Яблоку негде упасть. Как борется за выживание первая в Украине станция садоводства

2019-01-20 17:00:00

2652 432
Яблоку негде упасть. Как борется за выживание первая в Украине станция садоводства

Фото: Алексей Арунян

В советские годы в институте трудилось 600 человек. До реорганизации 2017 года в штате было около 100 человек, сейчас 40, из них 21 научный сотрудник. 

Группа экскурсантов столпилась возле зелёного яблока. Оно аппетитно выглядит, но это лишь муляж из воска, лежащий на старинных почерневших от времени металлических весах. Со сморщенной фотографии на стене на гостей задумчиво смотрит бывший владелец этой усадьбы учёный Лев Симиренко. Именно он в 1887 году первым среди садоводов обратил внимание на сорт яблока, который теперь является одним из самых популярных в Украине.

— Лев Платонович нашёл такие плоды на яблоньке, которая росла в их семейном саду. Этот ставший знаменитым сорт он назвал в честь отца — ренет Платона Фёдоровича Симиренко, — объявляет экскурсовод с интонацией диктора из советских телефильмов.

На территории родового поместья, где проходит экскурсия, 130 лет назад Симиренко основал для научных исследований крупнейший на то время сад, или, как его называют ботаники, помологический рассадник. В 1920 году на его базе создали первое в Украине и в Советском Союзе исследовательское учреждение, занимающееся садоводством. С тех пор здесь изучают фруктовые деревья, ягодные культуры и выводят новые сорта.

В 2017 году Национальная академия аграрных наук Украины (НААНУ) преподнесла здешним учёным неприятный сюрприз. Накануне столетия учреждения его статус понизили с института до исследовательской станции. Финансирование урезали, половину сотрудников сократили, а оставшимся уменьшили зарплату. Вдобавок в этом году Госгеокадастр решил забрать у станции часть территории.

"Подводная лодка"

Центральное отделение станции, которая с 1958 года носит имя своего основателя Льва Симиренко, находится в селе Млиев, расположенном в 10 км от Городища — райцентра в Черкасской области. Станция живёт обособленно от села. Здесь есть многоквартирные дома и коттеджи бывших и нынешних сотрудников, детсад, свои очистные сооружения и водонапорные башни. Здания разбросаны по территории большого дендропарка с гигантской коллекцией деревьев и кустарников, двумя прудами и речкой.

В разгар рабочего дня тишину нарушает только чириканье птиц и лай собак. В садах морозно, облысевшие ветви деревьев покрыты снегом. Для учёных-садоводов эта пора года — период кабинетной работы. Сотрудники станции составляют отчёты и планы, систематизируют собранные данные, пишут статьи.

"Если мы в ближайшие пять-шесть лет не подготовим учёных, которым всё передадим, то гаплык нашей науке"

Виктор Ласкавый, научный сотрудник станции

— Для нас с момента создания и до сих пор первоочередной была селекция, выведение новых сортов. Сейчас селекция ведётся по 15 культурам, — объясняет Валентин Гибало, заместитель директора станции по научной деятельности.

Скороговоркой он перечисляет названия всех 15 культур, не забыв ни одной. Сам Гибало — застенчивый добряк с широким лицом и заливистым смехом — исследует фундук и малину. Говорит, что в 2018 году станция подала документы на регистрацию четырёх сортов груши, черешни, смородины и сливы.

— Ещё изучаются вопросы защиты растений, экономики и сохранения генофонда: сортов украинской и заграничной селекции. Вот чем в основном занимается институт. Ой, то есть станция, — поправляет себя Гибало.

В соседнем кабинете, заставленном советской мебелью, работает один из ведущих научных сотрудников станции — Виктор Ласкавый. В его чёрных волосах пробивается седина, массивные кисти рук свидетельствуют о том, что всю жизнь он проработал в садах.

— В 2017-м институт понизили в статусе, с людьми рассчитались. Остались только те, кому некуда бежать с этой "подводной лодки". Когда был институт, по косточковым культурам работали пятеро учёных, сейчас остался я один, — с досадой произносит Виктор.

В советские годы в институте трудилось до 600 человек. До реорганизации 2017 года в штате было около 100 человек, сейчас 40, из них 21 научный сотрудник. Смена статуса сказалась и на оплате труда. Средняя зарплата теперь составляет 4,5 тыс. грн, старший научный сотрудник получает 8 тыс. грн "грязными".

Академия аграрных наук объясняет понижение статуса Института им. Симиренко тремя причинами. Первая — дефицит средств. Вторая — отсутствие в учреждении современного оборудования и нужного количества высококвалифицированных учёных. Третья — наличие в стране сразу двух институтов садоводства, работающих в одном направлении. Руководство академии считает, что благодаря этому решению учреждение заработает эффективнее, уровень научных исследований повысится. Восстанавливать статус института нецелесообразно ещё и потому, что бюджет НААНУ на 2019 год сократили на 45%.

В академии заявляют, что довольны последним научным отчётом о работе станции в Млиеве. По мнению руководства НААНУ, это свидетельствует о том, что реорганизация пошла на пользу. Однако ведущие учёные станции им. Симиренко относятся к ней негативно.

Плодовитый учёный

Виктор Ласкавый — автор пяти сортов сливы. Ещё три учёный вывел вместе с отцом Владимиром Ласкавым, также работавшим на станции. Всего в Украине на данный момент зарегистрировано 14 местных сортов сливы. Ласкавый-младший причастен к созданию большей части из них и в этом году подал документы на регистрацию ещё одного.

Человек и яблоко. Имя Льва Симиренко известно каждому украинцу благодаря знаменитому сорту яблок

Учёный показывает на мониторе компьютера фотографии выведенных им сортов и принимается нахваливать "украшение сада": сливы на снимках по форме похожи на груши.

— Смотрите, какая нагрузка плодов! Оригинальная форма. Базарная слива, вкусная, среднего срока поспевания. Даже при такой нагрузке урожая она не мельчает, — описывает он результат своей работы.

Чтобы получить новый сорт, селекционеры скрещивают растения двух и более групп. Законы природы таковы, что для выведения одного сорта сливы нужно минимум 22 года. То есть результатами исследований, которые проводит Ласкавый, будут пользоваться уже будущие поколения учёных. Он надеется, что успеет обучить двух или хотя бы одного сотрудника, которому сможет передать своё дело. Но пока претендентов нет: из-за низких зарплат и общего упадка станции выпускники аграрных вузов не спешат ехать в Млиев.

— Если мы в ближайшие пять-шесть лет не подготовим учёных, которым всё передадим, то гаплык нашей науке. Кстати, селекцией сливы кроме нас, то есть кроме меня, никто в Украине не занимается, — с сожалением констатирует Ласкавый.

В связи с нехваткой средств и кадров ему и другим научным работникам часто приходится заниматься делами, не имеющими отношения к научной деятельности.

— Например, началась весна. Много работы в рассаднике, посадка садов, саженцев, а в это время учёный должен отмечать начало и конец цветения! Иногда не успеваешь выполнить нужный объём работы. Делаешь только самый необходимый минимум наблюдений, — говорит Виктор тихим голосом с лёгкой хрипотцой.

Времени учёному не хватает ещё и потому, что он также руководит программой по сохранению коллекции плодово-ягодных культур станции, тем самым продолжая дело, начатое ещё Львом Симиренко. По данным последнего отчёта, коллекция станции насчитывает 2370 образцов.

Кража в музее

Кажется, что Наталья Круподеря, с 1980-х заведующая музеем Симиренко, знает всё о семье учёного.

Директор станции склоняется к мысли, что землю хотят отнять именно потому, что при правильном использовании она приносит владельцу неплохие деньги

— Экспозиция расположена в бывшей родовой усадьбе Симиренко, построенной в 1855 году. А вот в таком домике, который вы видите на макете, семья жила сначала. Вообще, Симиренко жили в Млиеве с очень давних времён, — обращается Круподеря к экскурсантам, делая театральные паузы и ударения.

Дом, по которому она водит туристов, построен при отце учёного, который был сахарозаводчиком и меценатом. Симиренко-старший, к примеру, дал денег на издание "Кобзаря" Тарасу Шевченко, гостившему здесь в 1859 году. Заведующая объясняет, что знаменитый сорт яблок "ренет Симиренко" не выводили путём скрещивания, Лев Симиренко просто описал его, представив затем на сельскохозяйственной выставке в 1887 году. Ботаник утверждал, что впервые нашёл такую яблоню в садах отца. Откуда она взялась, Симиренко не знал: когда он принялся за изучение сор­та, отец уже умер, спрашивать было не у кого. Насчёт происхождения яблони у Льва Симиренко были две версии: либо это старый забытый на Западе сорт, либо оно родилось от случайного посева в отцовском саду.

В комнате, где находился рабочий кабинет учёного, сейчас стоит его бронзовая скульптура в полный рост. На этом месте в 1920-м Симиренко застрелили неизвестные. В том же году на базе его имения и рассадника создали Государственную научно-исследовательскую станцию, её первым директором стал сын Льва Симиренко Владимир.

Часть экспозиции, посвящённая истории Млиевской станции, напоминает, что когда-то она была одной из ведущих в отрасли. На стенах десятки наград, медалей, дипломов. Здесь же указ о присвоении ордена сорту яблока "Слава победителям" — ещё одному бренду станции. На соседнем стенде — решение о присвоении учреждению статуса научно-исследовательского института, датированное 1989 годом. С 1991-го начался упадок, он сказался и на НИИ, и на музее. В настоящее время он хоть и находится на территории станции, но формально к ней не относится. В начале 1990-х учреждение переподчинили Черкасскому областному музею, денег, которые он выделяет дому семьи Симиренко, хватает только на небольшую зарплату. Дошло до того, что из-за безденежья всю прошлую зиму здание не отапливалось.

Сейчас в музее тепло. Руководство станции, сжалившись, на свои деньги поставило котёл и снабдило дровами. Средств музею катастрофически не хватает, в том числе на защиту от взлома. Этим кто-то воспользовался в ночь с 6 на 7 октября, проникнув в дом и украв две картины 1980-х годов. Полиция похитителей не нашла.

Столетний "самозахват"

Директор станции им. Симиренко Владимир Филёв занял должность год назад, уже после реорганизации. По первому образованию он агроном. После окончания сельхозтехникума пошёл в армию, построил карьеру военного. В садоводство вернулся уйдя в запас в звании подполковника. Получил должность директора станции помологии в Сумской области, а оттуда перевёлся на аналогичную должность в Млиев.

Настенный календарь в кабинете директора облеплен цветными канцелярскими наклейками — так Филёв отмечает даты судебных заседаний. Суды начались после того, как Черкасское областное управление Госгеокадастра объявило, что станция им. Симиренко незаконно использует более 120 га территории, прилегающей к Городищу. В мае госинспекторы выписали протокол, в котором говорится, что учреждение не имеет на эту землю правоустанавливающих документов.

Накануне столетия учреждения его статус понизили с института до исследовательской станции. Финансирование урезали, половину сотрудников сократили, а оставшимся уменьшили зарплату

Госгеокадастр потребовал от станции освободить земельный участок, а на директора наложили штраф в размере 230 тыс. грн за якобы нанесённый государству ущерб. Причём по протоколу заплатить его должна не станция, а именно Филёв.

Директор признаёт, что у учреждения действительно нет госакта на городищенское отделение, хоть оно и использует эти земли с 1920 года. В середине 2000-х его предшественник начинал оформлять документы, получил предварительные разрешения.

— Только они куда-то внезапно пропали. Нет, не могу найти, нашёл только ведомости об оплате за оформление документов, — говорит Филёв, разводя руками. — Писал в архивы — ни ответа, ни привета: не видели. Куда всё делось? Бог его знает.

По словам директора, когда он узнал об отсутствии документов, сразу обратился в Госгеокадастр, хотел, чтобы там оформили госакт. Но вместо этого ведомство обвинило станцию в самозахвате. Теперь Филёв пытается обжаловать решения инспекторов, суды тянутся уже полгода. Пока решение не вынесено, учреждение продолжает пользоваться землёй.

У станции им. Симиренко четыре земельных участка общей площадью более 800 га. Размер городищенского участка, на который нет госакта, — 210 га. Госгеокадастр хочет изъять у станции не всю эту территорию, а только 120 га угодий, которые засеяны ячменём под продажу. Ведомство объясняет это тем, что станция якобы использует землю не по назначению. Владимир Филёв настаивает, что это не так. Современный плодовый сад растёт на определённом участке ограниченное время: до 15 лет. По правилам садоводства, после того как старые деревья выкорчёвывают, новые на том же месте можно высадить спустя 7–10 лет. В это время его засевают сельхозкультурами под продажу.

— Ну а чего земля будет гулять? — на деревенском сленге объясняет директор. — Это уже получается бесхозяйственная деятельность. Вот сейчас под пашней 200 га. И что, пусть она гуляет? Никто ей этого не даст! Вот засеваем её, например, соей. Соя гэмэошная, по ней можно работать гербицидом, чтобы убить бурьян, который привык расти в садах, а то он там как у себя дома.

Продажа сельхозкультур — ныне основной вид заработка станции. В 2018 году учреждение выручило 4 млн грн, из них только 1 млн — доходы от продажи саженцев и плодово-ягодной продукции, остальные 3 млн получены от реализации зернобобовых. Если у учреждения отнимут 120 га пашни, это ещё больше ударит по её финансовому состоянию. Директор склоняется к мысли, что землю хотят отнять именно потому, что при правильном использовании она приносит владельцу неплохие деньги.

Владимир Филёв пришёл на работу в Млиев по приглашению Института садоводства НААНУ, которому сейчас подчиняется станция. Он говорит, что согласился без раздумий. Сказалось то, что когда-то учился по книжкам Млиевской станции, которая считалась одним из авторитетнейших научных учреждений по садоводству в СССР.

— А когда я сюда попал, то, конечно, разочаровался. Но деваться уже некуда. Как говорится, самолёты задом не летают. Поэтому... — резюмирует Филёв обречённо и делает глубокий вдох. — Коль вперёд, то вперёд.

Loading...