Газофобия

Самый мощный за всю историю Украины взрыв газа, который произошёл в Днепропетровске две недели назад, повлёк за собой не только физические разрушения, но и психические расстройства. Теперь украинцы знают, что такое газофобия

Украинские фобии газовой не ограничиваются.
У жителей разных регионов страны выработались собственные опасения по поводу местных чрезвычайных ситуаций

Оператор газовой службы №14 уставшим голосом сообщил Фокусу, что количество тревожных звонков в их службу после трагедии в Днепропетровске увеличилось в пять раз. Люди боятся и звонят, почувствовав даже лёгкий запах газа. По официальной статистике «Киевгаза», в среднем жалоб стало в десять раз больше.

Самые крупные города Украины практически сразу заявили и о своих газовых проблемах. В день траура одесситы и вовсе сидели без газа: «Одессагаз» из-за днепропетровской трагедии в срочном порядке проводил комплексную проверку всей системы газопроводов. Председатель Херсонской областной государственной администрации Борис Силенков также забил тревогу, обеспокоившись неудовлетворительным состоянием придомовых газовых сетей. «Донецкая газовая служба работает в нормальном режиме, однако внимание к обращениям граждан повышенное», – рассказывал после днепровского взрыва заместитель директора ОАО ”Донецкгоргаз” Владимир Кашкин. Такое же повышенное внимание к обращениям людей уделяется во всех остальных областях Украины.

Фокус

Чего вы боитесь?
Тарас Чорновил, депутат:

– Я уже вышел из того возраста, когда чего-то боятся. Но, конечно, на бочке с динамитом курить не стану. У меня врождённый страх высоты и я регулярно пытаюсь его преодолеть – езжу по самым страшным серпантинам, взбираюсь на скалы, чтобы не страх руководил мной, а я им. А что касается газа, электричества и других вещей – я не поддаюсь таким фобиям.

Дмитрий Харитонов, историк, писатель, тележурналист:

– От такой катастрофы, как в Днепропетровске, в нашей стране не застрахован никто. Я, например, живу в хорошем доме, который неплохо оснащён, но я вот подумал и содрогнулся: ведь эта трагедия может коснуться каждого. А по поводу фобий – я очень боюсь летать. И я преодолеваю этот страх, когда выпиваю грамм 100 коньяка. Страхи нас окружают, с этим ничего не поделаешь. Взять хотя бы страшные пробки в городе, из-за которых водители начинают ездить просто экстремально.

Семён Глузман, психиатр и правозащитник, директор Украинско-американского бюро по защите прав человека:

– У меня был когда-то страх перед КГБ. Но КГБ не стало и я перестал бояться. А газ на кухне у меня, кстати, подтекает. Газовая служба проверяла квартиру много лет назад. Сейчас стараемся немного прикручивать газ, когда готовим. Ведь я знаю, в какой стране живу. Если что-то случится, господин Шуфрич снова будет пиариться по телевизору, но мне, если что, это не поможет.

Владислав Ерко, художник-иллюстратор:

– У меня нет газа, поэтому я не очень боюсь. Но есть страх прорыва каких-нибудь коммуникаций, например, батареи, потому что от парового отопления никуда не денешься.

Михаил Гончар, руководитель энергопрограмм Центра «Номос», экс-зампредседателя «Укртранснафти»:

– Любая техническая система, особенно работающая под давлением, имеет определённый технический ресурс. И в конце 90-х делали различные прогнозы относительно эффективности функционирования систем и срока их использования. И вот вторая половина этого десятилетия как раз и должна стать периодом всплеска подобных чрезвычайных происшествий, связанных с системами коммуникаций. Поэтому для меня это не стало неожиданностью.

Виталий Билоножко, народный артист Украины:
– У меня, конечно, есть страх. Вся моя семья пользуется газом: и в Донбассе, и в Киеве. Мне даже недавно сон приснился, что беда случилась. Я ещё лет 15 назад перешёл на электроплиту и теперь чувствую себя спокойнее. Но вот за близких переживаю.

Татьяна Монтян, адвокат:

– У меня в доме нет газа, не боюсь. Но уже очень много лет говорю о том, что необходимо наконец урегулировать права собственности на все эти коммуникации. А этого никто не будет делать до тех пор, пока имеет от этого прибыль. значит, взрывы будут продолжаться. Спросите у этих прихватизаторов, когда их последний раз кто-то проверял, и проверял ли вообще. Эти уроды, которых развелось у нас по всей стране, нахапали себе коммунальной собственности и используют её на всю катушку.