Негосударственная граница. Дорога в Крым напоминает бег с препятствиями

Фото из личных архивов
Фото из личных архивов

Спустя полгода после предыдущего визита отправившись на полуостров, корреспондент Фокуса пришел к выводу: пересекать границу с Крымом зимой холодно, зато летом жарко. Впрочем, было немало и других не менее неожиданных открытий

Границу между Украиной и Крымом называют административной, хотя ее пересечение ничем не отличается от выезда за рубеж: приходится проходить паспортный и, если не повезет, таможенный контроль. Впервые корреспондент Фокуса пересек ее прошлой зимой, в июне снова отправился на полуостров. Он убедился, что Украина по-прежнему относится к границе как к временному явлению, ограничившись установкой нескольких вагончиков. Наверняка в этом есть подтекст: ожидание в очереди на солнцепеке отбивает всякое желание навещать полуостров.

Туда

На подъезде к Мелитополю спящий поезд Киев — Новоалексеевка оживает. В открытую дверь купе заглядывает мужчина с толстым ежедневником в руках. "Формируем группу, везем на микроавтобусе к границе. Обгоним всех, пока поезд будет стоять в Мелитополе 40 минут", — рекламирует он свои услуги. В нашем и соседних купе желающих "гнать" не находится. Мужчина не навязывается, идет дальше.

Спустя полтора часа я с женой и детьми выхожу из поезда на перрон вокзала Новоалексеевки. Приезжих встречают таксисты, среди них много крымских татар. За проезд к Чонгару просят сто гривен с человека. Подхватывают сумки, складывают их в багажники и по разбитой дороге выезжают на трассу Е105, ведущую в Крым.

Минут через двадцать — около девяти утра — мы у границы. С украинской стороны она до сих пор выглядит как временное сооружение. Несколько вагончиков, перекрытая бетонными блоками дорога, шлагбаум. Возле него длинная очередь — около двухсот человек. С детьми пропускают вперед. Это не всем нравится. "Давайте с детьми хотя бы через одного, — недовольно предлагает молодая женщина в пляжном наряде, — а то мы здесь до вечера простоим". Очередь не двигается. У пограничников пересменка. Она заканчивается минут через двадцать, когда к границе съезжаются все пассажиры киевского поезда.

Пограничники разбивают людей на небольшие группы. Без лишних вопросов у первой группы забирают документы для оформления. Стопку паспортов и свидетельств о рождении уносят в вагончик с надписью "пограничный контроль". Подходит таможенник. Несмешно шутя, он заглядывает в глаза, выбирая жертву для досмотра. Его внимание привлекает мужчина с большим чемоданом и коробкой с новым ноутбуком в руках. Приглашает пройти. Спустя пять минут владелец ноутбука возвращается в строй.

Наконец подходит девушка в камуфляже. Называет имена, вручает документы. Можно идти дальше. Я смотрю на часы — начало одиннадцатого. Оглядываюсь. Очередь не уменьшилась. Люди сидят на сумках, на камнях у обочины — присесть больше негде.

Потом туда

У моста через Чонгарский пролив реют флаги: с северной стороны — украинский, с южной — российский. Рядом с триколором стоят несколько вооруженных солдат-кавказцев.

— Украина? — спрашивает меня один из них.

— Да.

— Бери миграционную карту.

— С крымской пропиской тоже нужно?

— Не нужно. Но ты же говоришь, что Украина, — удивляется солдат.

— Именно, — отвечаю и прохожу дальше.

За мостом микроавтобус, водитель предлагает довезти до российского пункта пропуска за 20 рублей. Автобус быстро заполняется, но коляску со спящим сыном туда не втиснуть, идем пешком. Прогулка занимает около получаса. Солнце поджаривает руки, но из-за сильного ветра, дующего с Сиваша, ожог чувствуется не сразу. Мы проходим мимо фур, припаркованных у обочины. Номера украинские — Харьков и Днепропетровск. Я насчитал шесть грузовиков, припоминая, что с украинской стороны видел еще восемь дальномеров. В прошлом году очередь из фур растягивалась на несколько километров.

Россияне на границе обустроились основательно. Издалека заметен навес над дорогой с крупной надписью "Россия. МАПП Джанкой". Когда мы с ним поравнялись, стало видно, что под навесом стоит несколько машин. Таможенники неторопливо осматривают багажники, заглядывают под днище с помощью зеркал. Еще несколько десятков автомобилей дожидаются очереди на въезд.

Для тех, кто пересекает границу пешком, перед первым российским КПП оборудовали беседку со скамейками и туалетом. Здесь уже толпится несколько десятков человек. Вскоре подходит пограничник, открывает дверь, просит пропустить вперед тех, кто с детьми. По бетонной дорожке мы направляемся на паспортный контроль мимо привязанной к забору собаки. Похоже, что стоящий неподалеку боец следит за ее реакцией на проходящих. Дорожка разделена решетчатой оградой из толстой проволоки, формирующей потоки на вход и на выход. Она упирается в небольшое здание, в котором находятся четыре стойки с компьютерами, за ними пограничники. На оформление одного человека уходит около пяти минут. Сумки не досматривают. Вопросы не задают.

Через полчаса мы выходим из пограничной зоны. Полдень, самая жара. Я обращаю внимание, что за полгода со времени моего последнего визита в Крым местные жители успели проявить предприимчивость: в поле появился обшарпанный вагончик с гордой надписью "кафе".

И обратно

Спустя десять дней мы возвращаемся в Киев. Поезд вечером, но на всякий случай приезжаем к границе в три часа дня. Оказывается, зря. В обратную сторону вся процедура занимает меньше времени. Пятнадцать минут на российском пункте пропуска, столько же — на украинском.

Сразу за шлагбаумом таксист, который предлагает отвезти в Новоалексеевку за 75 гривен с человека.

— Сейчас хоть людей немного, с утра в Крым выстроилась очередь тысяч в пять, — говорит он, резво объезжая блоки перед блокпостом.

— Откуда столько?

— Говорят, из Мариуполя много едут.

Вокзал Новоалексеевки оживлен. Кто-то делится впечатлениями от пересечения границы. Блондинка с младенцем на руках рассказывает о том, что украинские пограничники не хотели пропускать ее вместе с сыном, так как в Крыму ему выдали российское свидетельство о рождении.

— Как же вы прошли?

— Ну договорились в конце концов, — уклончиво отвечает крымчанка.

Мы ждем посадки в поезд, меланхолично жуя черешню. Сорок гривен за небольшое ведерко — после крымских цен это кажется совсем дешево. Наконец объявляют посадку. В поезде жарко, до отправления проводники не включают кондиционеры, но это мелочь по сравнению с переходом через раскаленную степь.

Цена вопроса (транспортные расходы)

  • Поезд Киев — Новоалексеевка — 460 грн.
  • Такси Новоалексеевка — граница — 75–100 грн.
  • Проезд в буферной зоне — 8 грн.
  • Такси граница — Джанкой — 80 грн.