Разделы
Материалы

Вздорная Украина. Каждому из нас нужно стать психотерапевтом: для себя и для того парня

Украинцы ходят по одним и тем же улицам, соприкасаясь рукавами, но сказать, что они полноценно сосуществуют, нельзя

Фото: hochu.ua

В реальной клинической практике диссоциативное расстройство, проще говоря, расщепление личности встречается крайне редко. Хотя об этом очень любят снимать кино. Вот и недавно по широкому экрану прошелся Найт Шьямалан со своим "Сплитом", где интрига главным образом вращалась вокруг того, сколько же субличностей у героя — двадцать три или все-таки двадцать четыре.

Интерес к теме понятен: есть где развернуться и актерским талантам, и фантазии сценаристов. Но жизнь бывает круче, чем кино.

Возьмем, к примеру, недавнее нашумевшее интервью Ивана Дорна, в котором музыкант, чьи новые клипы украинская публика соответствующих музыкальных вкусов встречала с неизменным одобрением, сделал ряд неожиданных признаний. Например, в том, что он воспринимает военный конфликт, в который вовлечена Украина, как "ссору" со "старшим братом". И что знаменитый выход в майке с трезубцем в Юрмале был не искренним жестом патриота, а конъюнктурным решением. Нужно ли говорить, что творчество Дорна после этого интервью сильно упало в цене? Хотя с музыкальной и художественной точек зрения оно осталось неизменным. Дорн — далеко не первый украинский артист, погоревший на политике. Подобные казусы случались ранее и будут случаться еще. В нынешней ситуации и музыкантам, и людям, далеким от сцены, крайне сложно сохранять целостность идентичности. Одна часть тебя искренне верит в то, что Украина — "младший брат", другая — так же искренне жаждет завоевать достойное место на ее музыкальном рынке. Одну часть тебя уносит в космос с первыми же аккордами "Я солдат …", другая подозревает, что "солдат" воюет не за ту армию. Реальность постоянно ставит нас перед выбором между "снять крест" и "надеть трусы". Но человек неизменно оказывается сложнее. И полностью отказаться от одних ценностей в пользу других не всегда просто, а иногда и вовсе невозможно.

Был недавно еще один занимательный случай. Ветераны Великой Отечественной войны, точнее, представители их общественных организаций поспорили с ветеранами АТО о принципах бюджетной поддержки их деятельности. "Новые" ветераны считают, что финансирование должно распределяться на конкурсных условиях, исходя из реальных потребностей целевой аудитории. "Старые" — за сохранение статус-кво и финансирование статутной деятельности. Дискуссия получилась оживленной, атмосфера накалялась, у представителя ветеранов Афганистана подскочило давление, а у него уже был один инфаркт. В результате победила молодость. Раздосадованный председатель Украинского общества узников — жертв нацизма Маркиян Демидов кинул напоследок журналистам: "Будьте вы прокляты! Идите вы на **й!". И его можно понять. Общество, к которому он привык и в котором он занимал заслуженно прочное и комфортное положение, распадается на глазах. Статус ветерана, а с ним почет и уважение уходят к людям, которым в его картине мира больше пристало бы именоваться "фашистами", чем "ветеранами".

"Паспорт с трезубцем одинаково идентифицирует личность и тех, кто готов отдать жизнь за свою страну, и тех, кто тайно или, даже не особо скрываясь, считает ее историческим недоразумением"

Факты на самом деле таковы: и те, кого представляет господин Демидов или другие организации того поколения, и те, кто служил или служит в АТО, имеют одинаково значимые заслуги перед украинским государством. И те и другие защищали Отечество, себя не щадя. И как теперь этому конфликту, который конечно не про деньги и не про прошлые заслуги, а про разные интерпретации будущего, дать непротиворечивое объяснение? Как уместить уважение к подвигу дедов-прадедов и к подвигу внуков-правнуков не только в единой статье бюджетных расходов, но и в единой системе ценностных координат? У Демидова пока не получилось. И на расщепление реальности он выдал такую же расщепленную реакцию: одновременно благообразную и обсцененную.

Не помню, кто высказал мысль о том, что Украина одновременно живет в трех технологических укладах: аграрном, промышленном и информационном. В исторической перспективе это разные эпохи, сменяющие друг друга с периодом в несколько десятков-сотен лет. А у нас это все существует одновременно, в едином пространственно-временном континууме. Помимо принадлежности к разным временным измерениям, наши сограждане имеют множество других несовпадений. Одно из самых драматичных касается отношения к государству Украина как таковому. Паспорт с трезубцем одинаково идентифицирует личность и тех, кто готов отдать жизнь за свою страну, и тех, кто тайно или, даже не особо скрываясь, считает ее историческим недоразумением. Мы ходим по одним и тем же улицам, соприкасаясь рукавами, но сказать, что мы полноценно сосуществуем, нельзя.

Современное украинское общество подобно личности с диссоциативным расстройством, где разные части никогда не взаимодействуют напрямую, хотя и знают о существовании друг друга. Общество реагирует расщеплением на те же причины, которые провоцируют диссоциацию у личности, а именно — на сильную травму. А травм в истории Украины было немало. Поэтому и раскол у нас такой причудливый. Одна часть общества пытается изжить сталинскую травму, вторая — нацистскую, третья — путинскую. Так и живем.

Нам всем предстоит пройти долгой дорогой интеграции и реинтеграции расколотой национальной идентичности в нормально функционирующее сообщество свободных людей. Для этого каждому придется стать немного психотерапевтом. Для себя и для того парня…