Разделы
Материалы

Кровь дешевле воды. Что дала нам понять война с Россией

Только сейчас многие украинцы начинают понимать, через какие страшные испытания прошли Молдова, Чечня и Грузия

Фото: facebook.com/Khrystyna.Bondarenko

Каждый день безжалостный, как системы залпового огня, спикер информационно-аналитического центра Совета национальной безопасности и обороны Андрей Лысенко сообщает, что в боях с террористами погибли столько-то украинских военнослужащих. Они гибнут в одиночку, по двое, по трое. Несколько информационных сайтов размещают скупые сообщения о смерти героев, остальные не делают и этого, "потому что сейчас и так перебор с военной чернухой". Погибшие бойцы будто бы не имеют имен, и никто не знает, как они выглядели, как жили и как умерли. Почему они пошли на фронт и самое главное – почему они погибли. Их слишком много, чтобы рассказать о каждом. С начала войны Украина, по официальным данным, потеряла свыше 1700 военнослужащих.

Смерть Сергея Нигояна от пули снайпера на революционном Майдане стала общенациональной трагедией. Сергея показывали по всем каналам, о его недолгой жизни рассказывали все информационные сайты. Это было совсем недавно: в январе нынешнего года. Нигоян был первым бойцом Небесной сотни, но никто и предположить не мог, что у нас будет не одна Небесная тысяча.

В мирное время смерть человека была для нас не статистикой, а трагедией, и мы рассуждали о том, что раз уж Бог призвал к себе человека, то значит, настало его время. Сейчас на небеса каждый день уходит по нескольку молодых и здоровых украинцев, и мы точно знаем, что так не должно было случиться. И что восемнадцатилетние патриоты остались бы в живых, если бы не выстрелы, сделанные из чужого оружия.

Когда-то давно, еще до войны, на одной из экскурсий по Львову я услышал такие слова: "Это было в те далекие времена, когда кровь стоила дешевле воды, а жизнь коня ценилась выше человеческой жизни". Экскурсовод рассказывал о Средневековье, но теперь его слова подходят и к нашим дням. Ведь людей на нынешней войне достаточно, и РНБО не спешит объявлять четвертую волну мобилизации. Не хватает "железных коней": танков, БТР-ов, военных автомобилей, самолетов. Не хватает воды, еды и одежды для солдат. Совершив какой-то невероятный временной виток, мы снова вернулись к средневековым ценностям.

А может, мы просто сняли розовые очки и увидели, как хрупка наша собственная жизнь и как легко разрушается все то, что мы строили долгие годы. Мы вдруг поняли, что то, что сейчас происходит с нами, обычное дело для нашей планеты. Раньше мы были подобны солдату, уверенному, что пуля может попасть в кого угодно, только не в него. Мы наблюдали за тем, что происходило в Молдове, Чечне и в Грузии словно издалека. А войны, происходящие в Ираке, Египте и Ливии вообще казались далекими, как Марс. Но вот настал наш черед.

И теперь мы сами удивляемся, почему все забыли о том, какое огромное зло несет в себе любая диктатура и до сих пор не создали эффективных инструментов противодействия ей. Президент Уганды в 1971 – 1979 годах Иди Амин, кстати, доживший до глубокой старости, убил около 300 000 соотечественников, из них 2000 – лично. Лидер Камбоджи в 1976 – 1979 годах Пол Пот убил около миллиона. Амбициозные выскочки не раз захватывали власть в самых разных странах, но нас это ничуть не трогало. Как теперь не трогает весь мир российско-украинская война и гибель 1700 наших патриотов.

Но может, если изменимся мы, то изменится и весь мир. Если мы поймем, что не бывает чужих войн и чужих смертей, то сумеем вместе с другими народами утвердить порядок, единый для всей планеты, чтобы больше не было небесных сотен и небесных тысяч. И чтобы никогда больше кровь не становилась дешевле воды.