Лучший день в жизни Шаляпина. 5 всемирно известных звезд, для которых Киев стал знаковым местом

  • Михаил Кальницкий

На нашей памяти столицу Украины не раз посещали всемирно известные звезды театра и кино. Недавно произвели фурор уличные киносъемки с участием Жан-Клода Ван Дамма. В истории Киева было немало запоминающихся сцен, связанных с приездами куда более масштабных персон

Слава великого оперного певца Федора Шаляпина гремела по всему миру не менее громко, чем его уникальный бас. С молодых лет он участвовал в гастрольных поездках. В Киеве Шаляпин впервые побывал 24-летним в 1897 году и после этого неоднократно приезжал сюда, с каждым разом пользуясь все большим успехом.

Пожалуй, самые необычные гастроли Шаляпина состоялись в Киеве в апреле 1906 года, когда в общественной атмосфере еще чувствовался революционный дух. Депутация местных рабочих попросила певца дать общедоступный концерт, и Федор Иванович согласился. В качестве помещения выбрали зал киевского цирка на тогдашней Николаевской улице (ныне ул. Архитектора Городецкого; здание не сохранилось). В те времена цирк был самой вместительной аудиторией города, принимал до 4 тыс. зрителей. Шаляпин договорился о том, что половину билетов на его выступление распространят среди рабочих бесплатно, а половину — по символической цене 12 коп.

Федор Шаляпин. С открытки киевского издания, начало ХХ в. 

Правда, этот импровизированный концерт нужно было согласовать с властями, которые панически боялись публичной "крамолы". Шаляпину пришлось проявить недюжинные дипломатические способности. Он сумел произвести благотворное впечатление на губернатора Павла Саввича, заверив его, что во время выступления никаких политических демонстраций не будет. Однако в последний момент в фешенебельную гостиницу "Континенталь" рядом с цирком, где остановился певец, заглянул полицейский пристав. У него были опасения, что публика все же не удержится от беспорядков. И тогда Шаляпин решил принять его… в ванной, куда тут же распорядился доставить горячительные напитки и закуску. Разомлев от такой "неофициальной обстановки", пристав отнесся к певцу и его затее по-дружески.

Но в день концерта возникла совсем неожиданная проблема. Толпа поклонников наглухо забила Николаевскую улицу, так что артист физически не мог пробраться от гостиницы до цирка. Тогда Шаляпин не растерялся. Пользуясь тем, что отель и цирк стояли стена к стене, он с двумя музыкантами перебрался из окна гостиницы на крышу цирка, а оттуда участники концерта спустились на конюшню и наконец оказались в зрительном зале.

Потом Шаляпин написал в своих мемуарах: "Не хвастаясь, скажу: пел я, как никогда в жизни не пел! Настроение было удивительно сильное, возвышенное. После каждого романса раздавался какой-то громовой удар, от которого цирк вздрагивал и трещал. Пел я много, не чувствуя усталости, не желая остановиться". На исходе концерта, уже около полуночи, артист запел "Дубинушку". Это пение подхватил весь зал. Эффект был невероятный. "Не только мы, концертанты и рабочие, заплакали от прилива восторженного чувства, но даже переодетые жандармы и полицейские подтягивали нам со слезами на глазах". Великий певец навсегда сохранил впечатление от необычного концерта: "Я пережил один из лучших дней жизни". 

Как самый знаменитый в мире человек сбрасывал цены на билеты

В конце 1913 года сенсационным событием стал приезд в Российскую империю популярнейшего киноактера, блистательного комика Макса Линдера (настоящее имя Габриэль-Максимилиан Левьель). Немые кинофильмы с его участием шли во многих странах и везде пользовались оглушительным успехом. Журналисты 1910-х годов называли Макса Линдера "самым знаменитым в мире человеком", и это не казалось преувеличением. Для своих гастролей артист подготовил скетч собственного сочинения "Любовь и танго". Сначала на экране демонстрировали полет Макса на воздушном шаре, а затем он собственной персоной спускался по канату на сцену!

Макс Линдер. С открытки 1910-х гг.

В Петербурге и Москве толпы поклонников встречали кумира на вокзале, приветствовали его на каждом шагу. То же произошло в Киеве, куда Макс Линдер прибыл курьерским поездом 10 декабря. Как и Шаляпин, он остановился в гостинице "Континенталь", а запланированные три концерта проходили в зале цирка. Но тут произошла досадная неожиданность. Добрая половина мест пустовала. Конечно, множество киевлян хотели бы увидеть наяву прославленного киноперсонажа, сошедшего с экрана, однако цены на билеты кусались. Самые дешевые стоили полтинник, а приличные места обходились в 4 руб. 20 коп. — по тем временам непомерная сумма для подавляющего большинства наших земляков. Своеобразной антирекламой послужило и то, что в первый день Макс Линдер появился на сцене с изрядным опозданием (необходимый реквизит не доставили с вокзала вовремя).

Анонс выступления Макса Линдера в Киеве, в газете "Киевлянин", декабрь 1913 г.

Местные газеты с иронией отнеслись к такой коллизии, появились заголовки типа "Спектакль Макса Линдера — берегите карманы!" Но, как выяснилось, слишком высокие цены на билеты установил антрепренер, который надеялся сорвать изрядный куш на популярности кинозвезды. Сам актер поспешил уведомить публику, что по его требованию цены снизят. И действительно, билеты существенно подешевели (в диапазоне от 30 коп. до 2 руб. 50 коп.). После этого зал цирка наполнился. Более того, Макс Линдер решил продлить свое пребывание в Киеве еще на три дня. В своем интервью он отметил, что снимается в кино не для богатых аристократов, а для широкой демократической публики, поэтому хотел бы, чтобы все желающие могли попасть на его концерт.

Каким транспортом добирался великий Станиславский до городских окраин 

Современные звездные артисты, приезжая в другие города, оговаривают в контракте престижные марки автомобилей, которые должны их обслуживать. Выдающимся актерам прошлого приходилось пользоваться другим транспортом.

Константин Станиславский на подножке киевского трамвая. Фото 1925 г.

В 1912 году в Киеве состоялись гастроли Московского художественного театра под управлением Константина Станиславского. Впервые оказавшись в замечательном городе на Днепре, труппа МХТ была окружена удивительным радушием хозяев. В книге "Моя жизнь в искусстве" Станиславский вспоминал, как однажды всех гастролеров погрузили на специально нанятый пароход и повезли кататься под музыку оркестра. На палубе танцевали, потом причалили к живописному лугу на окраине города и продолжили гуляние на природе.

Уже в советский период, в пору НЭПа, Художественный театр вновь побывал в Киеве. Это произошло в июне 1925 года. Устроить прогулку на пароходе тогда было куда сложнее. Но труппа театра все же сохранила интерес к живописным киевским окраинам. Они решили, к примеру, посетить пригородный курорт — Пущу-Водицу. Как оказалось, быстрее и проще всего туда можно было добраться на трамвае, линия которого прорезала городской лес. С тех пор сохранился исторический фотоснимок, на котором Константин Станиславский поднимается на подножку киевского трамвая.

На что жаловался Александр Вертинский в письмах из киевской гостиницы

Громадной и заслуженной известностью пользовался Александр Вертинский — выдающийся актер и исполнитель собственных песен. Он был уроженцем Киева, здесь прошли его детские и юношеские годы. Потом надолго разлучился с отчизной, а после возвращения из эмиграции жил с семьей в Москве. Но Вертинский в послевоенные годы не раз приезжал в родной город с концертами или для киносъемок. Так, в 1955 году, снимаясь в историческом фильме "Пламя гнева" режиссера Тимофея Левчука, Александр Николаевич проживал в отеле "Украина" на бульваре Тараса Шевченко (ныне "Премьер Палас"). Артисту поручили сыграть сразу две роли — польского пана Беневского и католического прелата. Примечательно, что Вертинский озвучивал своих персонажей по-украински. Потом он рассказывал: 

"Наталья Михайловна Ужвий как-то на съемке сказала мне:

— То, что вы выучили язык, это еще понятно — язык можно выучить, но откуда у вас подлинные украинские интонации?

И тогда, чуть не плача от радости, я ответил ей:

— Да ведь я же здесь родился! Это же моя Родина!"

Сохранились письма Вертинского к любимой жене Лидии Владимировне, написанные в гостиничном номере. В них ярко выражена ностальгия по киевской молодости: "Сегодня воскресенье. На улицах тепло, солнце, весна. Как прекрасен Киев! Вчера бродил по городу. Вишни в таком цвету, что деревьев не видно. Яблони, груши. Каштаны цветут белыми свечами... А мне так грустно и так хочется здесь навсегда остаться доживать свой век! Точно я вернулся в родной дом к матери, и, увы... надо опять уходить... Ах, какую силу имеет прошлое! И как странно ходить по кладбищу своей юности! Вот и сейчас пишу письмо и заливаюсь слезами. Почему я должен жить в Москве, когда душа моя здесь, в Киеве? Вчера мои друзья из драмтеатра долго уговаривали меня переехать в Киев. Но разве я могу распоряжаться собой?"

Конверт письма А. Вертинского Л. Вертинской, подписанный в 1955 г. в гостинице "Украина". Из коллекции автора.

Есть в этих письмах и непосредственные отзывы о киносъемках: "Всю эту неделю я с семи утра и до двух ночи был на студии... Я ужасно устал. Сегодня спал целый день и только к вечеру привел себя в порядок. Все гудит, все тело ноет от поясов, сабель, сапог и прочего барахла, в которое меня с утра одевают. Наконец я принял ванную и блаженствую". Вместе с тем уже после окончания работы над фильмом артист вынужден был делиться с женой отнюдь не творческими впечатлениями. В ноябре 1955 года он писал о Киевской киностудии: "Какая-то нищенская студия. Их всех надо разогнать! Все "жучки" и "арапы" Киева собраны в ней. Вчера днем час сидел у главбуха, пытаясь вырвать свои собственные 500 р. Он рассыпался в комплиментах моим талантам и говорил долго, цветисто, сладко улыбался и жмурился. В конце концов я разозлился и сказал ему: "Вам надо купить магнитофон, чтобы записывать на пленку свои речи. А мне их слушать неинтересно!" Встал и вышел из кабинета, хлопнул дверью".

Кто тащил в номер Василия Шукшина "на собственном горбу"

Одним из многочисленных киноактеров, которые запечатлены непосредственно на фоне киевских пейзажей, был Василий Шукшин. Известно, что он побывал в городе на Днепре еще в 1958 году, будучи студентом московского ВГИКа (Всесоюзного государственного института кинематографии). Правда, сниматься ему тогда довелось в фильме "Два Федора" на Одесской киностудии, а в Киев он прибыл потому, что режиссер кинокартины Марлен Хуциев сдавал свое произведение чиновникам в столице республики.

Гостиница "Украина". С открытки начала 1970-х гг.

Сдача прошла благополучно, и Хуциев отпраздновал это событие в номере гостиницы "Украина", где остановился вместе с другими руководителями киногруппы. Артисты же поселились в гостинице "Театральная" вблизи оперного театра (здание не сохранилось). В честь успешного преодоления бюрократических препятствий, а заодно и по случаю дня рождения режиссера состоялось многолюдное застолье. Среди приглашенных был известный писатель Виктор Некрасов, который дружил с Хуциевым и входил в "группу поддержки" фильма. Виктор Платонович потом вспоминал: "Так как в номере нечем уже было дышать, выходили на лестницу покурить. Там-то, на лестнице, я и столкнулся с Васей, молодым, статным парнем в гимнастерке и сапогах. Был он, скажем так, чуть более чем навеселе. А потому разговорчив. Не помню уже, о чем мы говорили (я тоже кое-что принял), помню только, что стояли мы долго, потом опять выпили, опять вышли на лестницу. Поразила меня тогда в нем какая-то напористость, бьющая через край, и в то же время какая-то застенчивая искренность".

На исходе мероприятия Шукшина, что называется, развезло. Некрасов не скрывал подробностей: "Кончилось все тем, что мне пришлось на такси отвезти его в "Театральную" и на собственном горбу вволакивать его на четвертый этаж. Было это мне нелегко. "Тяжелый товарищ", — острил я потом, наутро, когда Марлен спросил, ну как мне понравился в жизни его Вася. Сам Вася был угрюм, смущен, не смотрел в глаза и вообще оказался человеком на редкость неразговорчивым".
Некрасов и Шукшин потом встречались еще не раз, между ними завязалась дружба. Особую роль в судьбе Василия Макаровича сыграл приезд в Киев в 1962 году, когда артист снимался на киностудии имени Довженко в фильме Юрия Лысенко "Мы, двое мужчин". Незамысловатая, но искренняя история показала, как менялся герой Шукшина — грубоватый и жмотистый шофер Михаил Горлов, — когда ему поневоле пришлось заботиться в шумном городе о мальчике Юрке. В кадрах из фильма встречаются сцены на Крещатике и других киевских улицах.

Кадр из фильма "Мы, двое мужчин". Сцена на Крещатике

Василий Шукшин остановился в уже знакомой ему "Украине", и там же с ним снова увиделся Виктор Некрасов. Они выпили вина, и тут Шукшин признался Некрасову, что написал повесть. Собственно, к тому времени он уже начал печататься, к нему благоволил Всеволод Кочетов — редактор журнала "Октябрь", слывший заядлым ретроградом. Однако Некрасов, оценив неоспоримый писательский талант Шукшина, убедил его передать свои произведения в журнал "Новый мир". То была трибуна передовой литературной мысли, где и сам Виктор Некрасов был желанным автором. "Новомирская школа", безусловно, помогла Василию Шукшину развить свое мастерство и стать для миллионов людей не только любимым актером, но и любимым писателем. А способствовали этому, как оказалось, киевские эпизоды в его биографии.