Разделы
Материалы

Он смог. Чем запомнится 44-й президент США

Барак Обама — один из немногих политиков, действительно сумевших проявить себя как часть общности

Фото: Pete Souza

Покидающих Белый дом американских президентов обычно заботит, с чем они войдут в историю. Наследие Барака Обамы может показаться бедноватым, особенно глядя из Украины. Мир не стал безопаснее, скорее наоборот. Враги Америки не побеждены, а, кажется, только вошли во вкус настоящей вражды. Ну и победа Трампа на президентских выборах выглядит опле­ухой образцово этичному и политкорректному Обаме.

Все так. И все же не так. Наследие 44-го президента США сложно описать в политических терминах, зато просто — в психологических. Дар Барака Обамы американскому народу — человечность, которую он привнес в свою работу.

В прощальной речи Обама, вспоминая, как все было, сказал: "Я горевал вместе с семьями, требующими ответов, и находил милосердие в церкви в Чарльстоуне. Я видел, как наши ученые помогли парализованному человеку вернуть осязание. Я видел, как раненые солдаты, которые по всем признакам должны были погибнуть, снова ходили. Я видел, как наши врачи и добровольцы помогали восстановлению после землетрясений и останавливали пандемии. Я видел, как самые маленькие дети напоминают нам своей щедростью и своими действиями, что мы должны заботиться о беженцах и работать во имя мира, и прежде всего — заботиться друг о друге. И моя вера в способность обычных американцев добиваться перемен, зародившаяся много лет назад недалеко отсюда, вознаградила меня невероятным способом. Я даже представить себе такого не мог".

Президент Обама не стеснялся плакать на людях, когда выдвигал инициативу об ограничении оборота огнестрельного оружия из-за случаев массовых расстрелов школьников. Но он умел и смеяться — над собой и над другими. Его выступление с Киганом-Майклом Ки — вполне самостоятельный комедийный номер. Великий Мэл Брукс однажды попытался снять с Обамы брюки, пока тот вручал обладателю "Оскара" Национальную медаль в области искусств. Получилось смешно. Про любовь к танцам и говорить не приходится. Президентскую чету можно было часто застать за этим занятием — вместе и по отдельности. Они танцевали даже с "пылесосом" из "Звездных войн".

Удивительное дело: хотя Барак Обама часто и с удовольствием выходил за рамки президентской роли в ее общепринятом понимании, основанном на требовании быть предельно серьезным, он не потерял лидерского авторитета и не утратил уважения. По крайней мере, не более чем это происходит со всеми президентами в силу естественного разочарования и несбывшихся надежд.

"Многие мировые лидеры в своих выступлениях апеллируют к чувству групповой солидарности и национальной гордости, стремясь проявить себя как часть общности. Но немногим удается быть, а не казаться"

Будучи самым влиятельным человеком на планете, Обама показал, как можно быть и влиятельным, и человеком одновременно. Это важно, и это редко случается.

Всех политических лидеров можно условно разделить на четыре группы. В первую входят так называемые Я-политики. Они всегда ставят во главу угла собственную волю, намерения и силу. А все происходящее рассматривают лишь как производную от собственных усилий. В их речи много "Я": я дал распоряжение, я вам не позволю, я всегда, я никогда, меня не сломать и так далее. Украинцам неплохо знаком этот тип политиков, его представители — Петр Порошенко и Михеил Саакашвили.

Бывают еще Они-политики. Те, которые привыкли объективировать ситуацию и других людей в ней, а себя как бы выносить за скобки, оставаясь "над схваткой", и с помощью этой уловки добиваться видимого превосходства. Это, пожалуй, самый распространенный тип политиков, поскольку в него естественно вписывается и обвинительная, и популистская риторики. Всех не перечислишь, но Дональда Трампа упомянем. Нелишне сказать, что украинская политика перенаселена Они-лидерами.

Есть Вы-политики — те, которые способны выстраивать прямой и честный диалог с партнером, не скатываясь при этом в рассуждения о его "тайных хозяевах", которые за все заплатили, или о страдающем народе, или о себе любимом. Некоторые лидеры ситуативно могут проявлять себя как Вы-политики, но тех, для кого это устойчивая видовая характеристика, очень немного. Ангела Меркель, пожалуй, и все.

И, наконец, четвертый тип — Мы-политики. Это исчезающий вид, который чудом еще сохраняет способность солидаризироваться с общественными интересами и действовать с позиции широкого "мы". Многие мировые лидеры, и практически все американские, в своих выступлениях часто апеллируют к чувству групповой солидарности и национальной гордости, стремясь проявить себя как часть общности. Но немногим удается быть, а не казаться. Барак Обама — один из немногих Мы-лидеров. "Демократия требует элементарного чувства солидарности: несмотря на все внешние различия, мы действуем вместе, мы встаем или падаем как единое целое", — сказал он в прощальной речи. Это и есть человечность — способность по-настоящему быть с другими людьми.

Барак Обама не стал самым успешным президентом Соединенных Штатов. Он проиграл Дональду Трампу, своему идейному и психологическому антиподу. Не в предвыборной схватке "лицом к лицу", но все-таки проиграл.

Но независимо от того, как сложится президентская карьера Трампа и с чем он войдет в историю, его прощальную речь вряд ли будут слушать стоя и прерывать скандированием "Еще четыре года!" Не тот тип. No, he can"t.