Forbes расследовал расцвет и упадок бизнес-империи Евгения Щербаня

Прокуратура подозревает Юлию Тимошенко в том, что 17 лет назад она "заказала" убийство крупного донецкого предпринимателя, чтобы завладеть его бизнесом. Forbes рассказывает о том, какими активами владел Щербань и что осталось от его бизнеса после смерти.

Как пишет издание, до перестройки Евгений Щербань работал на шахте Кировской в пригороде Донецка - с перерывом на учебу в Донецком политехническом институте, где руководил студенческим стройотрядом.

«Женя был очень предприимчивым и активным», - вспоминает одногруппник Щербаня по ДПИ, а позже генеральный директор корпорации Атон Владимир Коротун.

К 1988 году Щербань дослужился до престижной должности заместителя директора по сбыту, но с вступлением в силу закона о кооперации решил попробовать себя в бизнесе, в том же году Щербань основал кооператив Прогресс.

«Он рассказывал, что начинал с торговли продуктами питания, которые были в большом дефиците», - вспоминает соратник Щербаня по Либеральной партии Украины Олег Соскин.

Forbes пишет, что старожилы Донецка слышали версию, что первоначальный капитал Щербань сколотил на торговле водкой, которая после отмены горбачевского сухого закона тоже была в дефиците.

Бизнес рос, и в конце 1990 года Щербань создал компанию Центр. Должность коммерческого директора он предложил Коротуну. «Евгению нужно отдать должное. Он всегда умел выбирать самых умных, талантливых и преданных», - вспоминает коллега по парламентской фракции Александра Кужель.

Журнал пишет, что новая компания Щербаня продолжала торговать продуктами, изменились разве что обороты. «Центр закупал сахар у заводов и продавал его в рознице. Сотрудничали и с молдавскими винзаводами: продавали их продукцию в Донецкой области», - рассказывает один из топ-менеджеров предприятия.

Вскоре Щербань создал банк Капитал, а в 1992 году состоялось знакомство, благодаря которому его бизнес получил второе дыхание: во дворце культуры имени Ивана Франко, в котором Центр арендовал две комнаты, свой офис разместила компания Атон.

Один из ее основателей, Игорь Маркулов, был солидным бизнесменом и политиком. У него были неплохие отношения с Леонидом Кучмой, который осенью 1992 года стал премьером, пишет издание.

Маркулов и Щербань быстро нашли общий язык и решили объединить свои фирмы. Маркулов настоял на том, чтобы объединенная компания сохранила название Атон, вспоминает Коротун. После того как в ноябре 1992 года Маркулов стал советником Кучмы, дела компаньонов пошли в гору.

В апреле 1993 года Кабмин предоставил компании квоту на экспорт 2 млн т металлопроката с комбината Азовсталь сроком на два года. Взамен Атон обязался обеспечить металлургов сырьем, пишет журнал, и добавляет, что Азовсталь не горела желанием сотрудничать с навязанным ей посредником, поскольку торговала своим металлом самостоятельно.

Совладелец корпорации ИСД Сергей Тарута, работавший тогда на комбинате, вспоминает, что новый «партнер» пытался давить на менеджмент Азовстали. «Но мы выдержали давление, и они договорились работать через нас по договору комиссии», - рассказывает он. Со временем, по его словам, две команды даже подружились.

По материалам Forbes.ua