Никакого конфликта с Саакашвили у меня нет, — Роман Насиров

Фото: пресс-служба ГФС
Фото: пресс-служба ГФС

Глава Государственной фискальной службы Роман Насиров рассказал Фокусу о том, почему считает незаслуженной критику в свой адрес, что изменил в своём ведомстве и как собирается превратить ГФС из карательного органа в сервисный 

Роман Насиров — второй инвестиционный банкир в кресле руководителя Государственной фискальной службы. Его предшественник Игорь Билоус, также некогда работавший в инвесткомпании "Ренессанс Капитал", реформировать фискальную службу не успел, а его работа закончилась расследованием коррупции в высших эшелонах ГФС и добровольной отставкой.

Назвать Насирова новым человеком в системе сложно. В 2013–2014 годах он успел поработать замглавы Государственной продовольственной зерновой корпорации Украины, а после Майдана прошёл в парламент и уже в роли народного депутата от БПП возглавлял налоговый комитет Верховной Рады. Наверное, поэтому его назначение главой ГФС в мае 2015 года бизнес воспринял неоднозначно.

В октябре офис украинского бизнес-омбудсмена Альгирдаса Шеметы опубликовал антирейтинг госорганов по количеству жалоб со стороны предпринимателей. С большим отрывом первое место заняла именно фискальная служба. В беседах с Фокусом бизнесмены и представители профильных ассоциаций также не жалуют ГФС. Говорят, что после Майдана методы работы налоговиков так и не изменились.

Кто он

Глава Государственной фискальной службы

Почему он

Должен реформировать орган, к которому у бизнеса наибольшее количество претензий

Чего ждут от Насирова? Прежде всего тотального обновления кадров в ГФС. Ведь разработкой налоговой реформы, по сути, занимался Минфин, и все камни в случае чего полетят именно в его сторону. А ГФС до вступления в силу новых положений Налогового кодекса в 2016 году нужно успеть расчистить свои ряды. Формальный размер налоговых ставок вторичен — гораздо важнее, кто займётся администрированием налогов.

Впрочем, не факт, что Насиров успеет провести кадровую революцию в ГФС. За день до публикации интервью в Минюсте заявили, что глава фискальной службы срывает сроки проведения люстрации в своём ведомстве, и это может быть основанием для его увольнения.

Старые и новые

Премьер Арсений Яценюк заявил, что вы затягиваете кадровое обновление в ГФС. Почему вы это делаете?

— Премьер ставит нам задачи и контролирует ход реформы в ГФС, так как ожидания от нашего ведомства у общества очень большие. Что касается обновления кадрового состава, то за 4–5 месяцев мы полностью поменяли функционал и штатное расписание центрального аппарата, приведя его в соответствие с европейскими стандартами. Реорганизовываем региональные подразделения, количество которых уменьшится практически вдвое — до 160. Более полутора тысяч человек, не соответствовавших нашим требованиям, и тех, кто прямо или косвенно был замешан в коррупционных схемах, уже были уволены из ГФС. Мы сменили около 600 руководителей и их замов как в центральном аппарате, так и в региональных инспекциях. То есть это в среднем по пять-семь назначений в день, с большинством людей я лично общался.

Вы непублично проводите отбор. Как оцениваете качество новых людей?

— С начала октября мы стали заполнять новую структуру центрального аппарата. Это две тысячи работников. Скоро начинаем набор в офис крупных налогоплательщиков. Это ещё порядка двух тысяч человек. Все кандидаты пройдут тестирование и психологический отбор, подобный тому, который проводят в новой патрульной полиции. По особо рисковым позициям будем применять полиграф. В ближайшие месяцы сформируем команду из профессионалов, не замеченных в коррупции.

Вашим советником успел побывать Геннадий Романенко, который, по сообщениям СМИ, оказался кумом экс-главы таможни Игоря Калетника. Не находите, что такое сотрудничество идёт вразрез с вашими словами?

— Я и сейчас не знаю, является Геннадий Романенко кумом Калетника или нет. Меня, честно говоря, это меньше всего волновало, когда брал его в советники. И в целом я противник того, чтобы на людей вешали ярлыки. При том же Калетнике на таможне 10 тыс. человек работало. Это что значит, что они все профнепригодны? Сейчас многие говорят, что если ты был на госслужбе раньше, то твоя репутация запятнана, что 90% госслужащих — коррупционеры. Но это же не так. С таким соотношением я точно не согласен.

Новые люди, которых вы набираете, будут работать за зарплату в две-три тысячи гривен?

— До конца года мы приблизительно на 20% сократим штат ГФС. Сейчас у нас работает более 50 тыс. человек. Сокращение освободит ресурс, необходимый для повышения зарплат новым специалистам. В частности, мы используем его для того, чтобы привлечь квалифицированных аналитиков и аудиторов из коммерческих структур в офис крупных налогоплательщиков. В нём будет обслуживаться 2500 компаний, которые формируют две трети доходов госбюджета, и мы хотели бы значительно улучшить качество коммуникации с ними. Да, зарплаты у специалистов офиса будут не суперконкурентными, но уже гораздо более приближёнными к рыночному уровню. Точно выше 10 тыс. грн.

Таможенные интриги

Одесскую таможню возглавила 26-летняя активистка Юлия Марушевская, креатура Михаила Саакашвили, с которым у вас конфликт. Вас устраивает эта кандидатура?

— Если бы она меня не устраивала, я бы не подписал назначение. Да, ГФС — это очень специфическое ведомство, где зачастую нужны узкопрофильные специалисты. И здесь даже опытный юрист или аудитор за один день во все тонкости работы не вникнет. Но к реформированию ведомства нужно подходить творчески. Единственно правильного рецепта здесь нет. В случае с Марушевской меня устраивает, что ответственность за это назначение со мной разделит Одесская обладминистрация. И я рассчитываю, что в этом регионе мы также сможем эффективно взаимодействовать с прокуратурой и милицией, чтобы побороть коррупцию и контрабанду. Так что это не будет борьба одного человека с системой.

И, кстати, никакого конфликта с Саакашвили у меня нет. По крайней мере, с моей стороны я этого не вижу. Есть диалог, который начался с момента назначения Саакашвили губернатором и продолжается до сих пор. Он может хвалить и критиковать меня, но я считаю, что мы оба хотим одного и того же — реформ.

После того как вы со скандалом уволили из ГФС своего зама по таможне Константина Ликарчука, это место уже второй месяц вакантно. Когда представите нового человека?

— Перед таможней стоят амбициозные задачи: борьба с коррупцией и контрабандой, увеличение платежей. У Ликарчука не получилось справиться с ними. Возможно, это не совсем та должность и профессия, которая подходит Константину. Я думаю, что с новым замом по таможне мы определимся максимум к середине ноября. Это будет человек не из системы, со знанием европейских подходов и стандартов. У меня есть несколько кандидатов на эту должность. Пока скажу одно: очень возможно, что таможню возглавит иностранец.

Говорят о возможности передачи таможни во внешнее управление. Поддерживаете эту идею?

— Полный аутсорсинг никогда не обсуждался. Было предложение привлечь к реформированию компанию с мировым именем, которая реализовывала такие проекты в других странах. Ведь проблемы определения таможенной стоимости и борьбы с контрабандой существуют не только в Украине. В той или иной степени они есть в разных странах. И я позитивно смотрю на идею привлечь к консультированию компанию с таким опытом. Сейчас мы ждём предложений от двух компаний и до конца месяца кого-то выберем.

"Все кандидаты пройдут тестирование и психологический отбор, подобный тому, который проводят в новой патрульной полиции. По рисковым позициям будем применять полиграф"


Роман Насиров 
о внедрении нового принципа подбора персонала в ГФС
Роман Насиров  о внедрении нового принципа подбора персонала в ГФС

Лондон, прощай

В СМИ появилась информация о двух ваших квартирах в Лондоне, не отражённых в декларации о доходах. У вас есть недвижимость в Англии?

— Думаю, что это атака со стороны нелегального бизнеса. Я долгое время учился и работал в Лондоне. Жил по тем адресам, которые были указаны в СМИ и которые были официально зарегистрированы как место моей временной прописки в украинском посольстве. Моя декларация была заполнена по украинскому закону: в неё внесены активы, которыми я владею, и нет активов, которые моими не являются. Если я вдруг приобрету недвижимость в Нью-Йорке или Париже, я обязательно их задекларирую. Если посмотрите мои декларации за последние 5–7 лет, то увидите, что я платил большие налоги со своей зарплаты. В последней декларации у меня указан доход в 5 млн грн. Хотя сама по себе форма декларации о доходах в Украине абсурдна. К примеру, сейчас там не указываются наличные деньги, а только деньги в банках. С 2016 года будет действовать новая форма декларации, разработанная Антикоррупционным комитетом, и она даст более полную картину. Обещаю, что укажу все ценные картины, статуэтки и монеты, которыми буду владеть на тот момент.

Народный депутат Игорь Котвицкий дополнил декларацию о доходах за предыдущий год, добавив в неё почти миллиард гривен на банковском счету. ГФС интересовалась, как можно забыть указать такую сумму?

— Я поручил департаменту доходов и сборов физлиц проверять все такие факты. В том, что человек внёс изменения в декларацию, ещё нет ничего преступного. В той же Англии богатые люди тоже это делают. Вопрос тут лишь в источнике этого дохода и в том, были ли с него уплачены налоги.

Государственная компания "Укр­нафта", де-факто контролируемая Игорем Коломойским, задолжала бюджету 9,4 млрд грн. Как вы планируете вернуть этот долг?

— В августе мы подписали с Укр­нафтой соглашение о реструктуризации долга. Компания даже начала платить, но не потянула условия, и уже в октябре договор о рассрочке был разорван. Сейчас в компании назначен новый руководитель, он пока разбирается с текучкой, но мы уже ведём с ним диалог. Ждём предложения, в противном случае запустим судебное разбирательство. Мы взяли в налоговый залог достаточно активов и будем требовать их взыскания.

У многих олигархов — Константина Жеваго, Дмитрия Фирташа, Рината Ахметова — сейчас дела в бизнесе идут не лучшим образом. Как платят налоги их предприятия?

— У предприятий Жеваго налогового долга нет. У некоторых предприятий Ахметова была задолженность, которую они реструктуризировали и погашают. Некоторые платежи выпадают из графика, но не критично, задержки связаны с цикличностью бизнеса. У Фирташа есть долг по предприятиям, находящимся в зоне АТО. Но каждый случай особенный, мы рассматриваем их по отдельности.

Более
10 тыс. грн

Насиров хочет платить своим сотрудникам в офисе крупных налогопла­тельщиков

Бои местного значения

В ваш адрес звучит много замечаний. И от Арсения Яценюка, и от Михаила Саакашвили, и со стороны бизнеса. Вы сами довольны результатами своей работы?

— О качестве работы вы можете судить по цифрам. Начиная с августа уплата внутреннего НДС, основного налога для бюджета, выросла на 28%. Если раньше ежемесячно мы собирали по 7–7,5 млрд грн внутреннего НДС, то сейчас на уровне 9,5–9,7 млрд грн. Это увеличение произошло за счёт зачистки "налоговых ям". Конечно, так называемые партизаны ещё остаются, но мы выявляем их за один-два месяца и снимаем фиктивно сформированный налоговый кредит.

В целом мы проанализировали показатели ГФС за последние пять месяцев и подсчитали, что экономический эффект от проделанной работы составил 30 млрд грн. Эта цифра прежде всего включает в себя перевыполнение плана по доходам бюджета, что позволило провести индексацию зарплат и пенсий. Я называл Минфину сумму в 24 млрд грн как ориентир дополнительных поступлений сверх плана, и именно эти средства пойдут на повышение соцстандартов. Кроме того, мы снизили задолженность государства перед бизнесом. С июня стабильно возвращаем переплаты налога на прибыль, и общий долг уже сократился с 30 до 24 млрд грн.

Не знаю, можно ли считать поступления в госбюджет сверх плана большим успехом. Тут, с одной стороны, инфляция помогла, с другой — бизнес всё так же жалуется на "карательные операции" ГФС.

— Никакого давления на бизнес сейчас нет. Наполнение бюджета — это не кара, а обязанность каждого честно работающего бизнесмена. Функция же фискальной службы — администрирование налогов и контроль над соблюдением налогового и таможенного законодательства. Всё давление заключается в том, что мы заставляем бизнес платить те налоги, которые они должны платить. Иностранные компании, как правило, делают это дисциплинированно. А многие украинские предприниматели занимаются оптимизацией. Наша задача сделать так, чтобы все бизнесмены были в равных условиях.

"У предприятий Жеваго налогового долга нет. У некоторых предприятий Ахметова была задолженность, которую они реструктуризировали. У Фирташа есть долг по предприятиям в зоне АТО. Каждый случай мы рассматриваем по отдельности"


Роман Насиров
о дисциплинированных украинских олигархах
Роман Насиров о дисциплинированных украинских олигархах

Будете целенаправленно бороться с единщиками, которые за упрощённой системой налогообложения скрывают многомиллионные доходы?

— Этот вопрос был поднят в ходе обсуждения налоговой реформы. Лично я считаю, что система упрощённого налогообложения должна быть сохранена, но только для малого бизнеса. В моём понимании единщиком должен быть предприниматель с 2–3 наёмными работниками. А сейчас её используют все, начиная от ресторанов в центре Киева, заканчивая сетями продуктовых магазинов. Есть супермаркеты, которые якобы сдают в аренду помещение 150 единщикам, хотя понятно, что выгодоприобретатель везде один. Это прямой уход от налогообложения, когда бизнес пользуется квазидырками в законодательстве. У многих предпринимателей-упрощенцев рентабельность на уровне 50%, в бюджет они платят всего 30–40 тыс. грн в год. При том что на общей системе уплатили бы только лишь налог на прибыль 2–2,5 млн грн. С одной стороны, единщиков третьей группы не так много, но они расшатывают всю систему. Это тонкий психологический момент: если у кого-то есть инструмент для оптимизации налогов, другие тоже начнут искать пути уклонения. И найдут альтернативные схемы, побороть которые ещё сложнее. Налоговая реформа должна частично решить эту проблему. В предложенной Минфином концепции для единщиков уменьшён лимит операций с 20 до 2 млн грн. Мы рассчитываем, что это выведет часть бизнеса из полулегальных схем.

Вы говорите, что побороли налоговые ямы, а Минэкономразвития в это же время рапортует о росте теневой экономики до 60–70%. Как эти два утверждения сочетаются?

— У меня хорошие отношения с Айварасом (Айварас Абромавичус, министр экономического развития и торговли. — Фокус) и его замами. Но я нигде не видел аналитического доклада об уровне теневой экономики с детальными расчётами. Поэтому к цифре 70% у меня есть претензии, мне кажется, что она взята с потолка и в действительности должна быть намного меньше. Для того чтобы подтвердить или опровергнуть эти данные, нужно провести полноценный tax gap report по международным стандартам.

Какие три главные задачи стоят перед вами сейчас?

— Реформы, реформы и ещё раз реформы. Но если говорить о тактических шагах, то это перезапуск офиса крупных налогоплательщиков, реорганизация таможни и превращение ГФС в сервисную службу.

Критика не демотивирует?

— Нет, не испытываю никакого психологического дискомфорта. Более того, у меня появляется ещё большее желание довести начатое до конца и полноценно реформировать ГФС. Частично мы зависим от внешних факторов, к примеру, от скорости принятия изменений в Налоговый кодекс. Но у нас есть план реформы ГФС, согласованный с МВФ и рассчитанный на 2 года, и первые пять месяцев мы прошли в графике. Ожидания растут, хотя я смотрю на это позитивно. Есть к чему тянуться.