Мнение: О понтах и колёсах

Богатые украинцы напоминают подростков в своём желании демонстрировать превосходство с помощью элитных авто, больших домов и дорогих побрякушек

Пару дней назад в центре Киева простояла в двухчасовой пробке. По соседству некоторые в заторе куковали вместе с кортежами охранников. И вообще, если бы я взялась считать в веренице стоящих машин – роскошные, то сбилась бы со счёта. Дорогое авто, обязательно с кожаным салоном, многими даже взятое в непосильный кредит, — в Украине символ успеха. Чего не скажешь, к примеру, о британцах. Англичане тоже не прочь показать, что не лыком шиты. Но система ценностей в стране другая: хорошее образование для детей и карьерный рост.

Британского миллионера скорее можно застать за стрижкой газона или на аукционе антикварной мебели. Тот случай, когда капитал и культура дружат между собой

В апреле прошлого года на свадьбу принца Уильяма и Кейт Миддлтон к Вестминстерскому аббатству, где проходило бракосочетание, в роллс-ройсах подъезжали исключительно представители королевской династии и премьер-министр. Остальные именитые гости прибыли на такси. В их гаражах, скорее всего, стоят лимузины, но пользуются ими в лучшем случае всего пару раз в год.

Британцы очень экономные. Даже состоятельные люди считают каждый пенни. Выезжать в центр Лондона на собственном автомобиле — удовольствие недешёвое. Плата за въезд – 10 фунтов в день, то есть 130 грн. Штраф за неуплату — 180 фунтов (2340 грн.). При таких ценах мэрия города довольно удачно борется с пробками.

Среди трёх миллионов постоянных пассажиров лондонской подземки — сотни миллионеров и тысячи успешных людей. Я не преувеличиваю. Как-то на конференции имени Адама Смита в Лондоне, куда обычно попадают небедные люди, один из ведущих английских зернотрейдеров в разговоре со мной признался, что на работу ездит в метро, а об авто и личном водителе даже не задумывался. Дорога от его дома в Кенсингтоне к офису собственной компании в финансовом районе Сити занимает всего 20 минут. По расстоянию это приблизительно как с Печерска до Оболони.

Такую же дистанцию каждый будний день преодолевает и мэр Лондона Борис Джонсон. Правда, на велосипеде. Чиновник ездит по городу в полной экипировке (то есть его не узнать) и без охраны. Джонсон даже инициировал создание в столице четырёх скоростных хайвэев для велосипедистов. При его содействии в Лондоне появились и общественные велосипеды. Их аренда обходится всего в 1 фунт в день. Около 400 тыс. англичан в прошлом году воспользовались этим предложением. Велосипеды популярны и в Сити. Утром тысячи мужчин и женщин в деловых костюмах едут на работу на двухколёсном транспорте. Это удобно: нет проблем с парковкой, отличная замена утренней тренировке и нет необходимости мучиться в тесном вагоне в час пик.

Даже для путешествий по стране британские богачи и политики выбирают не собственные джипы, а обычные электрички. Что уж говорить о монарших особах. Елизавета II в свою резиденцию в Виндзоре ездит на обыкновенном поезде. Накануне Рождества одному из пассажиров удалось запечатлеть британскую королеву на мобильный телефон, хотя мало кто узнал бы в старушке с платком на голове венценосную особу.

Естественно, в Великобритании следует различать коренных англичан и тех, кто обосновался тут недавно. Истинные англичане не похожи на новых русских, к примеру, Романа Абрамовича, или на саудовских принцев и быстро обогатившихся китайцев, покупающих престижную недвижимость, большие яхты и футбольные клубы. Британского миллионера скорее можно застать за стрижкой газона или на аукционе антикварной мебели. Как раз тот случай, когда капитал и культура дружат между собой.

Дорогие машины, карбоновые диски, значки от известных тюнинговых компаний — кич. «Украинцы S-класса» никак не могут преодолеть подростковое желание и на улице чувствовать своё превосходство. Поэтому неудивительно, что западным коммерсантам зачастую сложно найти общий язык с украинским бизнесом. О чём взрослому говорить с подростком во время делового обеда? Отроки с понтами и колёсами, скорее всего, вырастут, но когда? И что для этого должно произойти в украинском обществе?

Анна Гороженко, журналист