Все статьиВсе новостиВсе мнения
Украина
Мнения
Красивая странаРейтинги фокуса
Все космонавты — верующие. Пилоты — через одного, — Виктор Кундеревич

Все космонавты — верующие. Пилоты — через одного, — Виктор Кундеревич

За свою лётную биографию Виктор Кундеревич пробыл в небе 9622 часа и 8 минут. Он рассказал Фокусу о замеченном НЛО, о том, как лётчики воевали с медиками и почему разбиваются самолёты

000

"Я в аэроклуб после школы с трудом попал. Недобор веса. При росте 172 см весил 56 кг. Ещё бы полкило в минус — и никто бы меня в лётчики не взял. Обошлось". Украинский лётчик Виктор Кундеревич провёл в небе 15 лет — с 1964-го по 1979 год. Ушёл на пенсию по выслуге лет, испытав на себе если не все, то почти все прелести советской авиации. О том, чем это всё было, — в его рассказе. И в любимом "припеве" к главной профессиональной песне жизни: "Всё это дела дней минувших. Неважные дела". Мы думаем иначе: на свете бывает всё, кроме бывших лётчиков и их неважных дел.

Медкомиссия: так и запишем

Медкомиссию обманывали и в СССР. Но не будущие террористы, а "старики" — лётчики, которым пора было на пенсию. Слух, зрение уже были не те, но на "списание", как правило, никто по своей воле не соглашался. Давали медсёстрам коробку конфет, просили записать в карточке "в пределах нормы". Сестрички записывали — они ничем не рисковали.

Виктор Кундеревич: "9622 часа и 08 минут я пробыл в небе. Решил, пусть теперь китайцы летают, их много. И ушёл на пенсию"

Мой товарищ получил такую запись. И вдруг после этого его вызвали к врачу. "Ваши товарищи мне рассказывали, что у вас проблемы со слухом, — говорит доктор. — Давайте перепроверим уши". Товарищ согласился, но попросил провести проверку на рабочем месте — в самолёте. Мол, вопрос спорный, раз был поклёп, надо на месте разобраться, а не в кабинете. И вот стоят они с доктором в самолёте, перед прибором задач, одевают наушники. Мой товарищ незаметно звук для эскулапа поставил на минимум, а себе на максимум. Связался с диспетчером. Врач постоянно переспрашивает, что тот сказал, а лётчик бодро с диспетчером общается. "Ну что, доктор, — говорит. — Кто из нас плохо слышит? Кому уши надо перепроверять".

Лётчики любили медикам головы морочить. Знакомый механик перед медосмотром грудь себе серебряной краской разрисовал. "Что это?" — испугалась медсестра. "Сифилюга", — спокойно ответил механик. Переполох поднялся, вызвали врача. "Ты больной, — кричит тот. — Быстро сюда, госпитализировать будем". А госпитализировать некого: механик помылся.

Воевали с медиками и молодые. Я в первый год после аэроклуба не прошёл комиссию в лётное училище по зрению. Не высыпался, много читал ночами, да ещё и конъюнктивит случился из-за того, что нас возили в открытой машине. Ветер надул. А я уже летал вовсю, не мог понять, как это я на год теряю право за штурвалом сидеть. Позвонил знакомой докторше, рассказал всё. А она мне вместо сочувствия вдруг говорит: "Тебе сказали нельзя, значит, нельзя. Через год в очках будешь ходить". Оказалось, что меня забраковал по зрению её муж-окулист. Удачно я пожаловался.

Через год я снова пришёл на медкомиссию, очень хотел в лётное училище. Доктора меня узнали, вспомнили, что забраковали. Проверяли с пристрастием. Так крутили на приборах, что аж вспомнить весело. Но замечаний не было. "В первый раз, — говорит врач, — со мной такое. Чтоб я забраковала кого-то, а потом передумала". Хотели найти, как я их обманываю: но я не обманывал. Само всё устаканилось.

Такого, чтобы из-за обмана медкомиссии случались катастрофы, не припомню. Никто же себе не враг, по-настоящему больные люди за штурвал не садились. Впрочем, я могу чего-то не знать: тогда многое скрывали, особенно ошибки и несчастные случаи.

Химия и жизнь

В лётное меня сразу на второй курс взяли. Учился я вместо трёх лет два года и десять месяцев. Потом — химработы. Перевозили и разбрасывали удобрения над полями. Адский труд. Работу с сельхозхимией называли "трудовая колония с лётным уклоном" и не сильно преувеличивали.

Вонь такая от пестицидов и гербицидов стояла, что можно было в обморок упасть. После командировок выбрасывали форму. Знакомый лётчик после такого полёта переоделся, отмылся, решил жене помочь,  поехал за покупками. В троллейбусе чует "родной" запах. Стал глазами коллегу искать. Не нашёл. Видит — рядом с ним пустое место, пассажиры стали от него шарахаться. Думал-думал, в чём дело. Понял: ремешок на часах не сменил.

Я нигде так крепко не спал, как в самолёте. Автопилот поставил и... В Казахстане поля по 4 км, пока пересечёшь — можно выспаться. Санитарная норма была —  50 вылетов в день. Пилоты не успевали вылезать из самолёта. Не то что спать.

Иван Степанович

На "химии" я и встретил его, колоритного старого лётчика Ивана Степановича. Это тот самый, который проверять слух доктора в самолёт водил. Он везде оставлял неизгладимый след. После него работать где-то — это не дай бог.

Вот, например, подписывает Иван Степанович документы у агронома. Тот говорит: "Столько удобрений, сколько у вас здесь написано, не было. Вы столько не разбросали". А Иван Степанович ему: "Да? Не было? Становись под стенку!" Бах из ружья.

Иван Степанович был женат 6 раз. В последний — на своей первой жене. Вызывали его всякий раз на партсобрание. Разбирали моральный облик. "Ну в чём я виноват? — спрашивал Иван Степанович. — Когда я был молодым, испытывал слабость к прекрасному полу. Молодость прошла, а слабость — нет".

В самолёт садился только после бутылки водки. Спрашивал у техника: "Коля, де поле?". "Правее, Иван Степанович". "Отут, да?". "Не". "Та я вже кинув добрыва". Молчат. "Це советская земля, — с гордостью в конце концов произносил Иван Степановч. — Вродыть там, де впадэ".

На случай непогоды выдавали палатку. Там и спали. Иван Степанович особенно. Отправлял на работу техника, обучив его управлять машиной. Однажды комиссия нагрянула. Видят, лётчик спит, а самолёта нет. Растолкали: "Где машина?" "Там летает", — зевая, махнул рукой Иван Степанович в сторону горизонта. Где действительно летал самолёт.

В СССР катастроф нет

За 10 лет моей работы в аэропорту Жуляны, куда попал после "химии", разбилось семь самолётов. По Союзу — около сотни. Нам запрещали произносить слово "катастрофа". Мы на планёрках в рабочих тетрадях, где записывали лётные новости, иногда ставили крестики. Все знали: крестик — погибший самолет. Но никто этого не обсуждал.

Причины падения самолёта никогда не известны. Все выводы — только предположительные. Помню историю с рейсом Винница — Москва. В Виннице взлетели, набрали 5 500 метров высоты. Внезапно связь с диспетчером прекратилась. Самолёт падал, как осенний лист. Когда долетел, обнаружилось, что среди погибших пассажиров было много генералов. Видимо, самолёт военной ракетой шибануло. Но это тоже предположение.

Мы догадались, что самолёты стали чаще падать, когда нас, летающих в командировки, собрали и стали советоваться, как понизить аварийность. Был письменный опрос. Почти все написали "отменить ночные полёты".

Много проблем было связано с АН-10. Их так долго эксплуатировали, что прямо в полётах они шли трещинами. Бывало, что крылья отваливались. Далеко не сразу их на металлолом порезали.

Им на смену пришли АН-12, военно-транспортные самолёты, которые совершали международные рейсы. Диспетчеры вели переговоры с командирами экипажей только на английском. Я знал пилота, который в самолёте, летевшем в Африку, right перепутал с left. Самолёт и все, кто в нём находились, погибли, разбившись о скалы.

Летели из Москвы. Погода была отличная. Посмотрел вверх — вижу: крупный серебристый шар. Летел с нашей скоростью. Его видел весь экипаж. Доложили диспетчеру: видим НЛО. Снизу подтвердили: да, есть материальное тело. Абсолютно правильной круглой формы. Тело повисело над нами, а потом развернулось в сторону Львова. В воздух подняли истребитель, но ничего он не нашёл. Шар исчез.

Все космонавты — верующие. Пилоты — через одного.

Весь день сидишь, ничего не делаешь, а спина мокрая. Особенно на посадке.

Однажды мне приснилось, как я сел в Черкассах мимо полосы. 9622 часа и 08 минут я пробыл в небе. Решил, пусть теперь китайцы летают, их много. И ушёл на пенсию.

Фото из личных архивов

0
Делятся
Google+
Загрузка...
Подписка на фокус

ФОКУС, 2008 – 2017.
Все права на материалы, опубликованные на данном ресурсе, принадлежат ООО "ФОКУС МЕДИА". Какое-либо использование материалов без письменного разрешения ООО "ФОКУС МЕДИА" - запрещено. При использовании материалов с данного ресурса гиперссылка www.focus.ua обязательна.

Данный ресурс — для пользователей возрастом от 18 лет и старше.

Перепечатка, копирование или воспроизведение информации, содержащей ссылку на агентство ИнА "Українські Новини", в каком-либо виде строго запрещены.

Все материалы, которые размещены на этом сайте со ссылкой на агентство "Интерфакс-Украина", не подлежат дальнейшему воспроизведению и/или распространению в любой форме, кроме как с письменного разрешения агентства.

Материалы с плашками "Р", "Новости партнеров", "Новости компаний", "Новости партий", "Инновации", "Позиция", "Спецпроект при поддержке" публикуются на коммерческой основе.