Разделы
Материалы

Украина в картинах. Как менялись ценности украинцев за 30 лет

Екатерина Макаревич
Фото: Олена Правило/из личного архива

Куратор выставки Transformation Катерина Рэй рассказала Фокусу, как менялось сознание украинцев за последние три десятилетия

Два года назад к Катерине Рэй, члену Конгресса активистов культуры Украины, обратились из посольства Украины в Германии с предложением стать куратором выставки Transformation и познакомить европейских ценителей искусства с произведениями украинских художников. Немецкой стороне было интересно понять, как менялось общество и ценности, как смена политических режимов отразилась в творчестве, а также как Майдан повлиял на формирование украинской идентичности.

Катерина Рэй, куратор проекта Transformation, представившая Европе работы украинских художников, рассказала Фокусу о том, почему европейцы были шокированы привезенными работами, как показано прошлое, настоящее и будущее в современном искусстве и как менялось представление украинцев о национальном герое.

Собирая произведения искусства разных годов, ты для себя сформулировала, как менялись ценности украинцев?

— Трансформация хорошо заметна на примере двух периодов: 90-х и сегодняшнего времени, постмайданного. В 90-е, когда на художников с одной стороны обрушилась невиданная свобода, а с другой — полная неопределенность, в искусстве преобладали интровертность и мифологичность. Создавались целые миры, художники предпочитали уходить от реальности в бесконечные символические образы, богатые сюжеты, фантастические нарративы.

Можно вспомнить работу (03) Голосия "Автопортрет", работу (04) Гнилицкого, (07) "Не говори нет" Реунова, (19) "Противостояние" Степаненко.

В 90-е годы произошел глобальный перелом. Многие работы описывали утопию, сейчас же художники предлагают конкретные решения, анализируют и высказываются радикально.

Андрей Сагайдаковский "Ухо"

Современные украинские художники более категоричны, говорят без пиетета, они понимают, за что готовы бороться. Мне очень нравится работа Андрея Сагайдаковского, где художник изображает собственное ухо. Слушайте, делайте выводы, анализируйте. Относитесь к информации, которую получаете, с осторожностью, не поддерживайте информационную войну. Или работа Артема Волокитина "Зрелище-4", где автор, изображая салют, передает ощущение радости и счастья, смешанного со вкусом дыма шашки. Это прямая иллюстрация контрастности сегодняшнего общества. Ведь пока на востоке страны гибнут люди, мы продолжаем ходить в клубы, праздновать, жить обычной жизнью. Свитер арт-групп "Прибойчики". Казалось бы, лиричная работа, но авторы говорят о конкретной геополитической проблеме — аннексии Крыма.

Артем Волокитин "Зрелище-4", 2015

Немецкая сторона тоже представила свою экспозицию. Отличалось ли их понимание темы трансформации от показанной в работах украинских художников?

— Во-первых, скажу откровенно, они были в шоке, что у нас вообще такое искусство существует. Думали, что я привезу иконы или этно. А когда увидели контемпорари арт, были поражены. Для них это было открытием.

У немецкой стороны, которая также представляла свою экспозицию по теме "Трансформация", были совсем другие направления. Они больше любят играть с темой клише. Например, там была художница, которая раскрывала тему, связанную с физиологическими изменениями женского тела, маниакальной тягой к пластическим операциям, подтяжкам, трансформации форм. Или, к примеру, другая автор анализировала в своих произведениях значение модных аксессуаров для современных людей. Они совсем по-другому понимают transformation.

Как показана национальная идентичность немцев в представленных работах?

SVITER art-group, "Прибойчики", 2013

— В мировом искусстве в принципе стираются границы между национальными характеристиками. Их намеренно пытаются избежать. Когда я задала вопрос одной из наших известных арт-критиков, какие особенности современного украинского искусства она может выделить, меня поправили, что нет такого понятия и желательно осознавать искусство, создаваемое на территории нашего государства, в контексте мировом, не используя слово "украинское". Это интересная тема, потому что я все-таки считаю, что идентичность есть. Может быть, из-за того и шатаются союзы, что она не учитывается. Все равно есть различия в культуре, традициях, ментальности. И как ни старайся объединить народы путем полного слияния, в какой-то момент они захотят разойтись. Это как в отношениях между людьми. То же самое было и в Советском Союзе. Мне кажется, стоит строить союз, который будет учитывать и уважать разницу культур, потому что культура — это мощный инструмент, душа каждого народа.

"В 90-е украинские художники предпочитали уходить от реальности в бесконечные символические образы, богатые сюжеты, фантастические нарративы"

Как показано прошлое, настоящее и будущее в современном украинском искусстве? Какие образы и смыслы используются для передачи этого "триединства"?

— Образы совершенно разные. У Сергея Петлюка, например, я выбрала работу, которая иллюстрирует несколько важных сегодня тем. Его инсталляция (028) "Элементарная Манипуляция" состоит из трех частей. Художник "музеефицировал" три "головы": навершие коммунистического флага с серпом и молотом, три свечи в форме Папы Римского, с разной степенью таяния, и голову космонавта Юрия Гагарина. Декоммунизация, религия, национальный герой — три направления, которые сейчас актуальны для украинских художников. Декоммунизация, которая, к сожалению, пока больше сосредотачивается на разрушении и уничтожении символики, нежели на основательном избавлении от постсоветского мышления в обществе. Религия сегодня претерпевает важные трансформации и, конечно, поиск нового национального героя. Сегодня главный герой — это украинец, гражданин, который действует, несмотря на диссонансы в политике, способный принимать решения, влиять на власть, реформировать страну и организовывать себя, чтобы побеждать. Самое главное изменение украинского общества в том, что оно почувствовало силу и ответственность. От этого и искусство меняется, становится более радикальным.

Сергей Петлюк "Элементарная манипуляция", 2016

Появилось чувство солидарности и понимания того, что если власть не станет идти на диалог с обществом, то будет упразднена. Общество больше не позволит власти манипулировать собой. И власть должна это понимать. Мне очень понравились работы (11 и 11а) Ильи Исупова из серии "Большой муравейник" 2012–2013 годов, которые хорошо иллюстрируют общность. У серии есть своя история, но каждый куратор имеет право на субъективное прочтение произведения искусства. Для меня этот муравейник как иллюстрация современного украинского общества. Мы роем вместе, копаем, соединяемся, зависим друг от друга, но идем совместно к одной цели, понимаем, что в одиночку не выживем. Каждый индивидуален, но мы все равно вместе. И это важно.

Илья Исупов "Большой Муравейник", 2012

Отдельным смысловым блоком я представила в экспозиции тему трансформации села. Художник Александр Бабак несколько лет работал над серией "Реконструкция". Он делал фотографии жителей сел на фоне аутентичных хат и еще сохранившихся ландшафтов, затем переносил портреты на специальные прозрачные пленки, похожие на рентгеновские, и благодаря свету, направленному на эти пленки, выстраивал тени на стене так, что создавалось ощущение потустороннего мистического мира, полного призраков исчезающих сел. Художник обращается к теме трансформации памяти, подчеркивает важность традиций для понимания национальной культуры. Ведь село — это средоточие архетипических кодов для украинцев.

Олег Тистол "Роксолана", 1995

Интересно, как трансформируется в сознании художников период перестройки. Красноречивая и эмблематичная для эпохи работа Олега Тистола "Роксолана" 1995 года — одна из доминант в экспозиции. Она "собрана" из множества клише и стереотипов, характерных для советской эпохи. Я нашла созвучное "Роксолане" произведение группы GAZ "Колесница перестройки", в которой художники уже в 2013 году продолжают исследовать феномен экономического коллапса 90-х. Героизируя примитивный, но важный и характерный для эпохи объект, авторы анализируют феномен постсоветского общества. Золотая крылатая "кравчучка" — артефакт, в котором нашел воплощение миф Древней Греции о ловком Гермесе, боге торговли.

Наше искусство в любом случае социально ориентировано. Оно исследует общество, но уже не обязано обслуживать идеологию или государственный заказ. Это важно понимать.

GAZ group (Алексей Золотарев, Василий Грубляк) "Колесница Перестройки", 2013

Какие еще изменения в арт-процессе заметны после Майдана?

— Недавно я общалась с художницей Ксенией Гнилицкой, ее работы тоже есть в проекте. Она говорит, что после Майдана все художники стали левыми, поскольку невозможно уходить от того, что происходит вокруг, потому что политическая ситуация и социальные изменения настолько масштабны и глобальны, что так или иначе находят отражение в культуре.

В Европе более спокойная ситуация, у них нет такой трансформации. Работы Гнилицкой тоже связаны с трансформацией памяти. Одна из них называется "Постамент Ленина", а вторая "Клуб Paradis", рай Харьковской области. И то и другое — символы уходящей эпохи. И этот клуб, поросший травой, который был средоточием культурной жизни страны, — все эти кружки самодеятельности, литературные чтения, танцы — уже неактуальны. Декоммунизация — не только уничтожение памятников архитектуры, содержащих в себе философию и элементы советской символики, но еще и переосмысление огромного багажа смыслов. Что тогда было, чего уже сейчас нет, и слава богу. Что мы должны вынести для себя? И почему мы должны трансформировать память правильно? Это тоже один из постулатов моей экспозиции.

Сознательное молодое украинское проевропейское общество понимает, что прошлое нельзя просто взять и уничтожить, хотя бы для того, чтобы будущие поколения видели наглядные примеры и артефакты. Если просто уничтожить и стереть память, есть риск повтора этих ошибок. Это тоже посыл, который отражается в современном украинском искусстве.