Все статьиВсе новостиВсе мнения
Мир
Стиль жизни
Красивая странаРейтинги фокуса

На линии Курил. К чему могут привести геополитические игры России против Японии

На линии Курил. К чему могут привести геополитические игры России против Японии

Вялотекущий конфликт, десятилетиями развивающийся с медлительностью галапагосских черепах, в сравнительно недалёком будущем может получить значительное ускорение

010

В день очередной годовщины бомбардировки Хиросимы, 6 августа, правительство Японии выразило России протест в связи с размещением на острове Итуруп истребителей Су-35С. Генсек кабинета министров Страны восходящего солнца Ёсихидэ Суга подчеркнул, что действия Москвы "идут вразрез с позицией Японии и вызывают глубочайшие сожаления", добавив, что правительство страны продолжит вести активный диалог с российской стороной для решения вопроса принадлежности четырёх северных островов и заключения мирного договора.

За этими дипломатическими оборотами скрыт ров противоречий, провалиться в который двум странам куда проще, чем преодолеть его в два прыжка.

Тлеющий бикфордов шнур

Японцы снарядили экспедицию на Курильские острова в XVII веке, на 60 лет раньше россиян. Это, однако, не помешало Екатерине II включить архипелаг в состав Российской империи в 1786 году. Дальше в попытках урегулировать территориальные притязания последовали Симодский трактат (1855 г.) и Санкт-Петербургский договор (1875 г.). В соответствии с последним Россия передала Японии все Курильские острова, а Япония отказалась от претензий на Сахалин. Портсмутский мирный договор, подведший итог русско-японской войне, закрепил за Токио часть Сахалина к югу от 50-й параллели. Результаты Второй мировой, плачевные для Японии, позволили Советскому Союзу вновь прирасти островными территориями. При этом без юридических мин замедленного действия не обошлось.

По Сан-Францисскому мирному договору 1951 года, заключённому между странами антигитлеровской коалиции и Японией, Токио отказался от всех прав на Курильские острова и Сахалин. Но советская делегация не подписала данный документ. Фултонская речь Черчилля уже была произнесена, холодная война вступила в силу. И Москве было важно, чтобы в документе был оговорен вопрос о выводе с территории Японии оккупационных войск.

Попытка урегулировать вопрос на рубеже 1960-х провалилась после того, как Токио подписал договор о безопасности с Вашингтоном, закреплявший американское военное присутствие в стране. Москва в ответ аннулировала двустороннюю декларацию 1956 года, по которой в случае заключения полноценного мирного договора к Японии отходил Шикотан и необитаемые острова. 

Нынешний японский премьер много сделал для создания комфортного климата между Токио и Москвой, но ему не удалось снять самые существенные противоречия

После распада СССР проблема островов поднималась на переговорах Ельцина с японскими премьерами, но дальше намерений "прилагать все усилия с целью заключения мирного договора к 2000 году" дело не пошло. На исходе первого десятилетия нынешнего века в Токио применительно к Курилам уже оперировали терминами "незаконно оккупированные северные территории" и "исконные земли Японии".

В мае 2016-го Путин договорился с нынешним премьер-министром Японии Синдзо Абэ о "новом подходе" к решению проблем. Детали не разглашались, что подвигло аналитиков и журналистов чуть ли не к гаданию на кофейной гуще. Японский интернет протроллил загадочные обещания политиков тем, что предложил разыграть четыре острова в маджонг.

Впрочем, встреча двух лидеров двухгодичной давности так и осталась безрезультатной. И японской авиации в связи с присутствием российских самолётов на Итурупе, похоже, придётся подниматься в воздух на их возможный перехват с не меньшей интенсивностью, чем в 2014-м, когда число подобных вынужденных вылетов, спровоцированных Россией, превысило даже количество вылетов, обусловленных активностью китайских ВВС. 

Парадокс ситуации заключается в том, что напряжённость в двусторонних отношениях сохраняется, а в некотором смысле даже усиливается, в то время когда у власти в Японии находится Синдзо Абэ. Он известен не только своими националистическими установками или тем, что питает скандально тёплые чувства к синтоистскому храму Ясукуни, где поклоняются душам воинов, погибших за Японию и императора, среди которых есть те, кто признан международным трибуналом военными преступниками. Нынешний премьер позиционирует себя как завзятого русофила. При слове "русские" у Синдзо Абэ, если верить его недавнему признанию, возникает "образ очень терпеливого и чрезвычайно волевого народа". Путина, с которым Синдзо Абэ пытается выстроить доверительные личные отношения, он аттестует как человека, "который держит слово". А отношения между Японией и Россией, по его мнению, "имеют наибольший потенциал по сравнению с любыми другими двусторонними отношениями". Он действительно много сделал для создания более комфортного климата между Токио и Москвой. Но, во-первых, ему не удалось снять самые существенные из имеющихся противоречий. А во-вторых, эра Абэ не сегодня-завтра подойдёт к концу. Аналитики говорят об упущенных возможностях и задаются вопросом: кто придёт ему на смену? И куда повернёт японская внешняя политика?

За эпохой Абэ

Нынешний глава японского кабмина, в декабре 2012 года вторично занявший этот пост (его первое "пришествие" случилось в 2006–2007 годах), успел 21 раз встретиться с Путиным и ввести в правительстве должность министра по делам сотрудничества с Россией в области экономики. А ещё умудрился "не заметить" следов Кремля ни в войне на востоке Украины вообще, ни в сбитом малайзийском боинге в частности. Ни в Лондоне, где отравили Скрипалей, ни в ином месте, где Россия успела потоптаться. Антироссийские санкции со стороны Японии, принятые под давлением западных партнёров, были символическими, и если и вредили двусторонним экономическим отношениям, то лишь самую малость.

Токио стал всё активнее закупать новые виды оружия, а в японском обществе зреют милитаристские настроения

Русофильство Абэ можно, конечно, объяснить прагматизмом. В конце концов дружить с Москвой означает иметь перспективы поддержки в случае, если у Токио возникнут более жёсткие, чем сейчас, трения с Пекином. Хотя здесь США с их мощными политическими бицепсами выглядят куда более привлекательными, чем Россия. И если уж придётся выбирать, то Япония, безусловно, предпочтёт Белый дом Кремлю. Но для неё существуют и экономические мотивы российского вектора. В частности, возможность за счёт него получить диверсификацию импорта энергоносителей. Кроме того, как отмечают эксперты, внешнеполитические шаги Абэ — это ещё и гремучая смесь амбиций и воспитания.

Его отец Синтаро Абэ в 1980-х был министром иностранных дел Японии и генеральным секретарём правящей Либерально-демократической партии (ЛДП). Причём даже после ухода из политики из-за финансового скандала он продолжал продвигать линию на снятие конфликта с Москвой. В 1990 году во время поездки в Россию Синтаро Абэ заявил: "Горбачёвская эра — это шанс для японско-советского мирного договора. Даже если это будет стоить мне жизни, я хочу добиться этого". Звучало слегка пафосно, но для того у Синтаро Абэ имелась и личная причина: он умирал от рака.

Грёзы о мирном договоре от отца передались сыну. При этом по самым оптимистическим раскладам не позднее 2021 года премьерство Абэ закончится. Вместе с ним, скорее всего, закончатся и "шоколадные" двусторонние отношения. Ни у кого из наиболее перспективных соискателей поста главы кабмина не заметно желания делать ставку на Москву.

Таких трое. Фумио Кисида, бывший министр иностранных дел в правительстве Абэ, в 2012–2017 годах реализовывал внешнюю политику своего патрона, однако какого-то особого энтузиазма на этом поприще не проявлял. И уж точно не привносил в свою деятельность что-либо помимо казённого интереса. Не единожды встречавшийся со своим российским коллегой Лавровым, он так и не счёл нужным наладить с ним какое-то подобие тёплых отношений. И вряд ли стоит ожидать, что Кисида-премьер будет более энергичен в наведении мостов с Москвой, чем Кисида-дипломат.  

В судьбе второго кандидата, 37-летнего Синдзиро Коидзуми, ныне занимающего пост первого зама генерального секретаря ЛДП, биологические и политические гены сыграли примерно ту же роль, что и в случае с Синдзо Абэ. Правда, с иной направленностью. Его отец Дзюнъитиро Коидзуми, возглавлявший японское правительство в 2001–2006 годах, был известен своими проамериканскими симпатиями. От поисков компромисса в территориальном споре с Россией он принципиально отказался. Сын унаследовал эти идеалы отца. К тому же он в некотором смысле "испорчен" Америкой. Коидзуми-младший получил степень магистра в Колумбийском университете в Нью-Йорке и год проработал в Центре стратегических и международных исследований, одном из ведущих аналитических центров в Вашингтоне. Так что примерно понятно, как он себя поведёт, вступив на капитанский мостик Японии.

ИГРЫ С ОГНЁМ. Россия проводит учения у Курильских островов

Однако фаворитом в этой пока ещё не стартовавшей гонке считается Сигэру Исиба — бывший министр обороны, большой поклонник милитари-стайл в политике. Этакий японский "ястреб", аргументирующий свою критику Абэ тем, что, мол, экономическое сотрудничество с Россией никак не приблизит решение проблемы спорных территорий. Исиба выступает за углубление военного союза с Соединёнными Штатами и развёртывание на архипелаге дополнительных систем американских ПРО. Вдобавок он является приверженцем ядерной Японии. По его мнению, страна, во-первых, должна быть способна разрабатывать своё ядерное оружие. А во-вторых, Японии нужно подумать о том, чтобы на её территории были развёрнуты ядерные ракеты США.

В сущности именно Исиба во многом отвечает чаяниям японского общества. Судя по некоторым недавним опросам, он популярнее, чем Абэ. Вероятно, не в последнюю очередь потому, что хочет покончить с прописанной в японской конституции "самообороной" как с вещью ненужной, устаревшей и плохо отвечающей на вызовы времени.

Японский пацифизм: закат и последствия

Когда Юкио Мисима, один из наиболее известных японских писателей второй половины XX века, в ноябре 1970 года попытался склонить к государственному перевороту солдат, находящихся на базе сухопутных войск сил самообороны в Итигае, он взывал к духовности, которую Япония растеряла. Поняв, что никто за ним не пойдёт, он сделал харакири. Катана в руках его наперсников дрогнула, и его голова не сразу отделилась от страдающего тела. Тогдашний премьер-министр назвал его сумасшедшим. Но если оставить за скобками метод убеждения, вполне самурайский, в поступке Мисимы не было ничего невменяемого. Он хотел возрождения Японии — так, как он это понимал.

Потребовалось более 35 лет, чтобы о возрождении страны самураев и камикадзе заговорили западные наблюдатели. Американский историк и специалист по международным отношениям Кеннет Пайл в 2006-м выпустил книгу под названием Japan Rising: The Resurgence of Japanese Power and Purpose ("Восхождение Японии: возрождение японской мощи и воли"). Он писал, что Япония пробуждается после более чем полувекового периода национального пацифизма и изоляции. Тогда это восприняли со скепсисом. Но сегодня хватает резонов, чтобы сказать: Пайл был прав. Правда, сам процесс начался не вчера.

По девятой статье японской конституции, которая писалась под диктовку США после завершения Второй мировой войны, "японский народ на вечные времена отказывается от войны как суверенного права нации, а также от угрозы или применения вооружённой силы как средства разрешения международных споров".

Внешние и внутренние обстоятельства потихоньку возвращают Японии статус "непотопляемого авианосца"

Кроме того, Япония "никогда впредь не будет создавать сухопутные, морские и военно-воздушные силы, равно как и другие средства войны". Однако с учётом того, что права на самооборону для любой страны в мире никто не отменял, уже в 1950 году, с началом Корейской войны, в Японии был сформирован Резервный полицейский корпус, из которого в 1954-м выросли Силы самообороны. А чуть раньше, в 1951 году, Вашингтон и Токио подписали договор о безопасности, оформивший их послевоенный союз. При этом Силам самообороны надлежало защищать японский архипелаг, а войскам США — вести, если понадобится, наступательные операции за пределами Японии.

Коренным образом положение дел начало меняться в 2015 году, когда новая интерпретация конституции, введённая правительством Абэ, разрешила "коллективную самооборону". Впервые после окончания Второй мировой войны Япония получила право использовать вооружённые силы не только для собственной защиты, но и для защиты союзников, если ситуация при этом затрагивает безопасность самой Японии.

По прошествии трёх лет можно сказать, что пока всё сводится скорее к демонстративным акциям — например, участию японских кораблей в военном конвое, сопровождающем военно-морские суда снабжения США. Однако ясно, что в случае горячего конфликта этим дело не ограничится. Самое же главное, что из-за кризиса на Корейском полуострове Токио стал всё активнее закупать новые виды оружия. В японском обществе зреют милитаристские настроения. Согласно опросу, проведённому в мае минувшего года информационным агентством "Киодо", 56% японцев поддерживают изменение девятой статьи. Это вполне отвечает устремлениям нынешнего премьера Абэ, который заявил, что до 2020 года, то есть до Олимпийских игр в Токио, хочет внести соответствующие поправки в конституцию — дабы создать более прочную правовую основу для вооружённых сил страны.

Возможно, ему это удастся. Но если нет — тогда этим почти наверняка займётся его преемник. И если ещё в прошлом году казалось, что поводом для создания фактически новой (с точки зрения военной доктрины) Японии служат провокации со стороны Пхеньяна, то сегодня совершенно очевидно, что в эту копилку вносит свой вклад Кремль. Едва ли истребители Су-35С на острове Итуруп принимаются Токио за меньшую угрозу, чем запуск ракет "маленьким ракетчиком" Ким Чен Ыном. Шаг России можно, конечно, истолковать как зеркальный ответ на установку в Японии американских оборонительных систем запуска ракет Aegis Ashore, которые, как считают в Москве, способны нанести удар по российской обороне. Но совершенно очевидно, что Японию, которая в последние годы испытывает угрозы сразу с нескольких сторон — Китая, КНДР, России, такое объяснение вряд ли устроит. Скорее, наоборот, подтолкнёт к максимально быстрой дальнейшей милитаризации, ради которой будет принесена в жертву обветшавшая конституция, служащая сегодня сдерживающими постромками — абсолютно атавистическими в окружении таких соседей, как Россия.

Япония отказывается от роли миролюбивой страны, готовой довольствоваться "периферийным" титулом третьей экономики мира

Таким образом, нынешнее бряцание оружием со стороны Москвы буквально на глазах создаёт очередной очаг напряжённости. Может ли он обернуться серьёзным конфликтом? На фоне "безбашенных" исламистов, занимающихся кровопусканием на Ближнем Востоке, это кажется чем-то невероятным, однако угроза подобного негативного сценария реальна. Именно в силу того, что нынешняя Япония — уже не та страна, которой она была ещё десять лет назад. Внешние и внутренние обстоятельства потихоньку возвращают ей статус "непотопляемого авианосца". И раз уж по-другому, без демонстрации силы, нельзя, она будет её демонстрировать, станет вооружаться. И после ухода Синдзо Абэ с поста премьера страна начнёт проводить куда более жёсткую внешнюю политику. Возможно, не только в отношении России. При этом если дело дойдёт до военного столкновения, то вина за него будет лежать не столько на Токио, сколько на тех, кто его спровоцировал. И Москва в этом списке займёт отнюдь не последнее место. Причём с учётом веса всех задействованных политических игроков сам характер конфликта может очень скоро перерасти из локального в глобальный.

Выиграет ли в нём Япония, трудно сказать. Однако американский политолог Джордж Фридман в своём бестселлере "Следующие 100 лет. Прогноз событий XXI века", увидевшем свет в 2009 году, прочит Японии блестящее будущее. Страна станет одним из мировых лидеров. Первой в списке возможных претендентов на звание супердержавы. Проигравшим такое редко сулят. "Япония, — пишет Фридман, — с её милитаристскими традициями не останется той миролюбивой, находящейся на периферии страной, которой она была в последние годы. У неё это просто не получится". Доверять или нет человеку, который основал разведывательно-аналитическую компанию Stratfor и всегда отличался умением анализировать самую противоречивую информацию, личное дело каждого. Но часть его пророчеств уже сбывается: Япония отказывается от роли миролюбивой страны, готовой довольствоваться "периферийным" титулом третьей экономики мира. Неплохо было бы с этим считаться тем, кто сегодня пытается ей угрожать.

1
Делятся
Google+
Загрузка...
Подписка на фокус

ФОКУС, 2008 – 2017.
Все права на материалы, опубликованные на данном ресурсе, принадлежат ООО "ФОКУС МЕДИА". Какое-либо использование материалов без письменного разрешения ООО "ФОКУС МЕДИА" - запрещено. При использовании материалов с данного ресурса гиперссылка www.focus.ua обязательна.

Данный ресурс — для пользователей возрастом от 18 лет и старше.

Перепечатка, копирование или воспроизведение информации, содержащей ссылку на агентство ИнА "Українські Новини", в каком-либо виде строго запрещены.

Все материалы, которые размещены на этом сайте со ссылкой на агентство "Интерфакс-Украина", не подлежат дальнейшему воспроизведению и/или распространению в любой форме, кроме как с письменного разрешения агентства.

Материалы с плашками "Р", "Новости партнеров", "Новости компаний", "Новости партий", "Инновации", "Позиция", "Спецпроект при поддержке" публикуются на коммерческой основе.