианским и светским курсами

Related video

На встрече с представителями Всеукраинского совета церквей Арсений Яценюк заявил, что в 5–6-х классах появился обязательный курс духовного воспитания. "Важно, чтобы такой курс проповедовал слово Божие и учил, что такое Бог, как надо себя вести, как совместно молиться, как надо думать о своей стране и исполнять Божье слово", — сказал он. Заявление премьер-министра вызвало протест адептов светского образования. Они заметили, что в Украине государство отделено от церкви, и напомнили, до чего дошла Россия с ее "духовными скрепами".

Чиновники от образования, пытаясь успокоить общественность, уверяют, что революции не случилось и уроки Закона Божьего в общеобразовательной средней школе вводить не собираются. Во многих учебных заведениях христианскую этику факультативно изучают с 1990-х. А новость в том, что в 2014-м представители украинских церквей попросили сделать этот предмет обязательным. Министерство образования и науки согласилось, но с оговоркой: если хотя бы один родитель против, весь класс будет изучать светскую этику. Однако случаев отказа немного.

Учение и свет

В Украинском колледже имени Сухомлинского христианскую этику изучают ученики пятых-одиннадцатых классов. Директор школы Василина Хайрулина, педагог с 53-летним стажем, с гордостью рассказывает, что вместе с другими авторами разрабатывала программу курса "Этика: духовные основы".

Она предлагает посмотреть, как проходят эти уроки. Кабинет на первый взгляд ничем не отличается от обычного класса. Доска, учительский стол, телевизор. Потом замечаешь — часть помещения стилизована под часовенку. Иконы, церковный подсвечник, ковер на полу. Хайрулина говорит, что эти храмовые атрибуты — наглядные пособия.

За составленными в один общий стол партами сидят дети лет одиннадцати.

— Что такое счастье? — громко спрашивает учитель. — Давайте по одному: для меня счастье — это…

Ответы простые и искренние: улыбка друга, когда семья рядом.

Каждый ответивший получает заж­женную свечу. Свечи в колледже любят. Хайрулина говорит, что впервые их зажигали в день открытия школы в 1988 году как символы добра, творчества и радости.

— Что главное в жизни? — продолжает преподаватель.

Первый же ответ неожиданный: терпение.

Похожие вопросы на другом уроке задают одиннадцатиклассникам. Учитель начинает фразу, ученик заканчивает.

— Мы живем для того…

— ...чтобы помогать близким людям в любой беде, которая с ними случится, и никогда их не бросать, — отвечает ученица.

Школьники держат в руках незаж­женные свечи. Слово передают по кругу вместе с огнем. Огоньков становится все больше, а когда все высказались, зажглась большая "свеча единодушия", стоящая возле учителя. Выглядит эффектно, хотя и несколько театрально.

Специально для меня директор интересуется у школьников, что дает им курс христианской этики.

— Я учусь формулировать вопросы, которые меня волнуют. Но мне не нравится отвечать на уроках, потому что не люблю, когда вмешиваются в мою личную жизнь, — несколько ломает благостный сценарий одна из учениц.

После занятий учитель Людмила Евсюкова объясняет мне, что ученица, в сущности, права: эти уроки не могут быть открытыми, в таком формате сложно говорить откровенно. Она перечисляет главные принципы преподавания курса. Нельзя навязывать свою точку зрения, а лишь указывать путь. Нужно научить детей в каждом человеке видеть образ Божий. Стоит отталкиваться от опыта ребенка. Учитель объясняет свою мысль на примере. Несколько месяцев назад двое подростков решили побегать по крышам вагонов электрички. Закончилось это трагически. В результате удара током один мальчик получил тяжелые травмы, второй погиб.

— На следующий день после этого как раз был урок христианской этики, — рассказывает Евсюкова. — В классе многие знали погибшего. Дети поначалу молчали, потом стали задавать вопросы: что будет с их другом дальше, что находится по ту сторону.

Я перебираю в руках листки, на которых ученики писали свои тезисы для урока. "Без любви сердце не может раскрыться для света мудрости, искренности и счастья. Саша". "Только любовью можно победить зло в себе. Динара".

— Как вы ставите оценки? — спрашиваю я. — Как это вообще можно оценить?

— Оценивается активность, желание работать на уроке, усердие и старание. Плохих оценок нет, — отвечает Людмила Евсюкова.

— А бывало, что родители против этого предмета?

— Только один раз. У нас был такой воинствующий атеист.

Давняя история

В Министерстве образования курс христианской этики курирует Раиса Евтушенко. Мы встречаемся в ее кабинете. Скучный интерьер слегка оживлен детскими поделками и агитационным календариком Юрия Луценко на стене. Евтушенко похожа на каноническую учительницу: строгая юбка, светлый тонкий свитер, легкий шарф на шее.

Она хорошо знает историю появления курса христианской этики в украинских школах. Все началось в 1992 году с самых религиозных областей страны — Львовской, Тернопольской и Ивано-Франковской. Местные власти, идя навстречу пожеланиям родителей, решили ввести факультатив "Основы христианской морали". Из-за отсутствия подготовленных учителей сначала курс читали священники.

Fullscreen

Плохих оценок на уроках христианской этики не бывает. Если что, их будет ставить жизнь / Фото: Александр Чекменев

Они хорошо знают Писание, но не имеют педобразования, не умеют владеть классом. Священники жаловались, что дети их не слушаются, — говорит Раиса Евтушенко. — Тогда поняли, что это было ошибкой. Все-таки нужно готовить учителей.

В 2005 году Виктор Ющенко распорядился ввести в украинских школах факультативный курс христианской этики. Тогда министерство решило выяснить, по каким программам работают педагоги.

— Мы получили около 200 программ. Увидели, что большинство из них не выдерживает критики. Все было на уровне самодеятельности, — вспоминает Раиса Евтушенко. — Специальная комиссия изучила все программы и учебники. Если в них что-то было не так, их не пропускали. Главный аргумент — это не христианская этика, это катехизация.

В итоге разработали несколько программ, рекомендованных министерством. Выбор зависел от местных администраций. Так как предметы преподавали факультативно, именно они оплачивали работу учителей и закупку учебников.

— В этом году к министру образования обратились представители украинских церквей с просьбой сделать учебные курсы духовно-моральной направленности не факультативным, а обязательным предметом, — говорит Раиса Евтушенко. — Мы это сделали, но снова-таки через тире: этика — курсы духовно-морального направления. Не могу сказать, что были протесты, большое противодействие, как, например, относительно замены термина "Великая Отечественная война" на "Вторая мировая", когда ветераны забросали нас возмущенными письмами.

На школу уповаем

Подготовкой школьного курса руководил Василий Жуковский, доктор педнаук, декан гуманитарного факультета Острожской академии — вуза с богатой историей, в том числе и богословской. Профессор Жуковский категоричен: украинские дети должны воспитываться на традиционных ценностях. В ответ на мое допущение, что прививать христианские ценности ребенку лучше в семье, а не в школе, разражается монологом.

— Вы ловитесь на тот же крючок, что и наши оппоненты. Кто они — родители современных детей? Это люди, которые воспитывались в советские времена и сформировались на атеистических ценностях. О какой христианской морали может идти речь в этих семьях? Они не могут достойно воспитать детей. Наша позиция в том, что дети, которые сегодня изучают христианскую этику, создадут лучшие семьи, чем когда-то создали их родители.

Профессор не скрывает, что эта мысль раздражает атеистов. "Говорят, что школа светская и так далее. Они не понимают историчность момента". Василий Жуковский подчеркивает, что сегодня переживает кризис не только институт семьи, но и церковь. Потому обязанность воспитать "высокоморальных религиозных людей, которые имеют сильное духовное ядро", лежит на школе.

35-летний киевлянин Вадим Выборнов — один из тех, кто против того, чтобы его ребенок в школе изучал предметы, основанные на библейском учении. "Сын вырастет — сам решит, становиться христианином или нет. Навязывать ему свою точку зрения неправильно". Изучив программу курса христианской этики, Вадим пришел к выводу, что школьникам предлагают очищенное, "рафинированное" христианство. Опущены спорные моменты, что отдает лукавством.

— Возможно, авторы курса хотят вырастить высокоморальных людей, но ведь при этом не обязательно говорить о вере. Курса светской этики достаточно, а те, кому этого не хватает, могут посещать воскресные школы при церквях, — считает он.

Впрочем, в пособии "Христианская этика в украинской культуре" прямых ссылок на Библию нет, лишь кое-где встречаются тезисы, выделенные жирным шрифтом: например, когда хочешь чего-то доброго, Бог обязательно тебе поможет. Василий Жуковский уверяет, что это сделали, чтобы избежать споров между представителями разных ветвей христианства. Он гордится тем, что программу, разработанную коллективом педагогов, ученых и богословов, утвердили девять христианских конфессий.

Жуковский считает, что курс христианской этики не должен становиться полем межконфессиональных битв. Страна и так разделена.