Настоящие киевские ковбои. Как в советские времена в Киеве за джинсами охотились

2019-08-10 13:22:33

564 141
Настоящие киевские ковбои. Как в советские времена в Киеве за джинсами охотились

Фото: Станислав Цалик

Август времён "развитого социализма" — месяц джинсовый. Возвращались с летних каникул учившиеся в советских вузах иностранцы. Они привозили на продажу дефицитные джинсы

Киевский писатель Виктор Некрасов иронически называл джинсы "мечтой современного молодого человека". Ведь в советских магазинах "мечту" не продавали вплоть до конца 1980-х, а носить хотелось — это и модно, и удобно, и гладить не нужно.

Студенты "универа" (тогда в Киеве был только один университет — им. Т. Шевченко, а большинство прочих вузов назывались институтами), "худа" (художественного института), "меда" (медицинского), "консервы" (Консерватории), Сельхозакадемии, а также курсанты некоторых военных училищ, в которых учились иностранцы, имели неофициальный бонус в виде шансов на джинсы. И торопились, поскольку желающих много, а джинсов мало! Не купишь в августе — останешься с носом.

Иностранные студенты (как правило, выходцы из Азии и Африки), тоже были не прочь привезти и продать джинсы, стоившие в их странах копейки. Арифметика проста: пара уходит за 80 руб., "толкнёшь" пять пар — имеешь годовую (!) стипендию. А если удалось провезти десять пар, то можешь жить и кутить на широкую ногу (что многие, кстати, и делали). Причём иностранцам было выгодно сбывать джинсы именно однокурсникам — это надёжно, не попадёшь в руки кидал или представителей спецслужб.

Евразия по цене Америки

Юноша, не имеющий плотных штанов "в облипку", казался модным сверстникам едва ли не калекой. Такому неудачнику сочувствовал в одной из песен ранний Борис Гребенщиков:

О, незнакомец! Странный вид
Имеешь ты — как инвалид.
Ты без джинсов, ты без шузни…

А человек в джинсах — совсем другое дело! Узкие ковбойские брюки цвета индиго с кожаной нашлёпкой и торчащим из шва фирменным лейблом делали их обладателя если не Крисом из голливудского хита "Великолепная семёрка", то, во всяком случае, завидным кавалером.

Типичная табличка у входа на танцплощадку

Решение джинсового вопроса, если вы не студент (или студент вуза, где нет иностранцев), требовало неординарных поступков. Один из них — купить заветные штаны у фарцовщиков. Эта публика работала у входа в гостиницы, где проживали иностранцы ("Москва" — ныне "Украина", "Лыбидь", "Днепр"), выменивая дефицитные модные вещи на советские значки, открытки с портретом Ленина и прочие безделушки. А тусовались они на Крещатике, в знаменитой кофейне "Грот" (напротив ЦУМа). Сие заведение с пижонскими летними столиками под цветными тентами-колокольчиками на крещатицком жаргоне именовали "Мичиган". Его атмосферу Виктор Некрасов охарактеризовал коротко, но ёмко: "Большинство посетителей друг друга знают. Сидят компаниями. Время от времени кто-нибудь бежит в гастроном".

В "Мичиган" направлялись обладатели энных сумм в надежде законтачить с кем-то из "фарцы". Цены, конечно, ещё те были… Настоящие джинсы (под ними понимали исключительно американские) стоили здесь 250–300 "деревянных" — так иронически называли советские рубли. А это, между прочим, две среднемесячные советские зарплаты!

Круче всех считались Levi’s (произносили "левис") и Wrangler (переиначивали на "Врангель"). Но и фарцовщики, заламывая немыслимую цену, учитывали риски своей работы: в случае провала им светило, согласно статье 154 Уголовного кодекса УССР, до девяти лет вынужденного "отрыва от производства": вначале до шести лет с конфискацией имущества, а затем — три года высылки.

Ненастоящие джинсы, хоть внешне и смахивали на made in USA, имели европейское или азиатское происхождение. Как следствие — "не такой" шов, "не тот" лейбл, "неправильные" заклёпки, а зачастую — и "палёный" (поддельный) коттон. Такие штаны стоили у "фарцы" 120. Но! "Мичиганцы" — калачи тёртые. Если видели, что клиент — "лох", запросто могли ему "всадить палёнку", то есть продать Евразию по цене Америки.

Век воли не видать

Свои расклады имелись у студентов, которым повезло учиться вместе с детьми партийных шишек. Те периодически продавали сокурсникам чеки Внешпосылторга (хотя на обороте этих чеков было ясно написано: "Чек перепродаже не подлежит"). Чеками (иначе — сертификатами) "назывались бумажки, выдаваемые обладателям иностранной валюты вместо имевшихся у них на счетах реальных денег, — вспоминал писатель Владимир Войнович. — Сертификаты были двух видов: с синей полосой (то есть второго сорта)  вместо валюты "социалистических" стран и бесполосные (первосортные) — вместо долларов, фунтов стерлингов, франков, марок, песет, крон и прочих денег стран капитализма".

Джинсы в СССР официально не продавались, но все их носили

Чеки выглядели солидно: размером с банкноту достоинством 25 рублей, с водяными знаками ("кирпичная стена"), серией и номером. На чеки в специальных "магазинах, осуществляющих операции в/о "Внешпосылторг", можно было купить настоящие джинсы. Чек номиналом 1 рубль номенклатурные отпрыски "толкали" за 1,5–1,7 рубля. В итоге пара джинсов обходилась рублей в 160. Дороговато, конечно. Зато штаны фирменные, без риска быть обманутым. И дешевле, кстати, чем у "мичиганцев".

Ну а те, у кого в сокурсниках не было ни иностранцев, ни золотой молодёжи, вынуждены были пользоваться услугами спекулянтов, крутившихся у входа в валютные магазины. Там курс был жёстче: рублёвый чек продавали за 2 рубля. В принципе, у валютчиков можно было купить не чеки, а полноценные доллары — по 3 руб­ля. Но это сопрягалось с риском: за валютные операции могли посадить. Покупателю (он же нарушитель "правил о валютных операциях") светила статья 80 Уголовного кодекса УССР: до восьми лет с конфискацией имущества или без таковой, но "с обязательной конфискацией валютных ценностей", а затем — ссылка ещё на пять лет. Продавец (он же спекулянт "валютными ценностями… в виде промысла") мог получить до 15 лет с конфискацией имущества и валютных ценностей плюс пять лет ссылки. Максимальная мера по этой статье — смертная казнь. А чеки приобретать не так "стрёмно": вроде и не валюта, но право покупки даёт наравне с долларами.

Дешевле чекового был "народный" вариант — купить заветные штаны непосредственно у людей, бывающих за границей: моряков дальнего плавания (говорят, советская таможня пропускала только одну пару, надетую на самого моряка), спортсменов (из числа ездивших на международные соревнования), артистов Оперного театра, ансамбля им. П. Вирского (эти коллективы часто гастролировали за рубежом). Или, например, у знакомых, съездивших в ту или иную страну по путёвке "Интуриста" (им официально обменивали 30 рублей на тамошнюю валюту плюс многие везли на продажу две бутылки водки и мелкие сувениры, что позволяло купить за рубежом недоступные в СССР вещи).

В модном "прикиде"

Ещё один вариант разжиться джинсами — блат в комиссионном магазине (говорили: в "комке"), ведь ковбойские штаны иногда попадали и туда. Дело в том, что крупные партийные деятели и совминовские чиновники, ездившие в загранкомандировки, привозили оттуда дешёвую одежду (да-да, на продажу). Сами сдавать в "комок" не рисковали и обычно просили это сделать родственников, носящих другую фамилию. Занятие крайне выгодное: импортные "шмотки", купленные на сейле оптом за $25  (по официальному курсу — 22 рубля 50 копеек), приносили выручку порядка 1 тыс. рублей. Несколько подобных сделок — и можно покупать машину. Впрочем, зачем? У деятелей подобного ранга и без того имелись служебные автомобили… Так вот, нередко они сдавали в "комок" джинсы. Которые, понятно, до прилавка не доходили — их приобретали для себя или "для своих" сами же товароведы и продавцы.

Владимир Высоцкий часто ездил за границу, поэтому на многих фотографиях он в джинсах

Отдельным счастливчикам везло на посылки. Это когда кто-то из родственников или близких друзей "отвалил за бугор" (выпускать по "еврейской линии" начали в 1971 году), а конкретно — в США, и теперь шлёт посылки с вещами. Почти в каждой такой посылке было что-то джинсовое: штаны, юбка, куртка (её называли ковбойка), жилетка или рубашка.

Вскоре граждане соцстран, отправлявшиеся туристами в СССР, сообразили, что везти на продажу джинсы выгодно, поскольку их неконвертируемые злотые, кроны, марки, форинты, леи и левы официально разрешалось обменять лишь на ограниченное количество рублей. Продажа фарцовщикам джинсов существенно повышала их платёжеспособность — они охотно вывозили отсюда электротехнику, стоившую в их странах довольно дорого.

Словом, коллеги по соцлагерю пристраивали мелкооптовые партии джинсов дежурным и горничным в отелях, официанткам и барменам в гостиничных ресторанах. Но не только им. Например, предприимчивые студенты Киевского университета создали собственную фарцовочную бригаду, скупавшую джинсы у туристов из Румынии… Конечно, штаны из стран социализма были далеко не "фирмá" — и строчка "левая", и краска лезла, а всё же лучше, чем ничего. Юноши и в таком "прикиде" пользовались большим успехом у девушек.

Штаны с блохами

Фарцовщиков начали теснить разного рода фальсификаторы и мошенники. Если "честный фарцовщик" продавал, пусть втридорога, оригинальные импортные джинсы, то свежеиспечённые конкуренты начали торговать подделками.

Первыми вступили в игру "цеховики" — организаторы подпольных и полуподпольных швейных цехов-ателье. Центром изготовления фальшивых джинсов а-ля Америка стала Одесса. Один цех за смену изготавливал около 100 пар. А чтобы милиция сразу не накрыла весь бизнес, технологические операции производились в разных концах города: раскрой делали в одном месте, шили в другом, заклёпки набивали в третьем, лейблы пришивали в четвёртом, упаковывали в целлофан в пятом. В конце смены иногородний курьер принимал работу, расплачивался и увозил товар в свой город на продажу.

Надо отдать должное "цеховикам" — они сманивали к себе на работу лучшие кадры кройки и шитья. Так что при покупке отличить их продукцию от фирменной было непросто. Но поскольку спрос всё равно полностью не удовлетворялся, в дело вступали и откровенные мошенники. Они даже не пытались имитировать "фирму" — расчёт был исключительно на "лохов". Брали, скажем, обыкновенную хлопчатобумажную ткань (например "Орбиту"), красили её синькой, затем пропитывали клеем ПВА, разбавленным водой. Синие штаны, твёрдые, как картон, очень нравились провинциалам — в те годы циркулировали слухи, будто настоящие американские джинсы должны "стоять". Увидев такое чудо, восхищённый покупатель открывал портмоне, не утруждая себя ни проверкой заклёпок, ни прочими деталями. Правда, дома он обнаруживал, что купленные штаны совершенно невозможно надеть. А если каким-то чудом надевал, то оказывалось, что в них невозможно ходить. Чтобы размягчить покупку, оставалось её постирать — в этом случае джинсы светлели, поскольку синька растворялась в воде.

Чек Внешэкономбанка на сумму 5 руб. По нему в специальных магазинах "Внешпосылторга" можно было купить недоступные дефициты. За два десятка таких чеков покупались джинсы

В конце 1980-х в Киеве появились джинсы нового класса — "варёные", они же "варёнки". С виду потёртые, с какими-то дивными разводами, вроде как ношеные. Однако именно они стали писком молодёжной моды. "Варёнки" присылали в посылках "из-за бугра" (местные "цеховики" долго не могли наладить выпуск новинки).

Киевские модницы, не имевшие "забугорных" контактов, были в отчаянии: как же стать обладательницами "варёнок"? Выход придумали такой. Покупали обычные джинсы (очень важно, чтобы настоящие, иначе дальнейшие ухищрения теряли смысл). В обновке принимали горячую ванну, чтобы штаны "сели" по фигуре, а затем отчаянно тёрли их пемзой. Получалась не совсем "варёнка", но весьма похоже.

А что же государство? Нельзя сказать, что оно совсем не замечало джинсовую проблему. Замечало! Но реагировало в своём стиле: вместо того чтобы решать проблему, всячески с ней боролось. Джинсы, по мнению тогдашних идеологов, неизбежно ассоциировались с Америкой и её классово чуждыми идеалами. Проще говоря, разлагали советскую молодёжь.

Борьбу с джинсами развернули широким фронтом. Журналы "Крокодил" и "Перець" публиковали едкие карикатуры, в которых парни, облачённые в джинсы, оказывались носителями всех мыслимых и немыслимых грехов: длинные волосы, пижонская гитара, на руке татуировка, на шее — крестик… Словом, до настоящего советского идеала — самоотверженного строителя коммунизма — такому обалдую как до неба.

Боролись и в школах. Учеников в джинсах не пускали не то что на уроки, но даже на школьные вечера. В вестибюле стоял дежурный учитель и "заворачивал" нарушителей: иди, мол, домой, переоденься.

Также среди старшеклассников и студентов распускали различные слухи-пугалки. Вроде того, что джинсы, которые привозят на продажу иностранцы или шлют из Америки в посылках, заражены сифилисом. Наденешь такие — и большой привет… Согласно другой версии, западные спецслужбы вживляют в джинсы незаметный пакетик с блохами — в задний шов. При первой же стирке блохи выпрыгивают.

Находились провинциалы, в том числе среди киевских студентов, которые во всё это верили. А в научно-исследовательских институтах, проектных организациях отделы кадров и особенно  "первые отделы" (глаза и уши КГБ) косо посматривали на местных "ковбоев". Любовь к буржуазным штанам запросто могла перечеркнуть карьеру.

В "Мичигане" на Крещатике можно было втридорога купить джинсы у фарцовщиков

Loading...