"Сама виновата". Как карантин провоцирует на домашнее насилие

2020-05-03 09:40:00

1880 105

Проблема с домашним насилием в Украине не новая. Однако коронавирусный кризис привел к тому, что случаи бытового абьюза участились. Жертвами становятся не только женщины, но и пожилые люди, а также дети. Что стало катализатором агрессии украинцев и куда обращаться пострадавшим, разбирался Фокус

Скандалит весь мир и даже Регина Тодоренко

На прошлой неделе известная телеведущая и блогер Регина Тодоренко, переехавшая после замужества в РФ, оказалась в центре скандала. В одном из интервью бывшая ведущая «Орла и решки» предложила жертвам домашнего насилия задаться вопросом, почему их бьют. «А что ты сделала для того, чтобы он тебя не бил?» – высказалась украинка. Общественность на заявления Тодоренко отреагировала жестко, и через несколько дней девушка выложила в Instagram видеообращение, в котором попросила прощения за «некорректные формулировки».

Обвинение жертв домашнего насилия в том, что они сами виноваты в происходящем, не редкость в нашей стране. Надо признать, что за последние годы ситуация потихоньку стала меняться в лучшую сторону. В начале прошлого года в Украине появился закон о противодействии домашнему насилию, при Нацполиции заработали группы мобильного реагирования «Полина», выезжающие именно на такие случаи, а в начале 2020-го запустилась правительственная горячая линия для пострадавших. Однако карантин, по словам правозащитников, спровоцировал рост домашнего насилия и обнажил недостатки строящейся государственной системы по предотвращению жестокого обращения с близкими.

О том, что ограничительные меры по социальной изоляции способствуют увеличению случаев абьюза, одновременно заговорили в разных государствах. В китайской провинции Хубэй, например, количество жертв домашнего насилия в феврале этого года по сравнению с прошлым выросло втрое – 162 случая против 47. Во Франции число зафиксированных случаев бытового насилия за время карантина увеличилось на 30%, в Великобритании в результате домашних скандалов за три недели изоляции было убито втрое больше женщин, чем за такой же период в предыдущие годы. В Италии с 8 по 15 марта количество обращений в полицию выросло на 55%. В связи с этим генсек ООН Антониу Гутерриш написал в Twitter с призывом к правительствам задействовать дополнительные ресурсы для борьбы с насилием в семьях.

Действительно некоторые страны вводят дополнительные меры для помощи жертвам домашнего насилия. Так, в Испании и Италии пострадавшие женщины в аптеке могут сказать кодовое слово, после которого фармацевт вызовет службу спасения.   

Полиция занята, жертвы насилия могут обращаться позже

Наше государство в этой печальной общемировой тенденции не стало исключением. В общественной организации «Ла Страда-Украина», которая занимается защитой прав женщин и детей, рассказывают, что за месяц карантина (с 12 марта по 12 апреля) на Национальную горячую линию поступило 2051 обращение от жертв домашнего насилия. При этом в феврале в колл-центр позвонили 1273 пострадавших, а в январе – 1203.  

В правоохранительных органах Украины, в свою очередь, заявляют, что существенного роста домашнего насилия из-за карантина не наблюдается. Хотя статистика свидетельствует об обратном. Так, с 1 по 11 марта в полицию о случаях домашнего насилия сообщили 18 тыс. человек (1636 обращений в среднем за сутки), с 12 по 31 марта было зафиксировано 30,7 тыс. звонков (1537 в сутки), а с 1 по 23 апреля – 37,3 тыс. (1619 в сутки). В целом по сравнению с аналогичным периодом прошлого года количество сообщений о фактах бытового абьюза увеличилось на 26%. Однако Катерина Павличенко, заместитель министра внутренних дел, связывает это не с изоляцией украинцев, а с другими факторами. Новое законодательство, быстрое реагирование мобильных групп и общий рост доверия к работе полиции привели к тому, что украинцы стали чаще сообщать о случаях домашнего насилия, рассказала она Фокусу.  

Правозащитники же считают, что за время карантина украинские правоохранительные органы зарекомендовали себя не самым лучшим образом. «Некоторые пострадавшие, которые звонят на горячую линию, рассказывают, что в ответ на обращения о домашнем насилии в полиции им сообщали, что сейчас недостаточно сотрудников, поэтому они не могут выехать на этот вызов», – объяснила Фокусу Катерина Черепаха, вице-президент организации «Ла Страда-Украина». Остро обстоит ситуация и со срочными запретительными предписаниями, по которым можно до 10 дней выселить обидчика из дома. Но сейчас эту меру в отношении абьюзеров применяют неохотно, считая, что во время карантина нельзя выдворять людей из их жилья, даже если они представляют опасность для других.

домашнее насилие, горячая линия

В то же время жертвам домашнего насилия стало тяжелее добраться до кризисных центров. Катерина Черепаха в качестве примера приводит историю женщины, оказавшейся в такой ситуации. Она позвонила на горячую линию и рассказала, что после случая рукоприкладства со стороны мужа полиция не вынесла ему срочное запретительное предписание, поэтому она с двумя детьми сама вынуждена была покинуть дом. Пострадавшая обратилась в больницу, но ее отказались принять на ночь. Сотрудники «Ла Страды» помогли женщине найти приют. «Она живет в поселке, а центр находится в городе. Транспорт из-за карантина не ходит, так что ей пришлось добираться туда на такси. Хорошо, что у нее оказались сбережения и она смогла доехать», – рассказывает Черепаха. К тому же некоторые приюты для женщин сейчас находятся на изоляции и не принимают новых жильцов. «Такое решение принимается индивидуально каждым центром», – добавляет правозащитница.

Собеседница Фокуса считает, что рост количества случаев домашнего насилия связан с тем, что абьюзеры стали находиться слишком много времени вместе со своими потенциальными жертвами. Если в обычной ситуации члены семьи зачастую ходят на работу, то теперь они, по сути, заперты в одной квартире. «Проблема еще и в том, что если раньше у жертв домашнего насилия была возможность пересидеть какие-то кризисные ситуации у знакомых или родных, то теперь это практически невозможно сделать», – объясняет правозащитница.

Постоянное нахождение в одном пространстве с насильником приводит также к тому, что у пострадавших далеко не всегда есть возможность вызвать полицию или позвонить на горячую линию для психологической или юридической поддержки. В МВД, по словам замминистра Катерины Павличенко, такой нюанс тоже учитывают. «Мы понимаем, что условия самоизоляции могут ограничивать в поисках необходимой информации или помешать обратиться в экстренные службы привычным способом», – подчеркивает офицер. Именно для упрощения коммуникации был разработан чат-бот #ДійПротиНасильства в Telegram, с помощью которого можно вызвать полицию либо узнать телефоны служб поддержки. 

Оправдание домашнего насилия: пьянство и безработица

55-летняя Елена Петровна (имя изменено в целях безопасности) три дня назад оказалась в кризисной квартире в Харькове, где бесплатно предоставляются койко-места жертвам домашнего насилия. Произошедшее этой весной стало для нее полной неожиданностью. Жизнь у ее 38-летнего сына пошла наперекосяк: развелся с женой, вернулся жить к матери, из-за карантина потерял работу. И, не справляясь с навалившимися бытовыми  проблемами, стал пить. На алкоголь просил деньги у Елены Петровны. В какой-то момент женщина не выдержала и начала отказывать сыну, вызывая шквал угроз и обвинений. Уже это заставило ее задуматься о возможном насилии с его стороны, на глаза вовремя попалось объявление с нужными телефонами. И когда сын все же поднял руку на мать, она сбежала из собственной квартиры в кризисный центр для жертв домашнего насилия. Здесь она может пробыть всего несколько дней, на длинные сроки места в кризисной комнате не предоставляют. Сейчас Елена Петровна уже готовится вернуться домой и надеется, что сын образумится. «Он же так неплохой человек, – вздыхает женщина. – Вот надеюсь, что карантин закончится, он найдет работу и успокоится».

Юлия Татарченко, и. о. директора Харьковского центра предоставления помощи женщинам, пострадавшим от насилия, также подтверждает, что за время введения ограничительных мер в стране обращений к ним стало намного больше. У центра есть приют на 10 мест, где жертва может находиться от трех до шести месяцев, и кризисная комната, рассчитанная на шесть человек, где постояльцы могут жить всего несколько дней. По словам Татарченко, в приюте всегда оставляют одно-два места для наиболее кризисных ситуаций.

В то же время руководитель центра в разговоре с Фокусом высказалась неоднозначно, отметив, что женщины могут быть сами виноваты в домашнем насилии. «Все-таки в большинстве своем женщины тоже могут спровоцировать скандал», – заявила Татарченко. Также она добавила, что психолог центра дает жертвам абьюза «рекомендации, как управлять агрессором… даже когда он спокоен, чтобы его не провоцировать».   

Психолог Светлана Панина считает такие формулировки некорректными. Перекладывание вины на жертву насилия называется виктимблеймингом и представляет очень непрофессиональный подход, уверена эксперт. «Конечно, не все жертвы агрессии белые и пушистые. У большинства из них уже есть некоторые психологические особенности – они могут быстрее приходить в состояние тревоги, быть более вспыльчивыми. Но это лишь потому, что они живут в состоянии систематического семейного насилия», – объясняет Панина. 

Профессор кафедры психологии Марианна Ткалич в свою очередь подчеркивает, что агрессор всегда найдет повод напасть, вне зависимости от моделей поведения своей жертвы. «У него есть цель: реализовать свою агрессию таким образом, поэтому взаимодействовать с ним в этой ситуации очень сложно», – отмечает психолог. Если человек вынужден постоянно находиться в одном пространстве с абьюзером, то надо сконцентрироваться не на том, чтобы не провоцировать его, а пытаться как можно меньше с ним коммуницировать в целом. При этом Ткалич рекомендует жертвам систематической бытовой агрессии иметь «отходные пути»: хранить под рукой необходимые телефоны, заранее договориться с родственниками или друзьями, которые в случае кризисной ситуации смогут приютить у себя.

Потерянные старики

Говоря о домашнем насилии, люди чаще всего подразумевают инциденты между супружескими парами, в то же время жертвами абьюза также становятся пожилые люди, которых нередко бьют их взрослые отпрыски. А в период карантина выросло количество насилия и над детьми. «Это происходит не потому, что абьюзеры стали более агрессивными. Нет. Просто в обычных обстоятельствах даже в таких кризисных семьях количество контактов сведено к минимуму – дети находятся в школе, родители на работе. Сейчас же они все время на одной жилплощади», – объясняет Ткалич. И если для женщин существуют хоть какие-то центры и возможности защиты, то таких механизмов для реагирования на случаи насилия над пожилыми людьми и детьми в государстве практически нет. И это проблема, которая останется в украинском обществе и после карантина.       

Контакты для жертв домашнего насилия

Национальная горячая линия: 116 123 – для мобильных; 0 800 500 335 – для стационарных

Правительственный кол-центр: 1547

Loading...