Призрачная армия. Чем ответит Европа на российскую агрессию

Фото: Getty Images
Фото: Getty Images

Агрессивная политика России заставила лидеров ЕС задуматься о единой армии Евросоюза. Скорее всего, процесс объединения национальных вооруженных сил начнется с создания сил быстрого реагирования

Разговоры о создании единых вооруженных сил ЕС идут с 1960-х, но до последнего времени оставались лишь разговорами. Слишком много финансовых и политических противоречий по этому вопросу было у членов ЕС. Кроме того, поскольку 22 из 28 государств Евросоюза одновременно входят и в НАТО, в Европе и в США бытовало мнение, что объединение национальных армий — это ненужное дублирование функций Североатлантического альянса, который и так гарантирует безопасность участникам. Но это отношение за считаные месяцы изменила агрессия России — начиная с аннексии Крыма и войны на востоке Украины и заканчивая демонстративными маневрами флота и стратегической авиации у европейских границ.
В итоге в марте этого года глава Еврокомиссии Жан-Клод Юнкер заявил, что ЕС необходимы общие вооруженные силы. В ответ Россия сообщила о выходе из Договора об обычных вооружениях в Европе. По версии министра обороны РФ Сергея Шойгу, европейские страны и так превышают Россию по боевым самолетам, вертолетам и артиллерийским системам более чем вдвое.

На самом деле в сумме армии стран Евросоюза двукратно превосходят РФ разве что по числу военнослужащих (см. стр. 36 Пограничное состояние). Боевых самолетов у ЕС примерно в 1,5 раза больше, чем у России, количество бронетехники почти одинаково, а по числу артсистем на первом месте уже РФ.

Но европейские армии не имеют единого центра командования и координации, что делает их уязвимыми. "По сравнению с политикой Евросоюза в области безопасности, сегодня даже большой курятник выглядит как штурмовой отряд" — так образно пояснил Жан-Клод Юнкер необходимость создания единой армии.

Предпосылки объединения

Саймон Свини, директор политических программ The York Management School, уверен, что к обострению "армейского вопроса" в Европе привело именно усиление агрессивной политики России. Это действительно главная причина. Но она не единственная.

По численности и вооружению армии стран — членов ЕС превосходят Россию практически по всем параметрам. Но для того чтобы реально противостоять возможной агрессии, им нужно единое командование

Дело в том, что к нынешнему обострению оказались не готовы и силы НАТО, которые в годы холодной вой­ны были основным фактором сдерживания агрессивной политики стран Варшавского договора. С одной стороны, сейчас Альянс лихорадочно проводит учения практически во всех пограничных государствах, включая Грузию, Польшу, Скандинавию и страны Балтии. С другой — в них, в зависимости от страны, участвуют от нескольких сотен до нескольких тысяч военных, чего явно недостаточно для создания надежного противовеса России. Кроме того, в случае "гибридной" войны НАТО вряд ли сможет эффективно ей противодействовать: устав организации и вооруженные силы Альянса создавались с другими целями.

Наконец, "музыку" в Альянсе всегда заказывали США. Как минимум потому, что именно Штаты на 70% финансировали бюджет организации и платили за военные операции. Однако сегодня, по словам Джулианы Смит, бывшего советника по безопасности вице-президента США Джо Байдена, США больше внимания уделяют Ближнему Востоку — у них просто нет сил, необходимых для адекватного ответа Владимиру Путину. Именно поэтому в Белом доме поддержали идею единых сил Европы. "Раньше в США переживали по поводу создания такой армии, но теперь ситуация изменилась. Мы только хотим, чтобы ЕС смог сам защитить себя", — говорит Джулиана Смит.

При этом Штаты готовы даже поступиться собственными экономическими интересами в сфере военной промышлености. И это один из самых серьезных аргументов в пользу создания европейской армии.

Денежный вопрос

До последнего времени более 60% всей военной техники для армий европейских стран закупалось в США — из ста фирм мировых лидеров производства вооружений половина находится на территории Америки. При этом зачастую в Европу поставлялось вооружение, мягко говоря, не самое современное.

"Почти 1,5 миллиона солдат до сих пор остаются скорее виртуальной силой"


Ханс-Петер Бартельс
председатель комитета бундестага по вопросам обороны
Ханс-Петер Бартельс председатель комитета бундестага по вопросам обороны

К примеру, в ходе бомбардировок Югославии большинство европейских стран использовали самолеты типа F-14 Tomcat, хотя на то время на вооружении США уже состояли машины следующего поколения — F/A-18 Hornet, которые превосходили своих предшественников по большинству показателей.

Пример военной авиации особо показателен. Сразу после того как закончились бомбардировки, в Брюсселе приняли решение ускорить строительство европейского истребителя Eurofighter Typhoon, который разрабатывался с 1979 года, но все еще задерживался с серийным выходом. Истребитель был введен в серийное производство в 2003-м, но за следующие 10 лет консорциум Alenia Aeronautica, BAE Systems и EADS сумел продать лишь 570 самолетов, из которых страны Евросоюза закупили около 480 машин. Для сравнения: суммарный объем выпуска F/A-18, вместо которого европейские ВВС должны были покупать Eurofighter, превышает 1800 экземпляров, причем как минимум 200 из них были приобретены европейскими странами. В том числе и после появления Eurofighter.

Панцергренадеры. Отделение 371-го бронетанкового батальона бундесвера с легкими танками Marder — одно из подразделений, которые войдут в состав сил быстрого реагирования НАТО

До последнего времени подобная ситуация более чем устраивала Штаты. Белый дом тратился на содержание НАТО, но взамен военно-промышленный комплекс США получал сопоставимые суммы от членов Альянса в виде оплаты военных заказов — по большому счету, развитие ВПК европейских стран в этот сценарий не укладывалось. Но сейчас ситуация изменилась: в Вашингтоне более чем благосклонно относятся к росту заказов европейских оборонных предприятий. "США хотят, чтобы европейцы представляли собой сильное звено внутри НАТО", — заявила в интервью газете Bild am Sonntag министр обороны Германии Урсула фон дер Лайен, обосновывая реальность создания единой армии Евросоюза.

Более того, американцы последние пять лет сами настаивают на увеличении странами ЕС расходов на армию. Еще в 2010 году тогдашний министр обороны США Роберт Гейтс заявил европейским коллегам, что тратить всего лишь по 1% ВВП на оборону — недопустимая роскошь, граничащая с неосмотрительностью. Однако и к 2013 году ситуация в ЕС не изменилась к лучшему. Хотя в договоре общей безопасности, который впоследствии стал основой для НАТО, страны — члены Альянса обязывались тратить на оборону не менее 2% ВВП, на практике, по данным института Брукингса, это условие выполняли только Великобритания, Греция и Кипр.

Реальные сроки

"Европа разучилась воевать и слишком долго жила под защитой американского оружия", — говорит Мартин Харт, заместитель директора International centre for defense and security. И все же, по его мнению, европейский ВПК сейчас впервые после окончания холодной войны начинает активно развиваться. На его становление уйдут годы, но, во всяком случае, страны Союза уже пережили этап взаимного недоверия в этой сфере, а российская политика сделала их более сплоченными.

Создание полноценных вооруженных сил — дело не скорое. "Европейская армия остается долгосрочной целью, достижение которой увидят скорее мои дети. Сейчас же речь идет в первую очередь о том, чтобы шаг за шагом укреплять Европейский оборонительный союз", — говорит Урсула фон дер Лайен.

Вдали от родины. До последнего времени военные стран ЕС больше занимались миротворчеством, чем защитой Союза. На фото — французские войска во время миротворческой миссии в Конго в 2003 году

Первая попытка такого "укрепления" не увенчалась успехом. Правда, не по вине европейцев, а скорее с подачи США. На последнем саммите НАТО в сентябре 2014-го лидеры Великобритании, Латвии и Эстонии предложили новый формат — создание сил быстрого реагирования. В проекте фигурировало 60 тыс. солдат, которые смогут противостоять так называемой гибридной войне и не допустят роста сепаратизма в Восточной Европе. Но впоследствии в выступлениях руководства НАТО 60 тыс. солдат превратились в 40 тыс. Хотя и первого, и второго явно недостаточно для выполнения поставленных задач.

Не исключено, что нежелание США тратиться на создание полноценных сил быстрого реагирования в Европе ускорит появление аналогичного формирования, но уже в рамках Евросоюза.