Разделы
Материалы

Почему гражданский конфликт в Донбассе затянется на долгие годы

АТО рано или поздно закончится, и в Украине наступит мир. В этом не сомневаются даже наиболее пессимистичные обозреватели – вопрос лишь в сроках. Однако даже после прекращения огня Донбасс надолго останется расколотым и разобщенным. Причем «договор о недружбе» уже подписан кровью – а это не шутки

Не брат ты мне

Термин "гражданская война" популярностью в Украине не пользуется. И власть, и общество убеждены, что война на Востоке идет не с гражданами, а с заезжими террористами и завербованными отморозками из числа местных. Издали все примерно так и выглядит. Однако сам Донбасс уже несколько месяцев балансирует на грани самой настоящей гражданской войны. Катастрофе не дает случиться лишь внешнее давление силовиков. Основные силы самопровозглашенных "республик" оттягиваются на фронт, а люди озабочены собственным выживанием в зоне огня. Донбасс пойдет не по приднестровскому, а по боснийскому пути.

Война на Востоке объединила Украину перед лицом российской угрозы, но Донбасс разорвала по-живому. Общности, которые складывались годами, здесь рушатся на глазах. Пара картинок с натуры. В одном из сел Луганской области на заборах начали появляться свастики и надписи "С*ука правосек", "Фашист" и тому подобное. Рисовальщиком оказался местный школьный учитель, искренне уверенный в том, что проукраински настроенные односельчане хотят его убить. "Мы вам свою Одессу устроим! За все ответите!" - обещает дама предпенсионного возраста своим коллегам по госучреждению. И ничего, что в соседних отделах двадцать лет просидели – они ведь "правосеки". Таких и сжечь не жалко.

Градус взаимной ненависти таков, что плавятся даже семейные узы. Разговоры с родственниками нередко заканчиваются матерной ссорой и швырянием телефона в стену. Если в 2004-м спорили о языке и геополитике, то теперь ставки выше – на кону жизнь. Ведь, как известно, "колорады" собираются уничтожить патриотов, а Нацгвардия расстреливает вообще всех подряд. Так что ссоры – это еще ничего. Приятеля-беженца не приняли родственники в Ровно, потому что, цитирую, "вы все там сепаратисты и террористам помогаете". Правда, на референдуме он голосовал против независимости ЛНР, но кто станет теперь разбираться? У других знакомых распался гражданский брак. В августе собирались расписаться, но оказалось, что идеологическая несовместимость порой серьезнее, чем резус-конфликт.

Грань между своими и чужими растворилась и ее постоянно приходится переопределять. Заклятым врагом может оказаться кто угодно – коллега, сосед, родственник. Идейные конфликты раскалывают устоявшиеся общности и за принципы приходится дорого платить. И речь не только о травле и остракизме инакомыслящих. Известны случаи, когда представители "республик" забирали людей "на разговор" по доносу: мол, вычислили "правосека". Приходили и за другом моего отца. Пожилой патриот был уже в бегах, но его сыну-предпринимателю сожгли мастерскую.

Механика ненависти

Порой кажется, что это временное помешательство и люди вот-вот очнутся Но не стоит питать иллюзий: ментальные процессы в Донбассе зашли слишком далеко, чтобы взаимная ненависть утихла столь же быстро, как и разгорелась. Самый очевидный из таких процессов – усвоение новояза ненависти. "Ватники", "укропы" - подобные термины помогают не только маркировать врага, но и расчеловечить его. Эти словечки – отнюдь не эвфемизмы или безобидные обзывалки. Во время геноцида в Руанде представителей племени тутси называли не иначе, как тараканами, почти как наших "колорадов". Поэтому и убивать их было проще – они ведь не люди, а насекомые. Точно так же легко одобрить уничтожение неких обобщенных "бандер", практически лишенных человеческих черт.

Акт расчеловечивания может быть не только вербальным. Так, в мае одного из луганских активистов задержали за расклеивание листовок против референдума. На следующий день в сети появилось видео, на котором ЛНРовцы водили его на четвереньках на веревке, попутно отвешивая пинки и подгоняя палкой. "Правосек на поводке" - подписал видео безымянный автор. По другую сторону баррикад ожесточение ничуть не меньше. "Ничто так не радует, как запах горелой ваты" - говорит мой приятель, читая новости об уничтоженных представителях "республик" (то есть "ватниках").

Жестокость к противнику выглядит не только оправданной, но и совершенно необходимой. Или мы, или они – и третьего не дано. Враг видится столь отвратительным и опасным, что заслуживает лишь смерти.

Невиновных нет

Усиливает гражданский раскол идея коллективной ответственности: невиновных больше нет. Президент, конечно, считает иначе – тем, кто не брал в руки оружие, обещана амнистия. Но легко быть великодушным, когда дело не касается тебя лично. Тем более, что с близкого расстояния грань между "мирным" и "не мирным населением" выглядит весьма расплывчатой. В войну в Донбассе вовлечены не только военные и боевики, но и гражданское население. Например, на севере Луганщины фермеры и предприниматели опекают украинские войска, а их земляки на юге носят продукты в штабы "республик". Не удивительно, что они считают друг друга пособниками "хунты" или "террористов".

Причем в вину друг другу вменяют еще и вымышленные злодеяния. "В поселке Счастье сейчас проходит массовая чистка. Уничтожают мирное население, всех — от 16 до 50 лет — вырезают полностью" - рассказывают боевики о бесчинствах Нацгвардии. "После уничтожения местных ополченцев Киев устроит геноцид русскоговорящего населения, а землю отдаст "расово верным" уроженцам запада Украины" - пишут в ДНРовских пабликах в соцсетях. Смешно? А ведь Донбасс переполнен подобными слухами. Поэтому сопротивление АТО здесь проходит почти под эренбурговским лозунгом "Хочешь жить, убей немца!" Только вместо немцев – "западэнцы" и "укры" в лице Нацгвардии и добровольческих батальонов. У сторонников единства Украины настроения аналогичные. Например, после штурма воинской части в Луганске прошел слух, будто боевики расстреляли на месте всех солдат, которые отказались присягнуть "республике". Слава Богу, это оказалось выдумкой. Тем не менее, заявления Порошенко о прекращении огня вызывают у сторонников единства Украины бурю негодования. Ведь их жизнь находится в опасности, а уехавшие не могут вернуться домой, пока у власти находятся ДНРовцы.

Над пропастью

Атмосфера вражды и взаимной ненависти – одна из причин, по которой люди покидают Донбасс. Проукраински настроенные граждане здесь в меньшинстве. На них и раньше смотрели косо, а теперь они – объект травли, виновники всех бед, внутренний враг. Чтобы нарваться на неприятности, совсем не обязательно быть членом "Правого сектора", достаточно заговорить в людном месте на украинском языке. Будут ли последствия – неизвестно - но лучше не экспериментировать.

Впрочем, сторонники народных "республик" тоже не чувствуют себя хозяевами положения. Силы АТО сжимают кольцо вокруг Донбасса и им тоже приходится уезжать. Возможно, именно поэтому в регионе все еще не началась гражданская война, а точнее – зачистка инакомыслящих. Когда окраины города обстреливает артиллерия, устраивать погромы просто некогда. Но если "республики" оставят в покое, здесь повторится 1937-й. Повстанцы уже вовсю примеряют на себя форму сталинских "ястребов". Например, в захваченном здании Донецкой ОГА есть кабинет с табличкой "НКВД", а в ЛНР организованы КГБ и СМЕРШ. "Борьба со шпионами будет жестокой и быстрой", - пообещал "губернатор" республики Валерий Болотов. Правда, кого посчитают шпионом – это еще вопрос. Например, 19-летнего луганского студента Александра Мангуша задержали по подозрению... в координации авиаудара по ОГА с земли. Озлобленное войной население репрессии гарантированно поддержит.

И все же худший сценарий развития событий в Донбассе маловероятен. Боевиков в ближайшем будущем вытеснят и регион вернется к относительно мирной жизни – без массовых репрессий и погромов. Но взаимная ненависть будет кипеть здесь еще долгие годы, находя выход наружу в тех или иных политических формах. Опыт кровавой вражды легитимизировал политически мотивированное насилие. Иметь такой проблемый регион в составе страны – большое испытание для правительства. Но куда большие испытания ждут самих жителей Донбасса, которым придется уживаться друг с другом. Как у нас это получится – одному Богу известно.

Анатолий Рублев, Луганск