Разделы
Материалы

Воины в дефиците. Почему защищать Украину от орков пришлось вовсе не эльфам

Процент настоящих воинов в любой нации не бывает значительным, пишет ученый и военнослужащий Евгений Дикий. Поэтому, когда начинается война, на защиту родины приходится вставать рядовым гражданам — тем, кто никогда и не думал сражаться.

Фото: Владимир Зеленский Telegram-канал | На войну отправились самые обычные украинцы

ВОИНЫ ХОББИТШИРА

Здесь недавно одно глямурное кисо попыталось якобы извиниться за "досадное недоразумение", которое произошло между волонтерами-"азовцами" и "юными бизнес-элитками". Саму историю разбирать не вижу смысла, о ней уже давно все все сказали. Но вот что, по моему мнению, важно: когда кисо пробовало неуклюже оправдать испуг мальчиков-мажоров, которые, видите ли, не "азовцев" испугались, а всего лишь ошибочно приняли их за военкомов (правда, классное "оправдание"?.. иногда лучше жевать чем говорить (с), то дальше оно озвучило фразу, которую, к сожалению, можно услышать и от гораздо более вменяемых людей и которую почему-то почти не оспаривают: "Ну согласитесь, что не все рождаются воинами". Это почему-то принимается априори как факт, оправдывающий неучастие человека в обороне страны, — ну что же тут поделаешь, не родился я воином...

Я сейчас не о всяком хламе, который в принципе не понимает, зачем существует наша страна и почему ее надо защищать, и не о псевдо-элитках, которые искренне убеждены, что умирать на фронте — удел лохов, терпил и нищебродов, умные же люди всегда найдут как откосить, и именно этот откос считают критерием успеха. Меня не читает такая публика, мне нечего им сказать, а что нам с вами делать с ними, мы обсудим как-то в другой раз.

Я сейчас говорю о и обращаюсь к тем правильным, адекватным людям, которые являются искренними патриотами, как умеют помогают фронту, и даже в определенной степени создали культ Воина-Защитника. Воинами восхищаются, их чуть ли не боготворят (нередко даже нарушая старую мудрую заповедь о несотворении кумиров), но зато они начинают вроде как отдаляться и казаться какой-то особой кастой, принципиально отличной от посполитых, которых они защищают.

Проблема в том, что действительно большинство людей — не воины. Это абсолютная правда. И как бы широко мы ни трактовали понятие "воин" — то ли как профессию, которой годами учатся, то ли как определенный "дух воина", какое-то такое "внутреннее бусидо", и даже объединив все эти возможные определения вместе, мы получим на выходе очень небольшой процент людей. Точную статистику собрать нереально, но так на глаз — дай бог один процент от всей популяции.

Большинство из нас — не воины. Автор этих строк не воин ни по одному из определений — ни военного образования не имеет, ни с "путем самурая" как-то не сложилось. И когда я шел на фронт в 14-м, я также не стал от этого воином, а оставался тем же "ботаником", каким есть всю жизнь на "гражданке", только "ботаником" с оружием в руках. И когда мне приходилось временно командовать то взводом, а как-то даже ротой (потому что настолько не хватало кадровых воинов), то поверьте — воинов под моей командой было немного. Воинов были считанные единицы (хотя действительно случались), а вот солдатами стали все. Потому что война, и надо защищаться. И некогда ждать, пока вырастет достаточное количество воинов.

Воинов нигде и никогда не бывает много. Более того — их обычно и не должно быть много, потому что в мирное время от них больше проблем, чем пользы. По меньшей мере их надо кормить и снаряжать, а если добавим сюда еще и психологические нюансы, то поймем, что избыток воинов — скорее, как говорят в Одессе, гембель, чем преимущество. Проблема в том, что во время большой войны все становится точно наоборот, и воины становятся острым дефицитом, спасителями и надеждой того самого социума, который в мирное время небезосновательно смотрит на них немного искоса.

Существуют две модели решения проблемы. Согласно одной, посполитые должны скидываться на содержание касты воинов, вкладывать в них немалый ресурс, признавать их первенство и превосходство. Зато каста воинов самостоятельно отвечает за безопасность и оборону, а посполитых эти проблемы не касаются, наоборот — они не имеют права совать в них свой крестьянский нос. Замечательная модель, которая, к сожалению, осталась в давно минувших эпохах.

Эпоха самураев осталась в далеком прошлом
Фото: pexels.com

В эпоху тотальных войн между великими нациями и национальными государствами войны давно перестали быть делом воинов, а стали бременем и обязанностью самих посполитых. Это абсолютно логично вытекает как из характера современных войн, где задействованы огромные армии, так и из того факта, что посполитые в большинстве стран давно уже добились равных прав с бывшими аристократами. Равных прав, из которых вытекает равная обязанность.

Воюют ли у нас на фронте настоящие Воины? Да, случаются. Есть определенные специальности, где воюют только или почти только годами обученные профессионалы, например, пилоты Воздушных сил. Есть отдельные добровольческие части, например "Кракен" или "Азов", где культивируется что-то вроде "украинского бусидо". Иногда именно такие Воины играют важную, даже решающую роль в определенных операциях, осуществление которых требует сверхчеловеческих усилий, чрезмерных даже по военным меркам рисков и/или очень незаурядных умений.

Держится ли наш фронт на Воинах? Нет, потому что это статистически невозможно. Абсолютное большинство наших защитников и защитниц — не Воины, а простые посполитые, которым пришлось взять оружие в руки. Это в равной степени касается как добровольцев, так и "мобиков". На самом деле никто, даже абсолютное большинство добровольцев, никогда не хотели идти на эту войну. Это война пришла в нашу жизнь, и вместе с ней пришло понимание необходимости идти воевать.

Кого-то это понимание насущной необходимости привело в огромные очереди в военкоматы в первые часы вторжения, и считается, что они пошли на войну "добровольно". Это добровольно — в смысле, что их никто туда не гнал силой, и не принуждал: никто и ничто, кроме вот только вражеского нашествия, которое заставило испугаться за все то и всех тех, кто и что нам дорого, и выйти на их защиту. Кому-то понадобилась повестка, чтобы окончательно для себя осознать необходимость собственноручно защищать свой дом и своих близких, потому что других на это не хватит, и это называется мобилизация. В обоих случаях это никоим образом не сделало никого из нас Воинами в смысле принадлежности к какой-то особой касте, или к военной профессии.

Нас защищают сотни тысяч не-воинов. Это такие же гражданские, как те, кто сейчас читает эти строки. Вчера все они жили такой же жизнью, как мы все в тылу, и не имели ни особых физических кондиций, которые бы облегчили их переход из гражданской жизни в нечеловеческое фронтовое выживание, ни специальных знаний или умений. Они не родились Воинами, более того — они ими и не стали. Но они стали солдатами, защитниками и защитницами. И это то, что под силу каждому, если хотя бы минимально позволяет здоровье.

Именно они, вчерашние гражданские, не рожденные воинами, вытягивают на себе весь груз этой войны. Это они, "ботаники" и "трактористы" (часто даже не в переносном смысле), выживают в холодных и мокрых окопах под вражеской артой, между обстрелами борются с клопами, мышами и другими нюансами быта, о которых не расскажут в репортажах, а после обстрелов выносят раненых и убитых товарищей и отражают волну за волной атаки вражеской пехоты. Это именно они, нередко дядьки 50+ лет с соответствующей физической кондицией, раз за разом форсируют Днепр и пытаются зацепиться на плацдарме нашей надежды. Это они, шоферы, агрономы, продавцы и сантехники, а не абстрактные Воины Света, ползут по грязи на брюхе через покошенные огнем посадки, чтобы на последних метрах подорваться в полный рост и забежать во вражеские окопы, так метр за метром и посадка за посадкой прогрызая зубами "линию Суровикина". А команды им отдают, так же под вражеским огнем, лейтенанты и капитаны, которых кадровые военные пренебрежительно зовут "пиджаками", — такие же учителя и инженеры, которые когда-то при царе Горохе или генсеке Брежневе формально закончили военные кафедры гражданских вузов, и с тех пор не вспоминали войско и войну ровно так же, как мы все. Они делают это не потому, что лучше других были готовы к этому. Просто они пошли туда, не спрашивая себя, готовы ли — и благодаря этим ни к чему не подготовленным не-воинам мы сейчас в тылу можем читать и писать вот это вот все.

Каждый раз, когда мы называем наших врагов заимствованным у ветерана Первой мировой лейтенанта Толкина словом "орки", возникает соблазн почувствовать себя светозарными эльфами, но нет, мы — не эльфы, мы — хоббиты. Те, кто никогда не грезил войной и величием, не готовился к бою, зато заботился о своем уютном домике, садике и огороде возле него. Наши довоенные амбиции были вполне хоббитовскими — обустроить как можно более комфортную норку, вырастить большие и красивые тыковки и вместе с соседями вести неторопливые разговоры посреди родной долины, где с любовью обработан каждый клочок земли. Какие там Кольца Власти, огненные горы и бездонные пропасти?! Садик, тыквы и трубка с самосадом. Но, как и в сказке лейтенанта Толкина, нашелся кто-то, кто приперся в уютную долину, и именно маленьким хоббитам приходится спасать свои тыковки, а вместе с ними — попутно весь мир от нашествия страшного непобедимого Мордора. Эльфы заняты своими делами и разве, может, иногда подкинут немного копий и стрел, орлы не прилетают из-за страха эскалации Мордора, и, кроме вчерашних мирных огородников, нашествию просто некому противостоять...

Мы — ополчение Хоббитшира, не по собственной воле оторванное от своих тыквенных огородов. И да, именно всем нам, нерожденным Воинами, выпало выдержать эту войну. Других нет, Воины — считанные по пальцам, а нашествие прет бесчисленное.

И именно поэтому каждый из нас здесь, в тылу, кто физически способен держать оружие, ничем не отличается от тех, кто это оружие уже взял и держит. И да, для этого не нужно родиться Воином или вдруг почувствовать в себе дух самурая. Необходимо и достаточно понять неизбежность личного участия в этом смертельном поединке. Не потому, что очень хочется стать эпическим героем, а потому, что просто больше некому это сделать. Там, на фронте, воюют ровно такие же, не рожденные воинами, и их мало, им нужна замена и пополнение.

Наше войско, наше ополчение Хоббитшира, нуждается в еще большем количестве не-воинов, чем сейчас держат фронт. И именно от того, сколько еще найдется тех, кто действительно не родился воином, но готов принять суровую реальность, в которой воюют вовсе не воины, а простые посполитые, зависит победа в этой войне. Она будет или за Мордором, который не спрашивает своих подданных, кто родился воином а кто нет, и сотнями тысяч гонит их на наш Хоббитшир, или же за нами — скромными не-воинами, которые только и мечтают вернуться к выращиванию тыквочек.

И чтобы осталось где выращивать эти тыковки, и главное — кому и для кого их растить, сейчас надо на время оторваться от них и от других неотложных тыловых дел, перестать ждать чуда от несуществующих Воинов Света, и просто стать в ряды — не Воинов, но просто солдат.

Источник