Разделы
Материалы

Голодные игры престолов. Как управлять миром с помощью сюжетов фантастических антиутопий

Фантастика и фэнтэзи в современном мире стали одной из эффективных социальных технологий. Литература, кино, искусство в целом, могут охватить самый широкий спектр вероятного. Поэтому они часто пророчествуют.

Фантастика и фэнтэзи в современном мире стали одной из эффективных социальных технологий. Литература, кино, искусство в целом, могут охватить самый широкий спектр вероятного. Потому они часто пророчествуют. Ранее это было особенно заметно в жанре фантастики. Уильям Гибсон (автор термина "киберпространство") в 1980-х изображал гиперсвязанное глобальное общество, где хакеры, кибератаки и реалити-шоу — повседневная реальность. 

А теперь мы живем в ней. О научных пророчествах Жюля Верна, которые сбылись в 20-м веке, знают все. А уже в 21-м веке по его "чертежам" вовсю идет работа над созданием космических кораблей под "солнечным парусом".

Это особенность литературы сегодня поставлена на службу глобальному большому бизнесу и служит одним из ключевых инструментов маркетинга. Microsoft, Google, Apple и другие корпорации приглашают писателей-фантастов читать лекции своим сотрудникам. Многие компании, включая Disney и Tesco, заказывают писателям романы о товарах и технологиях из "будущего", изучая и формируя заранее спрос на будущую новинку. 

Опираясь на авторитет Бертрана Рассела, автор "Энциклопедии научной фантастики" Дж. Клюют вывел формулу: мир создается теми, кто извлекает из этого выгоду, следовательно, мир таков, каков он есть сейчас, чтобы кто-то на этом мог заработать.

Отсюда популярность антиутопий К.С. Робинсона ("Марс", "2312", "Шаман"), С. Коллинз ("Голодные игры"), У. Гибсона ("Нейромант"), Н. Стивенсона ("Анафема") и др. Популярность в начале 21-го века жанра, казавшегося бессмысленным еще в конце 20-го, объясняется Робинсоном так: "Эпоха "больших идей", когда мы верили в лучшее будущее, давно миновала. 

Сегодня богачам принадлежат 9/10 всего на свете, и нам остается воевать друг с другом за оставшуюся 1/10. А стоит возмутиться, нас тут же обвиняют в том, что мы раскачиваем лодку, и размазывают нашу печень по брусчатке". 

Воображение художника — вещь не такая уж бесполезная не только для науки, бизнеса, но и для социальной инженерии. "Центр науки и воображения" при Университете штата Аризона в 2012 г. открыл проект "Иероглиф" — банк информации, где накапливают и анализируют "чертежи будущего" сотен писателей, ученых и художников.

Так же, как научная фантастика открывает путь к научному моделированию, так антиутопии и фентези – к моделированию социальному. "Песнь льда и пламени" Дж. Мартина и к/ф "Игра престолов" тому доказательство. 

Не случайно после выхода на экран этой киносаги, в прессе США появились сравнения описанной у Мартина борьбы Ланнистеров и Старков с династическим противостоянием Клинтонов и Бушей в американской политике последних десятилетий.

А потом Трамп и Байден органически вписались в эту матрицу. Американцев начали приучать к клановой структуре власти (будущее как прошлое), а фильмы и сериалы типа "Игры престолов" прощупывали и формировали будущий спрос.

Миром давно управляют через "проективные" истории, взывающие к коллективным эмоциям и мифо/архетипическим пластам сознания.

В этом смысле украинское корпоративное и госуправление, игнорирующее нарратив, эффективно примерно также, как технологии палеолита в эпоху космических кораблей.

Первоисточник.

Публикуется с согласия автора.