Разделы
Материалы

Крым был, есть и будет на повестке дня, — Юрий Сергеев, постпред Украины при ООН

Юлия Самсонова
Фото: Getty Images

Постоянный представитель Украины при ООН Юрий Сергеев рассказал Фокусу, что украинские дипломаты делают для возврата Крыма, какие миротворцы будут в Донбассе и зачем Украине место в Совбезе

Еще год назад заседания Совета безопасности ООН транслировали ведущие телеканалы, а перед экранами собирались тысячи украинцев в ожидании помощи мирового сообщества. Однако надежды рассеялись быстро: как и в случае со многими другими военными конфликтами, организация подтвердила свою беспомощность. Виной тому — право вето России как постоянного члена Совбеза, которым она воспользовалась бы при любой попытке ООН оказать военную поддержку Киеву. Действенных инструментов помощи в разрешении конфликта в Донбассе у организации по-прежнему нет. Тем не менее в сентябре Украина поборется за право стать непостоянным членом Совета безопасности. И в случае победы на выборах окажется за одним столом со своим врагом — Россией.

Игры вокруг Совбеза

Какова вероятность того, что Украину изберут членом Совбеза ООН на ближайшие два года?

— Свою кандидатуру на членство в Совбезе мы подали 10 лет назад. Избирательный процесс построен на региональном принципе: есть 5 региональных групп. Мы идем от центральноевропейской. Сейчас у нас нет конкурентов, но я не исключаю, что кто-то может подать свою кандидатуру в последний момент. Пока таких намерений у коллег нет. Мы рассчитываем получить более 2/3 голосов — это важно для большей легитимности. К Украине есть симпатия. И не только из-за ее нынешних проблем. Наша страна в ООН уже 70 лет, мы несколько раз были в Совбезе, и у нас очень хорошая репутация.

На сегодняшний день сколько стран готовы отдать нам свой голос?

— Если бы выборы состоялись сегодня, нас бы избрали.

Ведет ли свою игру Россия, чтобы не допустить Украину в Совбез?

— Открыто — нет, потому что у нее отсутствуют аргументы, с помощью которых она могла бы поставить под сомнение наше право быть избранными. Но кулуарно такая работа идет. И построена она, к сожалению, на старом принципе привнесения неправды, сомнений. Но страны — члены ООН уже научились видеть ложь, поэтому наши аргументы сильнее.

Почему РФ заинтересована не допустить Украину в Совбез?

— Я не думаю, что у России аргументы настолько сильны, чтобы нас не допустить. Они работают над тем, чтобы Украина получила меньше поддержки. РФ кулуарно пытается сказать, что мы идем в Совбез не решать глобальные проблемы, а конфликтовать с ней. Но это ложь.

Зачем Украина идет в Совбез, учитывая, что этот орган фактически бессилен?

— Скепсис по поводу ООН и ее дееспособности в Нью-Йорке звучит часто. Да, в вопросах принятия оперативных решений, касающихся мер безопасности в регионах, Совбез, как и в целом ООН, демонстрирует неповоротливость. А в отношении Украины даже растерянность. Как нам быть с продвижением в орган, который фактически парализован? Хлопнуть дверью, как одна из стран, которая отказалась от места в Совбезе, протестуя против того, что он не был эффективен в принятии решений относительно ситуации в Сирии? Я убежден, что нам так делать не стоит. Конечно, ООН переживает не лучшие времена. Но подумайте: родители в здравом уме бросят ребенка, когда он находится в сложном положении? Думаю, нет. Тогда риторический вопрос: может ли Украина отмахнуться от организации, которую она создавала в 1945 году и фактически является одним из ее "родителей"? Наверное, это было бы неправильно. Остается вопрос: что делать? Мы должны помочь адаптировать ООН к требованиям современности. Без реформ в Совбезе, без реформ в Генассамблее будет сложно решать и наши проблемы, и проблемы глобального порядка.

"Россия кулуарно пытается сказать, что мы идем в Совбез не решать глобальные проблемы, а конфликтовать с ней. Но это ложь"

Юрий Сергеев о попытках России помешать избранию Украины членом Совбеза

Вы рассчитываете, что в ближайшие годы Совбез будет реформирован, после чего сможет принять какие-то действенные решения для помощи Украине?

— В принципе, да. Если категорично ставить вопрос, что нам даст членство в Совбезе, сможем ли мы решить свои проблемы, я вам честно отвечу: просто членство нам ничем не поможет. Как не поможет и решению конфликтов, которые длятся уже не одно десятилетие. Очевидно, что мы растоптали базу организации — ее устав. Один из тех, кто принял в этом непосредственное участие, — постоянный член Совбеза. Теперь перед нами стоит задача выработать механизмы, которые привлекали бы нарушителей к ответственности. Особенно если речь идет о постоянных членах. Принципы исключения из ООН содержатся в уставе, но они прописаны таким образом, что постоянного члена Совбеза исключить за нарушение практически невозможно. Механизм нужно менять, и это будет нашим главным приоритетом.

Какой вариант реформирования Совбеза вам кажется наиболее приемлемым?

— На мой взгляд, наиболее реалистично предложение Франции, которая как носитель права вето хочет, чтобы все постоянные члены Совбеза согласились на неприменение права вето в условиях угрозы миру и безопасности, в условиях массового нарушения прав людей. Это более реалистично, чем ликвидировать право вето, потому что тогда его придется чем-то заменять. И если заменять консенсусом — все получат такое же право вето и станет только хуже. Конечно, нужно продвигаться к варианту, когда будут голосовать все члены Совета безопасности. Но пока это невозможно.

Кроме Франции такой вариант кто-то поддерживает?

— Да, дискуссии идут по 2–3 раза в неделю, многие государства — африканские, страны третьего мира поддерживают эту инициативу. Но главное, чтобы сами постоянные члены Совбеза понимали ее важность.

Операция "Крым"

Что Украина может сделать для возврата Крыма, находясь в Совбезе?

— В апреле прошлого года после аннексии Крыма на одном из заседаний Совбеза российская делегация заявила, что Крым должен быть снят с повестки дня, потому что это уже территория России, которая законно присоединена по желанию местного населения. Наша первая реакция была такой: Крым был, есть и будет на повестке дня до тех пор, пока эта территория не перейдет в состав Украины, пока изгнанные оттуда жители, включая крымских татар, не вернутся домой и пока не понесут ответственность люди, которые стояли за аннексией, агрессией и оккупацией. Мы поставили себе задачу, чтобы тема Крыма звучала постоянно. Недавно мы распространили документ обо всех последовательных действиях агрессора, о третьей по счету депортации крымских татар. Недавно у нас была конференция на эту тему с участием Рефата Чубарова. Поэтому вопрос Крыма из зала Генассамблеи ООН никогда не уйдет, у коллег есть понимание, что недопустимо так нагло отбирать территорию. К тому же нас поддерживают страны, которые тоже живут под угрозой расчленения. В такой ситуации сейчас находится Мали. И вообще почти вся Африка на нашей стороне.

"Крым был, есть и будет на повестке дня до тех пор, пока эта территория не перейдет в состав Украины, пока изгнанные оттуда жители, включая крымских татар, не вернутся домой"

Использует ли Россия в качестве аргумента перехода Крыма в состав РФ высокий уровень поддержки этого решения населением полуострова?

— Да, но доверие к этим аргументам очень невелико. У всех на слуху риторика, с помощью которой в марте прошлого года российская делегация пыталась доказать законность референдума в Крыму. И это несмотря на явные подтасовки и то, что он проходил под дулами автоматов. Потом то же самое случилось в Донбассе. К тому же мониторинговая миссия верховного комиссара по правам человека приводит данные, прямо противоположные утверждениям российской стороны. Люди оказались в ужасающей ситуации, количество беженцев и внутренне перемещенных лиц растет. А это говорит о том, что не все так однозначно, как показывает статистика РФ. Тут явная подтасовка.

Каковы шансы, что крымский вопрос затянется так же надолго, как это случилось с Северным Кипром?

— Ситуация, с одной стороны, похожая, с другой — нет. У кипрской проблемы есть своя историческая подоплека, так что прямых параллелей я бы не проводил. Мы надеемся, что кипрско-турецкая и кипрско-греческая общины наконец договорятся — уже виден свет в конце тоннеля. В итоге должно образоваться унитарное государство — двуобщинный Кипр. Этот пример реинтеграции будет нам полезен.

Миротворцы на подходе

В одном из недавних интервью вы говорили, что полицейская миссия ЕС может прибыть в Украину и без мандата ООН. Были ли в истории такие прецеденты?

— Да, я повторил то, что сказал наш посол при ЕС. Действительно, для того чтобы Евросоюз мог принимать решения об оказании помощи, не надо обращаться в ООН. ЕС — это самодостаточная организация. С другой стороны, для получения большей легитимности и политической поддержки ЕС может обращаться в ООН. Примеры есть разные. Из последних — посмотрите, что происходило в Мали, когда ситуация зашла в тупик. Франция предоставила свои возможности, вооруженные отряды этой страны участвовали в разрешении конфликта. И только потом было обращение за получением мандата ООН. Не забывайте, что Украина, приглашая к себе страну или несколько стран, может апеллировать к ст. 51 устава о коллективной обороне. Страна, которая не справляется с военной агрессией или терроризмом, может обращаться к кому угодно, информируя Совбез о таком решении. Механизмы и варианты есть. Я много раз приводил пример Йемена, который приглашал страны Персидского залива для оказания военной помощи.

"Может ли Украина отмахнуться от организации, которую она создавала в 1945 году и фактически является одним из ее "родителей"? Наверное, это было бы неправильно"

Юрий Сергеев о попытках реформировать ООН

Украина отказалась от идеи приглашения миротворческого контингента ООН в Донбасс из-за того, что Россия такое решение однозначно заблокирует в Совбезе?

— Нет, мы не отказывались. Письмо президента есть, оно в работе. Хочу уточнить, что мы обратились с просьбой о начале операции по поддержанию мира и национальной безопасности в поддержку минских соглашений, попросили Генсекретаря провести по этому поводу консультации и оказать содействие. Пан Ги Мун был на мероприятиях, посвященных Второй мировой войне, и он предложил открыть в Украине офис ООН по поддержке минских соглашений. Этот офис будет поддерживать ОБСЕ в тех моментах, где у организации нет достаточного опыта или возможностей. Сейчас идут консультации о мандате, наполнении такого офиса. Когда дело дойдет до разминирования — будут задействованы специальные подразделения, дойдет до разоружения (а это придется делать, поскольку территория завалена оружием), приедут эксперты, которые знают, как это делать, и проводили подобные операции в африканских странах. У ОБСЕ такого опыта, конечно, нет, точно так же, как у ОБСЕ нет опыта по реинтеграции территорий.

Какая сейчас позиция России по этому вопросу?

— Судя по тому, что заявляют руководители российского МИДа, противоречивая. То они высказывают сомнения, то поддерживают, то против. Неясно, как они отнесутся к последней инициативе Пан Ги Муна об открытии офиса поддержки. Для этого проводятся консультации членов Совбеза с Генсекретарем. Я не думаю, что РФ найдет какие-то аргументы против офиса поддержки, потому что это офис в поддержку того, с чем Россия согласилась, а именно: минских соглашений и миссии ОБСЕ.

Уже началась подготовка к выборам нового Генсекретаря ООН. Есть ли вероятность, что им станет кандидат, который "с пониманием" относится к политике Москвы, как об этом пишут российские СМИ?

— То, что пишут российские СМИ, вероятно, звучит для внутреннего успокоения и самоутверждения. Выборы Генсекретаря — сложный процесс. Региональная группа, к которой мы принадлежим, полагает, что настала очередь наших стран выдвигать кандидатов — их уже 8 или 9. Есть также предложения от Латинской Америки, западной, восточной группы. В любом случае, выбирать будут Генсекретаря, а не того, кто с пониманием относится к чему-то. Для того чтобы защищать позицию России как агрессора, необходимо изначально пренебрегать принципами всей организации.