Два офицера для сестёр Булгакова

2007-07-09 08:47:00

3785 0
Известный факт, что большинство произведений Михаила Булгакова носят яркий автобиографический оттенок. Прообразами героев его книг часто становились его же родственники, друзья и близкие. Парадоксально, но именно одни и те же прототипы объединяют такие разные произведения, как «Белая гвардия» и «Мастер и Маргарита»


«Тальберг»
Весной 1917-го в Киеве сразу у двух сестёр Булгаковых появились женихи. Оба — офицеры, один — кадровый, второй — военный поневоле.

Первый — Леонид Сергеевич Карум, сын выслужившегося в офицеры мещанина-латыша, был кадровым военным — капитаном 19-го пехотного Костромского полка, до Первой мировой войны располагавшегося в Житомире. К моменту знакомства с сестрой писателя Варварой Афанасьевной Булгаковой 29-летний Карум успел окончить Киевское военное училище и Александровскую военно-юридическую академию. Ловкий и предприимчивый, Карум получил несколько орденов почти не участвуя в боях Первой мировой. К тому же, в марте 1916 г. он вообще оставил строевую службу и перевёлся в тыл — на должность преподавателя юридических дисциплин в 1-е Киевское Константиновское военное училище.

Леонид и Варвара очень скоро повенчались. Карум тут же переехал на квартиру своей супруги — в дом Булгаковых на Андреевском спуске. Семья восприняла его сдержанно. Тем не менее все обитатели знаменитой квартиры — Михаил Афанасьевич со своей первой супругой, его братья Николай и Иван, сёстры Вера, Надя и Варвара с мужем Карумом, а также эпизодически гостившие родственники и близкие друзья — вполне ладили друг с другом.

Шурины писателя — Леонид Карум (справа) и Андрей Земский.
Шурины писателя — Леонид Карум (справа) и Андрей Земский.


Весной 1918-го сменилась власть. Управлять страной стал гетьман Павел Скоропадский. Главным кормильцем многочисленной колонии Булгаковых стал Карум. Он вовремя сообразил, что для службы в армии ясновельможного гетьмана не требуется безупречное украинское происхождение или знание языка. В чине сотника украинских войск Карум был зачислен кандидатом на военно-судебные должности в военно-юридическом управлении Военного министерства Скоропадского. Назначение — не ахти, но оно приносило хороший заработок, тем более, благодаря этому обстоятельству положение Карума в семье Булгаковых значительно упрочнилось.

В годы Гражданской войны Карум успел послужить у белых, стать консулом Латвийской республики во врангелевском Крыму и даже прятать каких-то большевистских подпольщиков. За это после того, как красные окончательно заняли Крым, Карума не только не расстреляли, а даже взяли на работу преподавателем военных дисциплин. Он вернулся в Киев, где, в конце концов, устроился на хорошую должность военного руководителя Института народного хозяйства.

В романе «Белая гвардия» и пьесе «Дни Турбиных» Булгаков выведет Карума под именем Сергея Ивановича Тальберга, а его супругу Варвару представит «златоволосой» Еленой. Суть пронырливого родственника отразится в ёмком слове «мерзавец».

В 1925 г., после публикации обеих работ между Булгаковым и его сестрой произойдёт неприятное объяснение из-за Карума-«Тальберга». Считается, что потом контакты писателя с семьёй Карумов почти прекратились, и не исключено — к счастью для Михаила Афанасьевича.

Карума, как и большинство бывших офицеров, проживавших в Советском Союзе, арестовали во время массовой спецоперации «Весна» 12 января 1931 г. Ордер выдал сам Генрих Ягода, на тот момент — заместитель председателя ОГПУ.
 

Сёстры Булгаковы — Надежда (слева) и Варвара (справа) — во дворе дома по Андреевскому спуску, 13. Справа вверху — «занесённое снегом оконце турбинской кухни» (из романа «Белая гвардия»). Фото Николая Булгакова, 1915 г.
Сёстры Булгаковы — Надежда (слева) и Варвара (справа) — во дворе дома по Андреевскому спуску, 13. Справа вверху — «занесённое снегом оконце турбинской кухни» (из романа «Белая гвардия»). Фото Николая Булгакова, 1915 г.


Во внутренней тюрьме ОГПУ в Москве Леониду Сергеевичу уже ничто не могло помочь, кроме «чистосердечного признания». Под пытками он продержался ровно три месяца — неплохой показатель для того времени. Карум признался в участии в мифической контрреволюционной офицерской организации, ставившей себе целью свержение советской власти, «наступило» 12 апреля 1931 г. Ещё через неделю шурин Булгакова был осуждён особой тройкой ОГПУ к 5 годам заключения. Ударно трудился на различных стройках. 1 июля 1934 г. был досрочно освобождён — по зачёту трудодней. Затем вместе с семьёй переехал в Новосибирск, где при полном бесправии бывших политзэков, среди нищеты и безработицы нашёл себе место преподавателя немецкого языка в Новосибирском медицинском институте. В 1948-м добился, чтобы с него сняли судимость. Пережил свою жену на 14 лет и скончался в 1968 г.

После 1931 г. Карумы почти не общались с остальными своими род­ственниками. Потому что, не выдержав давления следствия, Карум дал показания, что муж его свояченицы — Андрей Земский — в 1918-м месяц или два числился в колчаковской армии. «Чекистам» это дало повод для ареста и дальнейших мытарств Андрея и его супруги Надежды, — самой любимой сестры Михаила Булгакова.

«Карась»
23-летние Надежда Булгакова и Андрей Земский встретились в Киеве в январе 1917 г. Земский был уроженцем Тифлиса, сыном священника — преподавателя духовной семинарии. Накануне знакомства окончил Московский университет и был направлен в Киев — для учёбы в Николаевском артиллерийском училище. Познакомились случайно — на улице. В короткие увольнительные юнкер Земский бегал к Надежде — в тот самый дом на Андреевском спуске.

В июле 1917 года Андрей окончил училище и был назначен в запасной артиллерийский дивизион в Царском селе. Надежда Булгакова поехала с ним, но уже — в качестве жены. В марте 1918-го дивизион был эвакуирован в Самару, где его застал белогвардейский переворот. В городе воцарилась власть Комитета Учредительного Собрания (Комуч). Подразделение Земского перешло на сторону белых. Сам он при первой же возможности демобилизовался, но какое-то время в дивизионе ещё числился, впрочем, не участвуя в боях с большевиками.
 


В дальнейшем Андрей Михайлович вместе со своей супругой учительствовал в отдалённых уездах Самарской губернии. Местные большевики прониклись к ним глубоким уважением. Беспартийной Надежде Афанасьевне стали даже поручать важные дела — в качестве агитатора участвовать в формировании 1-го Самарского добровольческого коммунистического полка. Андрей Михайлович был принят на должность преподавателя русского языка и литературы в авиа­ционную школу РККА.
 
По окончании Гражданской войны Земский переехал в Москву, где стал преподавать в вечерних школах и на рабфаках. В соавторстве с П.П.Крючковым, секретарем Максима Горького, написал учебник по русскому языку, получивший положительные отклики в советской партийной прессе — «Правде» и «Красной Звезде». Он был рекомендован управлением военно-учебных заведений, как лучшее пособие для подготовки к сдаче экзаменов по «великому и могучему».

31 января 1931 г. Андрея Михайловича обвинили в том, что он служил на стороне белых и арестовали, а уже 10 мая вынесли приговор — 5 лет лишения свободы с заменой на 5 лет ссылки в Восточно-Сибирском крае. Земский поселился в Красноярске, где стал работать корректором в одном из издательств. Супруга с двумя дочерьми осталась в Москве.
 

Документы и материалы из архивно-следственного дела А.М. Земского
Документы и материалы из архивно-следственного дела А.М. Земского



Дважды Андрей Михайлович подавал в прокуратуру при ОГПУ прошение о пересмотре своего дела, но оба раза — безрезультатно. Не оставляла своих попыток и Надежда Афанасьевна: ходила на приёмы в разные «органы», писала заявления. 11 сентября 1932 г. она отправила эмоциональное ходатайство в Верховный суд СССР, заканчивавшееся так: 

«В ссылке он работает по-прежнему честно и преданно. Но моральная подавленность отражается и на его психике и на его физическом здоровье.

У нас двое детей, с момента его ареста я принуждена воспитывать их одна. Дети лишены отца, я лишена его помощи. Я работаю как политпросветработник и преподаватель с момента октябрьского переворота до настоящего времени без перерыва. Все отзывы о моей работе, как и характер её, говорят о моей искренней преданности советской власти с первых до последних дней.
 
Я прошу вернуть моего мужа и отца моих детей, чтобы иметь возможность продолжать свою работу с максимальной пользой».

«Верните Мастера»
В соответствии с постановлением тройки ОГПУ от 25 октября 1932 г. ссылка в Сибири была заменена Земскому на ссылку в Казахстане. Лишь в 1933 г. дело Земского пересмотрели и ему разрешили вернуться в Москву. Но реабилитировали только в конце 80-х годов.

За Андрея хлопотали многие. Может быть, в том числе — и Михаил Булгаков. Но, к сожалению, в материалах дела это не отображено. Писатель был в курсе скитаний своей сестры и её мужа — известного педагога и советского ссыльного. Именно в этот период он во второй раз взялся за написание «Мастера и Маргариты». Теперь уже — со сценами, когда Мастер оказался в психиатрической больнице и Маргарита безуспешно пытается найти его и вернуть. История освобождения Андрея Земского нашла в романе свое отображение. Ведь Маргарита, как и Надежда Земская, также обращалась к Воланду: «Я прошу вернуть мне моего Мастера».

К счастью, более Андрей Земский арестам не подвергался. Он умер в Москве в 1946 г. Верная супруга прожила после его смерти ещё четверть века.

Выражаем благодарность Государ­ственному отраслевому архиву Службы безопасности Украины за предоставленные материалы

Loading...