Украина против России. Поможет ли Гаага наказать Путина

Гаага, суд, МУС
Фото: Getty Images | Международный уголовный суд в Гааге

Международный уголовный суд окончил расследование ситуации в Украине, указав на военные преступления и преступления против человечности со стороны РФ. Но некоторые эксперты уверены: на скамье подсудимых могут оказаться и украинские военнослужащие.

Новость о том, что Гаага будет расследовать ситуацию в Украине, многие эксперты представили как нашу победу. На самом деле, так и есть – Украина в лице Международного уголовного суда обрела некого внешнего арбитра, способного сказать, что происходит в Крыму и на Донбассе с 2014 года. И в первую очередь, при участии граждан РФ. Украинская сторона передала прокурорам десятки фамилий людей, которых считает причастных к насильственной паспортизации в Крыму, переселению российских граждан на полуостров, руководству военными операциями на Донбассе. И даже если Россия на все вопросы будет отвечать традиционно: «нас там нет» или «все вы врете», на слово ей никто не поверит.

Почему Гаага?

Международный уголовный суд – это специальная инстанция, созданная в 2000 году, для рассмотрения самых серьезных правонарушений человечества, таких как геноцид, военные преступления и преступления против человечности. Его основателями стали 139 стран мира – большинство государств Америки и Африки, вся Западная и Восточная Европа подписали Римский статут. В том числе и Украина. Но в отличие от большинства стран наша не спешила ратифицировать указанный документ, а значит – официально признавать юрисдикцию МУС и разрешать автоматически расследовать интересующие эпизоды, совершенные на территории Украины. Причина – политическая ситуации. В начале 2000-х президентом страны был Леонид Кучма, а в его времена исчез журналист Георгий Гонгадзе, появились пленки майора Мельниченко. Украина опасалась, что эти эпизоды могут заинтересовать Гаагу. Чтобы обезопасить себя от международного расследования, Кучма даже обратился в Конституционный суд с представлением о неконституционности Римского статута. И тот нашел формальную причину, мол, правосудие в Украине осуществляется только украинскими судами, делегировать полномочия другим органам нельзя.

После расстрелов Небесной Сотни на Майдане, оккупации Крыма и начала войны на Донбассе Украина вспомнила о гаагском механизме правосудия. И все потому, что в 2014-м стало очевидно: Украина силами своих правоохранительных органов и судов не сможет выяснить всю правду об агрессии России и привлечь ее отдельных представителей к ответственности.

Чтобы украинские эпизоды попали в Гаагу, парламенту пришлось вернуться к вопросу ратификации Римского статута. Сначала Украина пообещала ратифицировать его, подписывая Соглашение об ассоциации с ЕС. Затем, и парламент, внеся изменения в Конституцию, признал юрисдикцию МУС. Оставался последний шаг – ратификация. Но депутаты отложили ее на три года – до конца июня 2019-го. С того времени прошло полтора года, а Украина все еще не присоединилась к кругу государств-подписантов. Почему – четкого объяснения нет. Но об этом чуть позже.

Впрочем, не ратификация статута не помешала Украине ad hoc (в виде исключении) признать юрисдикцию МУС. В 2014 году Верховная Рада подала в МУС два обращения. Первое касалась событий в Украине во время Революции Достоинства с 21 ноября 2013 года по 22 февраля 2014. Второе – военных преступлениях, совершенных высшими должностными лицами Российской Федерации и руководителями террористических организаций «ДНР» и «ЛНР» в период с 20 февраля 2014-го и доныне. Это означает, что Украина не просто дала юридическое право расследовать преступления против человечности и военные преступления, совершенные на территории нашего государства, но и обязалась сотрудничать с судом и выполнять его решения.

Прокурорская проверка

И Гаага приняла обращение Украины – прокуроры МУС начали предварительное расследование. Эксперты работали с информацией, полученной от представителей государственных и правоохранительных органов, международных организаций, в частности ООН и ОБСЕ. А еще фактами и свидетельствами, собранными украинскими правозащитниками. Кроме того, прокуроры МУС приезжали в Украину с миссией раз в год.

На такие встречи каждый год была приглашена украинская юристка-международница, директор Ukrainian Legal Advisory Group Надежда Волкова. Она говорит, что спустя шесть лет прокуроры определились: события в Украине попадают под юрисдикцию МУС, а Украина исчерпала все досудебные инструменты урегулирования ситуации, обращаясь к РФ, поэтому надо задействовать международные инструменты.

«Следующий этап – полномасштабное расследование прокуратуры МУС», – указывает она и отмечает: чтобы его проводить в отношении страны, которая не ратифицировала Римский устав, необходимо получать разрешение Палаты предварительного производства МУС. Она должна проверить правильность решения прокурора.

Гаага, суд, МУС, Украина, Россия
Суд расследует деяния физических лиц, а это могут быть как граждане Украины, так и граждане РФ.
Фото: Getty Images

«Стопроцентной гарантии, что палата поддержит решение прокурора, нет, но, думаю, это произойдет, – говорит Волкова и намекает на возможное политическое влияние со стороны России. – Например, в вопросе преступлений, совершенных талибами, афганскими военными и американскими солдатами в Афганистане, палата сказала, что расследование – не интересах правосудия. Правда, потом прокурор подавал апелляцию и выиграл ее. Очевидно, что все это время и МУС и прокуратура находились под давлением – персонал суда и лично прокурор МУС, члены ее семьи попали в санкционный список США» Кстати, еще в 2002-м США отозвали свою подпись под Римским статутом, страна как участник военных действий на территории других государств, хочет так защитить своих военных. Другое дело, что вскоре США, вероятно, смогли повлиять на решение Афганистана попросить приостановить расследование – теперь страна хочет своими силами попробовать провести расследование.

Наказать Путина

Во время расследования ситуации в Украине, как, впрочем, и любого другого государства, МУС не станет говорить, что произошел акт вооруженной агрессии одного государства на территории другого, а лишь укажет на конкретные преступления против человечности и военные преступления. Таки как убийства, взятие в заложники, похищения, насильственные переселения людей, пытки, преследования по этническим, культурным или религиозным признакам. И определит круг причастных к ним лиц. Специфика суда в том, что он расследует деяния физических лиц. А это могут быть как граждане Украины, так и граждане РФ.

Надо сказать, что Россия как и Украина в свое время подписала Римский статут, но не ратифицировала его. Уже после начала войны в Украине и операций в Сирии вообще отозвала свою подпись, тем самым указав, что в любом случае сотрудничать с МУС не будет. Более того, 8 декабря 2020-го, как раз накануне окончания расследования по Украине, президент России Владимир Путин подписал закон о приоритете российской Конституции над международными соглашениями и решениями межгосударственных органов.

Отказ России сотрудничать существенным образом не повлияет на расследование МУС, уверены эксперты. Во-первых, отказ – это тоже позиция. Во-вторых, вся доказательная база находится на территории Украины, и вопрос в ее сборе. Представители прокуратуры МУС будут обращаться за материалами в украинские следственные органы, собирать показания свидетелей и жертв.

В любом случае международный суд не сможет рассматривать все эпизоды конфликта на территории Украины. По словам, юристов, это будет максимум три таких. Например, если говорить о Крыме, то речь вполне может пойти о насильственном перемещении людей с территории РФ на полуостров, принудительной паспортизация или исчезновение людей. Из всех событий на Донбассе МУС может заинтересовать Иловайск. «Этот эпизод хорош тем, что сразу выводит на наивысшее руководство России. В деле фигурируют граждане РФ, которые отдавали приказы», – говорит Волкова. 

Финалом таких действий должны стать ордеры на арест конкретных лиц. Действует принцип территориальности – если гражданин РФ совершил преступление на территории Украины, которая обратилась за помощью в МУС, то он может стать субъектом ответственности в Гааге, даже несмотря на то, что РФ не ратифицировала Римский статут и не признает юрисдикцию МУС. И среди таких вполне могут оказаться не просто граждане РФ, а высшее политическое руководство РФ. Суд не обращает внимания на статус – подозреваемыми не раз становились президенты и премьеры, в том числе действующие. И если, например, Россия будет отказываться выдавать своих, то МУС все равно найдет способ доставить подозреваемых в Гаагу. Суд – коллективный орган 123 стран-участниц, которые могут арестовать счета, а в случае выезда подозреваемого на территории какой-либо из них он автоматически попадает под арест. Исключение – только для президента РФ Владимира Путина, у него иммунитет до тех пор, пока он не покинет свой пост.

Но оглашение любых фамилий ТОП-чиновников РФ – это еще удар по ее имиджу в мире. Результаты работы МУС осложнят международную, в частности, внешнеэкономическую деятельность России, а также откроют возможности для введения санкций.

Сомнения в эффективности

Но вернемся к вопросу причин нератификации Римского статута. Сегодня Украина, как когда-то и США, некоторые эксперты, да и чиновники боятся, что на скамье подсудимых окажутся украинские военнослужащие.

Например, экс-нардеп Игорь Луценко говорит, что из всех участников войны на Донбассе только украинские военные будут реально доступны гаагскому правосудию. «Кем будет заниматься МУС реально? Правильно, нами. А что именно будет интересовать МУС — почитайте отчеты различных организаций, занимающихся правами человека в Донбассе. Там большая и лучшая часть – это о «преступлениях» украинской стороны, о взятии заложников, обстрелах», – говорит он. Об этом же говорит и юрист и волонтер Геннадий Друзенко. Он замечает, что «боевики и в дальнейшем спокойно смогут жить на территории РФ или «ЛДНР», а украинских добровольцев их родина будет вынуждена выдать Гааге, как Косово недавно вынуждено было выдать МУС своего бывшего президента Хашима Тачи, хоть и имевшего среди косоваров статус героя войны, однако подозреваемого гаагским трибуналом в совершении военных преступлений».

Такие замечания называет «эмоциональными» еще один юрист-международник, а ныне представитель президента в АР Крым Антон Кориневич. «На мой взгляд, это больше похоже на спекуляции на теме Гааги, – говорит он. – Когда МУС начнет полноценное расследование и потом перейдет к выдаче ордеров на арест, то я не думаю, что будут массовые случаи, скорее МУС будет заинтересован в делах представителей оккупационных администраций и вооруженных групп, подконтрольных РФ, до которых объективно не может дотянуться украинское правосудие». Историями в отношении своих граждан Украина должна заниматься сама – ничего не мешает украинской правовой системе обеспечить независимое расследование и привлечь отдельных фигурантов к ответственности. Например, как это произошло в случае бойцов спецроты МВД «Торнадо», которых осудили за преступления на востоке.

Интересная деталь, которая говорит о том, что Украина на самом деле сама не может определиться, а значит – предусмотреть реальные последствия, это заявления на международной арене о вооруженной агрессии РФ и международном конфликте в то время как наши правоохранительные органы ведут себя так, как будто у нас внутренний конфликт.

МУС, Гаага, Украина, Россия
Если Россия будет отказываться выдавать своих, то МУС все равно найдет способ доставить подозреваемых в Гаагу.

«Служба безопасности Украины квалифицирует большинство преступлений, совершенных на востоке, по статье 258 – терроризме. А это квалификация используется во время немеждународного вооруженного конфликта. А потом удивляемся, почему МУС говорит о двух параллельных – внутреннем и международном. Так он смотрит на действия Украины», – замечает надежда Волкова. А между тем в украинском уголовном кодексе существует две статьи, нарушения которых свидетельствуют о международном характере преступлений: 437-я – «планирование, подготовка, развязывание и ведение агрессивной войны» и 438-я – «нарушение законов и обычаев войны».

Временные рамки

Сколько должно пройти времени от окончания расследования до оглашения приговоров – неизвестно. Только переход на стадию расследования может длиться до шести месяцев, а расследование и суд – года.

Задержки могут быть связаны с внутренними проблемами в МУС. Во-первых, у нынешнего прокурора МУС, представительницы Гамбии Фату Бенсуды, оканчивается девятилетний срок полномочий. Поэтому она старалась окончить предварительные расследования по ситуации в нескольких странах – Нигерии, Ираке, Палестине, в том числе и Украине. В декабре этого года страны-участницы Римского устава должны были выбрать нового генерального прокурора. Но из-за отсутствия единого мнения большинства этого не случилось – у кого-то из кандидатов не хватает опыта или квалификации, где-то играют роль политические нюансы. Следующая попытка будет в феврале. А это означает, что решение Палаты предварительного производства МУС ранее не появится. Во-вторых, у суда ныне ограниченные ресурсы для работы. Бюджет МУС на 2021 год не утвержден. Кроме того уже несколько лет он не увеличивается (каждая из стран, которые ратифицировали Римский устав платит контрибуции, размер которых зависит от внутреннего валового продукта, в случае Украины – это было бы всего около 200 тысяч евро в год). А это означает, что имеющиеся ресурсы они должны распределить не только на тринадцать расследований, как ранее, а пятнадцать, если учитывать Украину и Нигерию. И приоритетными могут стать только перспективные.

«Но не так важно, когда именно будут выписаны ордеры на арест и прозвучат приговоры, как то, что это вообще может теперь произойти, – уверена юрист Волкова. – Для Украины это шанс добиться правосудия и справедливости в этом вооруженном конфликте, которого нам никто другой не даст».

Что же касается ратификации Римского статута, то его одобрение, в условиях когда Украина уже признала юрисдикцию МУС в вопросе войны на Донбассе и оккупации Крыма, позволило бы представителям нашей страны присутствовать в Гааге как участник процесса – принимать участие в выборе прокурора и спрашивать о результатах расследования, тем самым ускоряя его.