Разделы
Материалы

Крымский мост пошел ко дну, но Крым не стал островом: реальные последствия удара и скрытые сигналы

Юлия Гринишина
Удар по Крымскому мосту создает угрозу для судоходства и логистики РФ, но не означает полной изоляции полуострова | Фото: коллаж Фокус

Крымский мост парализован. Сакральное сооружение Путина дважды подряд подверглось атаке. Помимо проблем с автомобильной логистикой у россиян теперь неприятности с судоходством — арка сооружения лежит на дне моря и заблокировала фарватер. О полной изоляции полуострова говорить пока рано, но "свежие" удары обернутся для России миллионными убытками. Почему именно сейчас мост вновь стал мишенью, каковы реальные последствия удара, помимо резонанса, и при чём здесь Китай — выяснял Фокус.

В ночь на 17 ноября Крымский мост подвергся повторному удару, в результате чего арка сооружения, которая ранее уже была деформирована, и часть дорожного полотна обрушились в воду. Накануне, 16 ноября, мост уже подвергался обстрелу. Тогда движение транспорта по нему было временно ограничено, а впоследствии его возобновили в реверсивном режиме.

В Министерстве транспорта России сегодня утром заявили, что в результате второй атаки беспилотников движение по автомобильной и железнодорожной частям моста в настоящее время невозможно. На подъездах к переправе со стороны Краснодарского края открыты пункты обогрева. Людей просят использовать альтернативные маршруты при планировании поездок в Крым. Россияне оценивают нанесенный ущерб и сообщают, что пострадавших нет. Оккупационный глава полуострова Сергей Аксенов призвал крымчан и туристов отказаться от поездок в сторону моста. По его информации, атака привела к жертвам — погибли два человека.

Атака была осуществлена с использованием дронов "Паляница" (попали по автомобильной части моста), а также ракет "Нептун", FP-5 и беспилотников "Рута", которые поразили железнодорожную часть. С помощью "Фламинго" Силы обороны осуществили управляемое поражение. В результате комбинированного удара и обрушения автомобильного пролета судноплавный фарватер завален обломками. Руководитель Центра изучения оккупации Петр Андрющенко сообщил, что в результате падения элементов моста произойдет полная блокировка судоходства. По его словам, глубина канала не позволит обойти арку безопасным способом. А это значит, что наряду с проблемами автомобильного движения у россиян возникла и другая — остановка судоходства с Азовским морем.

Удар по Крымскому мосту: почему Россия не лишилась логистики

Удар по Крымскому мосту стал резонансным событием, однако его политическое значение на данный момент может превышать непосредственные военные последствия. Россия уже создала альтернативные маршруты снабжения оккупированного полуострова, поэтому даже серьезное повреждение переправы через Керченский пролив не означает полной изоляции Крыма. В то же время масштабная украинская атака в ночь на 17 ноября поднимает вопрос об эффективности применения беспилотников и выборе целей. Об этом в комментарии Фокусу рассказал военно-политический эксперт Дмитрий Снегирев, который призвал не путать информационный эффект операции с ее реальными стратегическими результатами. По словам эксперта, самым значительным военным результатом ударов по Крымскому мосту могла бы стать фактическая изоляция оккупированного полуострова.

"Главный результат удара по Крымскому мосту — это превращение Крыма в остров. Полная изоляция. После первых атак украинской стороны по Крымскому мосту россияне сделали выводы относительно логистической зависимости полуострова и создали несколько дублирующих вариантов логистики. Прежде всего, это сухопутная трасса "Новороссия" и железнодорожное сообщение", — объясняет Снегирев.

По его мнению, само существование альтернативных маршрутов является ключевым фактором, не позволяющим говорить о полном нарушении российской военной логистики после очередной атаки на Крымский мост. Эксперт отмечает, что Россия имеет возможность осуществлять поставки автомобильным и железнодорожным транспортом. Более того, по его оценке, пропускная способность альтернативной железнодорожной инфраструктуры превышает пропускную способность Крымского моста.

"Когда мы начинаем говорить о великой победе, мы должны четко понимать, что оккупанты, к сожалению, располагают возможностями параллельной логистики. Прежде всего автомобильным и железнодорожным транспортом. А пропускная способность железной дороги в разы выше, чем возможности Керченского моста, даже с учетом того, что там есть автомобильные и железнодорожные пути", — отмечает военно-политический эксперт.

Отдельно Снегирев упоминает успешный удар по пароме "Славянин", который также использовался для транспортного сообщения с оккупированным Крымом. Однако, по его мнению, даже поражение таких объектов не решает главной проблемы, поскольку Россия продолжает пользоваться сухопутными и железнодорожными маршрутами. Именно поэтому эксперт призывает оценивать не отдельные успешные атаки, а общее состояние российской системы снабжения.

Что не так с атакой на РФ 17 ноября

По словам военно-политического эксперта, Россия располагает разветвленной транспортной инфраструктурой, обеспечивающей сообщение с оккупированными украинскими территориями. Снегирев утверждает, что речь идет примерно о 30 мостах, из которых 15 железнодорожных и столько же автомобильных. Он приводит пример предыдущего удара по мосту через реку Миус в Ростовской области. По его мнению, такие единичные атаки демонстрируют возможность нанесения удара по транспортной инфраструктуре противника, но не обеспечивают масштабного нарушения логистики.

"Попытка уже была — это удар в Ростовской области по мосту через Миус. Но это один мост. Нанесли удар — да, это хорошо. Однако если мы хотим полной блокировки и создания предпосылок для нарушения логистики, то это должна быть системная работа", — объясняет эксперт.

Снегирев особенно остро оценивает масштаб украинской атаки в ночь на 17 ноября. По сообщениям российской стороны, в течение ночи якобы было задействовано почти 2000 украинских беспилотников. Эксперт обращает внимание, что ранее россияне называли рекордной цифру примерно в 1900 дронов. Именно заявленный масштаб операции, по мнению Снегирева, ставит под сомнение её конечную цель и эффективность. Он считает, что при применении такого количества БПЛА украинское командование должно было бы в первую очередь сосредоточиться на нарушении работы основных российских логистических узлов. Вместо этого, по его оценке, масштабная операция обеспечила прежде всего резонансный информационный эффект, тогда как альтернативные маршруты снабжения продолжили функционировать.

"Если уж говорить о том, что запустили 2000 дронов, то почему наносить удары по Москве, а не по мостам, соединяющим Россию с оккупированными территориями? Я не понимаю стратегии таких ударов", — отмечает Снегирев.

Эксперт отмечает, что Москва является одним из наиболее защищенных российских городов. Поэтому, по его мнению, задействование значительных ресурсов для атак на столицу РФ не всегда может быть оправданным с точки зрения достигаемого военного результата.

"Мы понимаем, что Москва — самый защищенный объект. И если мы запускаем 300 дронов, а до цели долетает лишь десяток, то какой в этом смысл? Я этого не понимаю", — говорит военно-политический эксперт.

Снегирев убежден, что эффективность масштабных операций необходимо оценивать в первую очередь по тому, насколько они ограничивают военные возможности противника, а не по количеству задействованных средств поражения. Он также ставит под сомнение целесообразность сосредоточения внимания на одном резонансном объекте, когда у российской стороны есть альтернативные транспортные маршруты.

"Если россияне сообщают о 2000 запущенных дронов, то возникает вопрос: почему одновременно с Крымским мостом не была нейтрализована инфраструктура трассы "Новороссия" и железнодорожного сообщения? Мы говорим о 30 мостах, но в результате получаем красивую картинку с одним мостом, который не решает главной проблемы", — отмечает эксперт.

По его мнению, даже частичное нарушение работы нескольких транспортных направлений могло бы иметь гораздо более серьезные последствия для снабжения российских войск. В то же время Снегирев подчеркнул, что сама по себе атака на Керченский мост не исключает возможности поставок по другим маршрутам.

Удар по Крымскому мосту как политический сигнал перед переговорами

Несмотря на критическую оценку военных последствий, Дмитрий Снегирев признает важность политического и информационного значения атаки на Крымский мост. По его мнению, время проведения операции не случайно, ведь она состоялась накануне трехсторонних переговоров о прекращении войны в Украине. Эксперт считает, что таким образом Украина демонстрирует готовность повысить ставки и пытается укрепить свои переговорные позиции.

"Удар по Крымскому мосту — это прежде всего политический сигнал. Мы пошли на повышение ставок накануне трехсторонней встречи (Трамп, Путин, Си Цзиньпин — ред.), давая понять, что у нас есть собственная позиция относительно окончания войны в Украине", — объясняет военно-политический эксперт.

По словам Снегирева, российская сторона пытается представить предстоящие переговоры как своеобразную "Ялту-2", то есть процесс, в ходе которого великие державы могут договариваться о будущем Украины. Однако, по его мнению, Киев стремится продемонстрировать, что не согласится с навязанными условиями. Таким образом, эксперт уверен, что удар по Крымскому мосту необходимо рассматривать в двух плоскостях. В политической — как демонстрацию украинских возможностей и сигнал перед международными переговорами. В военной — как отдельную операцию, результат которой не означает полной изоляции оккупированного полуострова и прекращения российских перевозок. В то же время он связывает атаку на Крымский мост с риском дальнейших российских ударов по транспортной инфраструктуре Украины.

"Ответ, конечно, будет. Они будут наносить удары по мостам. Они и сегодня наносили удары, причем одновременно. И речь идет не только о Киеве, но и о Днепре и Запорожье. Поэтому возникает вопрос: готовы ли мы к подобным сценариям?" — размышляет Снегирев.

По его мнению, при подготовке к возможным ответным атакам со стороны России необходимо учитывать последствия для украинской транспортной инфраструктуры и экономики. Именно поэтому он подчеркивает необходимость трезво оценивать как военные результаты украинских операций, так и возможные последствия для самой Украины, не подменяя стратегический анализ информационными сообщениями об успешных ударах.

Крымский мост закрыт: миллионные убытки для РФ и новые проблемы для Крыма

Разрушение арки моста означает, что возникает серьезная проблема с сообщением между Каспийским, Азовским и Черным морями. Как пояснил в комментарии Фокусу экономист Иван Ус, сейчас под вопросом, можно ли будет использовать Волго-Донский канал (обеспечивающий судоходный выход из Каспийского моря в Азовское и Черное моря). По его словам, на данный момент никакой связи между Азовским и Чёрным морями нет. Он отмечает, что, по предварительным оценкам, последствиями для России станут убытки в миллионы долларов. Ведь остановка судоходства — это крайне болезненный удар для врага.

"Эта арка находилась в центре моста над фарватером и обрушилась прямо над ним. Длина Керченского пролива — 4,5 километра, а ширина фарватера (места, где проходят суда) — 120 метров. Потребуется несколько недель, если не месяц, чтобы выяснить, способен ли он вообще функционировать, может ли судно, которое будет проходить там, зацепиться дном за обломки моста и, как следствие, пробить дыру. Посмотрим, кого из специалистов Россия привлечёт для работ там. Не уверен, что это смогут сделать российские специалисты; что касается зарубежных — следует понимать, что это зона активных боевых действий. Это могут сделать китайцы, но захотят ли они, учитывая риски? Может сложиться ситуация, как с российскими НПЗ, когда Китай сказал, что без проблем отремонтирует, но через два года", — отметил Ус.

Экономист также указал на психологический фактор, связанный с ситуацией вокруг Крымского моста. По его словам, когда был нанесен первый удар по мосту, это послужило своеобразным сигналом для тех россиян, которые живут в Крыму, чтобы они покинули оккупированную украинскую территорию, пока мост ещё стоит. Времени для этого у них было достаточно, сегодня же удары возобновились, а изоляция полуострова набирает обороты. Все это повлияет на настроения тех, кто остается в Крыму. По мнению Уса, атаки 16–17 ноября являются четким сигналом для этих людей о том, что их задержка на крымской территории была ошибкой, потому что теперь выбраться оттуда — реальная проблема.

Альтернативный вариант по суше через оккупированную территорию Украины существует, но там уже действуют Hornet (дроны средней дальности). Экономист убежден, что обстрелы моста в эти дни стали очередным напоминанием россиянам, которые приехали в Крым и думали, что Россия там навсегда, что нужно бежать, пока есть хоть какая-то возможность.

Анализируя ситуацию на полуострове, экономист отметил, что и раньше там наблюдался дефицит определенных товаров. В частности, топлива: оно стоит там значительно дороже, чем в России, где цена составляет менее 100 рублей за литр, а на полуострове — 300.

"Существует психологический фактор — осознание того, что мосты стали мишенью. Это приведет к росту цен, а затем последует перерасчет объемов поставок в Крым. Есть варианты через мост, на паромах и по суше, но трасса подвергается ударам дронов, паромы — ранее уже подвергались атакам и были повреждены. Поэтому через мост поставлялось многое, но, насколько я понимаю, этого больше не будет. Альтернативные способы частично есть, посмотрим, как они будут использоваться. Ранее Мадяр существенно "скрутил" численность российского флота на Азовском море, поэтому поставлять им продукцию на полуостров тоже проблематично", — считает Ус.

Подводя итог, эксперт отметил, что Крым постепенно превращается в чемодан без ручки, и соответствующие действия в этом направлении продолжаются. Оккупантам необходимо обеспечивать полуостров всем необходимым, но Украина перекрывает пути для этого.

С начала полномасштабного вторжения Керченский мост подвергался успешным атакам как минимум пять раз (в результате которых ему были нанесены существенные повреждения), а именно: в 2022 году (в результате подрыва грузовика), в 2023 году (поражение опор морскими дронами), в 2025 году (подводная минировка) и дважды в ноябре текущего года.