Разделы
Материалы

Кривое зеркало

Все чаще, выбирая гостиницу для отдыха, украинцы, выезжающие за границу, одним из главных требований называют отсутствие в отеле граждан России

Нет, причина не в русофобии. Очевидно, за 17 лет жизни вне коммунальной квартиры СССР мы действительно стали отвыкать от русских шабашей. Моим соотечественникам на курортах хочется сытого покоя, нашим восточным соседям – градусного веселья. Цивилизованный развод, о котором говорил президент Кравчук в 1991 году, подписываясь под договором об СНГ, состоялся.

Ментальная трещина между нашими народами превратилась в пропасть.

За развитием грузинско-осетинского конфликта мне пришлось наблюдать из курортной Анталии, черпая информацию из двух источников – Первого канала и РТР-Планета. Честно говоря, доверия к российским СМИ я уже давно не испытываю. Зато как полезно было получить в каждом выпуске новостей бесплатный мастер-класс пропаганды! Она была простой, даже примитивной, но осуществлялась с завидной настойчивостью. Как не вспомнить классика пропаганды Адольфа Гитлера, который в "Майн кампф" не раз подчеркивает, что люди различают в основном "правильное" и "неправильное", правду и ложь и не хотят копаться в оттенках, не умея (или не желая) рассматривать каждую проблему с двух сторон.

"Украинцы и русские
в лучшем случае могут стать партнерами, но никак не родственниками"

Много лет работая журналистом в условиях обязательного баланса мнений, информации из первых уст, исключения оценочных суждений, за несколько дней войны я попала в "королевство кривых зеркал". Примитивность пропаганды российских коллег поражала по многим пунктам.

1. Бомбежка Цхинвали: в московских новостях город специально называли на осетинский манер – Цхинвал.

2. Репортаж из госпиталя с российскими военнослужащими, который напомнил мне сюжеты на провластных каналах времен акции "Украина без Кучмы!" с "избитыми" омоновцами.

3. Покромсанные комментарии осетин, но так и не выполненная до конца задача репортеров: оды русским "освободителям" от жителей Осетии так и не удалось добиться.

4. Демонстрация "зарвавшегося Саакашвили": акцент на мимику и жесты грузинского лидера превратил его в карикатурного персонажа.

5. "Короткими очередями по ногам" всем сочувствующим и симпатизирующим. Особенно доставалось Ющенко. Именно так, не "президенту Украины Ющенко", а просто Ющенко. Спектр обвинений широк – от кумовства до флота.

6. Стоявших на тбилисском майдане называли не иначе как "адвокатами дьявола".

И, наконец, рефреном на всех телеканалах фраза "Принуждение к миру" – сокровище среди пропагандистской бижутерии, которой российские СМИ торговали в грузинско-осетинском конфликте.

Не давал покоя вопрос: за время после распада советской империи выросло новое поколение журналистов, люди, которых обучали пропаганде в высших партийных школах уже сошли с орбиты – кто же новые? Чьими руками выстраивается информационная картина периода очередного "железного занавеса"? Ответ получила в одном из выпусков новостей на РТР. Там не без умиления показали сюжет о 82-летнем пенсионере, старожиле телеканала, бывшем работнике по идеологии, задача которого тогда и теперь – "давать советы" по информационному вещанию. Как без осуждения рассказали с экрана, однажды аксакалу довелось даже запретить эпизод известной гайдаевской комедии. Поистине, преемственность – это российское все.

Да, подумала я тогда, россияне нуждаются в идеологии. Такой разгул пропаганды консолидирует, но одновременно и оболванивает нацию, в большинстве случаев не оставляя двух мнений. Результат? Движение скинхедов, неонационалисты и почти тотальный комплекс "старшего брата". Пропаганда не знает границ и сочится из всех щелей.

Сочится она и в Украину. К сожалению, тут для нее есть почва и нет заслонов в виде устойчивой государственности и не менее сильной пропаганды. Парад по случаю годовщины независимости – не в счет. Само развитие событий приводит к тому, что мы, украинцы и русские, в лучшем случае можем стать партнерами, но никак не родственниками. Кстати, слово "партнеры" все чаще звучит в российских СМИ в отношении американцев. И это высшая степень уважения, которой только можно было ожидать от Москвы. Я бы сказала, это эталон взаимоотношений. Партнерство – вот к чему должна стремиться Украина в отношениях с Россией. Но не больше.