Разделы
Материалы

Монархия по-украински. Петр Порошенко: чрезвычайный и полномочный

Как следует назвать "закон о Донбассе"?

Фото: пресс-служба президента Украины

Несмотря на то, что народные избранники нашли в себе порцию единства и проголосовали за законопроект, который уже с момента его появления многие стали называть "проектом о реинтеграции Донбасса", в этом документе вопросов больше, чем ответов.

Политическая амнезия

Для меня было большим удивлением, когда при принятии проекта Закона Украины №7163 "Об особенностях государственной политики по обеспечению государственного суверенитета Украины на временно оккупированных территориях в Донецкой и Луганской областях" много раз подчеркивалось, что этот документ впервые признает на законодательном уровне Россию агрессором и оккупантом.

Не знаю, в чем тут новизна, ведь, если память мне не изменяет, то мы признали Россию агрессором еще в 2014 году. И даже дважды в 2015-м.

Похоже, что сейчас в порыве ура-патриотизма некоторые политики забывают об очевидных фактах и прибегают к банальной спекуляции общественным мнением.

Напомню всем тем, кто страдает политической амнезией: ВР в 2014 году приняла Закон "Об обеспечении прав и свобод граждан и правовом режиме на временно оккупированной территории Украины", где говорится, что Россия — агрессор и оккупант. Я вместе с коллегами за него голосовал. Действует он с 27 апреля 2014 года.

Как указано в статье 2 этого закона, он определяет статус территории Украины как временно оккупированной в результате вооруженной агрессии Российской Федерации, устанавливает особый правовой режим на этой территории, определяет особенности деятельности государственных органов, органов местного самоуправления, предприятий, учреждений и организаций в условиях этого режима, соблюдение и защиту прав и свобод человека и гражданина, а также прав и законных интересов юридических лиц.

Есть также действующее постановление ВР "Об обращении в ООН, Европейский парламент, ПАСЕ, Парламентскую ассамблею НАТО, Парламентскую Ассамблею ОБСЕ, Парламентскую Ассамблею ГУАМ, к национальным парламентам стран мира о признании РФ государством-агрессором" от 27 января 2015 года.

В нем указано, что Украина остается объектом военной агрессии со стороны Российской Федерации, которую она осуществляет среди прочего и через поддержку и обеспечение масштабных террористических атак.

Не менее показательно постановление ВР "Об отпоре вооруженной агрессии РФ и преодолении ее последствий" от 21 апреля 2015 года

Там черным по белому написано, что вооруженная агрессия Российской Федерации против Украины началась 20 февраля 2014, когда зафиксировали первые случаи нарушения вооруженными силами Российской Федерации (вопреки международно-правовым обязательствам Москвы) порядка пересечения государственной границы Украины в районе Керченского пролива и использование ею своих военных формирований.

Так что всем тем, кто сейчас упивается сладкой победой в борьбе с государством-агрессором, рекомендую освежить память, но не заниматься манипуляциями. Это выглядит не только непрофессионально, но и смешно.

А теперь, собственно, о самом принятом законопроекте "о реинтеграции Донбасса". В нем есть немало спорных моментов, о которых важно знать всем.

С правами вопреки Конституции

В нашей стране разные оказии случаются. И мы, к сожалению, привыкли, что часто власть жонглирует законом как и когда ей удобно. В итоге общество не участвует в принятии судьбоносных решений, а лишь молча наблюдает, как руководители перемешивают свои карты в общей колоде большой политики.

Вот как в случае с полномочиями президента Украины. Все они очень четко, понятно и, самое главное, исчерпывающе определены в Конституции. Помните, такая тоненькая, но очень важная книжечка? Проголосованный ВР проект закона предоставляет главе государства дополнительные полномочия, которые значительно расширяют его компетенцию. А это значит очень простую вещь — такие нормы неконституционны.

В частности, закон предоставляет президенту возможность изменить антитеррористическую операцию на другой правовой режим. А именно: режим осуществления мер по обеспечению национальной безопасности и обороны, отпора и сдерживания вооруженной агрессии РФ в Донецкой и Луганской областях.

То есть вещи снова не назвали своими именами — в Украине не война. Военное положение не вводится. Зато придумали еще один новый режим, который позволит использование Вооруженных сил, оружия и боевой техники де-юре в мирное время и может быть введен и прекращен единолично президентом. Без согласования такого решения с кем-либо. По щучьему велению, по моему хотению? Вот так басни становятся нашей реальностью.

Хотя в соответствии со ст.106 Конституции Украины президент принимает решение о всеобщей или частичной мобилизации и введении военного положения в Украине или в отдельных ее регионах. Введение такого режима, как "принятие мер по обеспечению национальной безопасности и обороны ...", среди полномочий президента в Основном Законе не предусмотрено.

Более того, в заключительных и переходных положениях уже принятого закона указано, что этим правовым актом парламент одобряет решение президента об использовании Вооруженных сил Украины и других военных формирований для сдерживания и отпора российской вооруженной агрессии в Донецкой и Луганской областях. Таким образом ВР предоставляет главе государства право в любой момент по своему усмотрению применять войска.

Хотя, если руководствоваться Конституцией, ситуация должна выглядеть совсем не так: в случае осуществления вооруженной агрессии против Украины президент должен издать указ об использовании Вооруженных сил и других воинских формирований и обратиться с ним в Верховную Раду. И только потом парламент должен принять решение о его одобрении или отклонении.

Убежден, что именно такой порядок мог бы позволить парламенту оценить целесообразность или нецелесообразность применения армии, особенно если речь идет об использовании войск в мирное время.

Зато в принятом законе все наоборот. ВР в этом вопросе отстранили от выполнения функции сдержек и противовесов относительно полномочий президента. А это уже очень напоминает реалии страны, с которой воюем последние несколько лет...

Ни в чем себе не отказывать

В законе предусмотрено, что границы и перечень районов, городов, поселков и сел, частей их территорий, которые можно считать временно оккупированными, определяются президентом Украины.

Также стоит обратить внимание, что руководство силами и средствами Вооруженных сил, других военных формирований, привлекаемых к осуществлению мероприятий по обеспечению национальной безопасности и обороны, отпора и сдерживания вооруженной агрессии РФ в Донецкой и Луганской областях осуществляет командующий объединенных сил, который назначается опять же президентом.

Кроме того, решением главы государства должны быть также определены полномочия командующего и положение об Объединенном оперативном штабе.

Принятие президентом Украины таких решений будет нарушением Конституции. Более того, по моему мнению, как полномочия командующего, так и порядок функционирования Объединенного штаба должны быть определены в законе, а не решениями главы государства.

Тонкая грань между законностью и злоупотреблением

В законе также говорится о создании зон безопасности, прилегающих к районам проведения боевых действий. На таких территориях "с целью осуществления мероприятий по обеспечению национальной безопасности и обороны, отпора и сдерживания вооруженной агрессии РФ в Донецкой и Луганской областях действует особый порядок, который предусматривает предоставление специальных полномочий, необходимых для осуществления мероприятий по обеспечению национальной безопасности и обороны".

Однако в законе не определены ни критерии создания, ни границы таких зон безопасности и не детализировано, в чем именно должны заключаться особый порядок и специальные полномочия и ограничения.

Столь существенный пробел в законодательном поле может привести к необоснованным нарушениям прав человека, даже в мирной Харьковской области, поскольку она граничит как с Луганской, так и с Донецкой областями.

Кроме того, в зонах безопасности, прилегающих к району боевых действий, военнослужащим, сотрудникам правоохранительных органов и другим лицам, привлеченным к осуществлению мероприятий по обеспечению безопасности и обороны государства, предоставляется право использовать оружие и специальные средства, входить в жилые и иные помещения граждан, использовать их средства связи и транспорт.

Отмечено также, что законные требования должностных лиц, привлеченных к осуществлению таких мер, являются обязательными для граждан и должностных лиц.

Такие нормы предусматривают возможность нарушения прав граждан на свободу и личную неприкосновенность, на собственность, на неприкосновенность жилища, на невмешательство в личную и семейную жизнь. Несмотря на это, порядок, к примеру, использования военными оружия, транспортных средств граждан или условия проникновения должностных лиц в жилища граждан должен быть четко и исчерпывающе урегулирован в законе. Иначе непонятно, какие их требования будут законными, а какие — откровенным злоупотреблением властью. Однако этого в тексте принятого закона, к сожалению, не предусмотрено.

Итак, как следует назвать принятый закон?

Ведь четкого плана и стратегии возвращения и восстановления украинской власти на временно оккупированных территориях там нет. Зато есть ряд угрожающих сигналов усиления президентской вертикали.

В условиях нашей развивающейся демократии такое положение вещей может иметь катастрофические последствия. Ведь, по сути, с де-юре парламентско-президентского государства Украина де-факто становится понемногу президентским. И где же здесь реинтеграция Донбасса? Здесь скорее некая разновидность монархизации по-украински.