Как мыслит судовой механик, от которого зависит работа флота: универсальность инженерной профессии
Морскую механику часто считают узкой специализацией, привязанной к типу судна, но на практике — это комплексная работа с несколькими системами одновременно. В машинном отделении работают двигатели, гидравлика, топливные и охладительные контуры, электрика и средства безопасности, и все они взаимосвязаны. Если выходит из строя один узел, приходится проверять всю систему, ведь в открытом море нельзя просто остановиться или ждать подрядчика. Решение нужно находить на месте.
Такой опыт накопил Владимир Скалозуб — судовой механик с многолетней практикой. Он начинал мотористом на рыболовных траулерах, позже занимал должности третьего и второго механика и с 2015 по 2019 год отвечал за исправность буксирного флота компании, где под его контролем находились шесть портовых буксиров. Кроме основной работы, специалист также проводил независимую техническую экспертизу судов многих компаний в разных странах. Как мыслит главный судовой механик и на что он обращает внимание при оценке качества судоремонта, мы разобрались на его примере.
Читать незнакомую систему
Первый рейс Владимира в 2004 году состоялся на рыболовном траулере с машинным отделением производства Восточной Германии. Конструкция была очень сложной, агрегаты было трудно демонтировать и снова собирать. Из-за такого строения молодому механику, которого поначалу не допускали к ремонту, пришлось самостоятельно разбираться в логике каждого узла.
С годами у Скалозуба сформировался свой подход к работе с новым оборудованием. "Когда приходишь на судно, которое видишь впервые, простые вопросы команде, что это за труба, что в ней и куда движется поток, помогают быстро понять систему и причину неисправности или нестабильной работы механизма или двигателя", — рассказывает он. Техническая документация обычно появляется позже и просто подтверждает то, что уже понятно.
Документация во флоте преимущественно английская, и Скалозуб всегда ищет ее первой на новом судне. "Инструкции производителя являются основой любого ремонта, потому что без них сложно работать без ошибок", — делится специалист.
Однажды материалы оказались на японском языке, но это не стало препятствием, ведь есть центры, которые помогают с переводом. Владимир сразу фотографирует или копирует нужные страницы, чтобы иметь их под рукой во время работы.
Диагностика до того, как что-то остановилось
Портовые буксиры с двигателями от 3 200 до 5 000 лошадиных сил круглосуточно выполняли от 60 до 90 швартовых операций в месяц. За время работы Скалозуба техническая готовность флота держалась на уровне 98%. Этого удалось достичь благодаря системной профилактике.
"Я всегда перед ремонтом двигателя делал развернутый анализ масла. Если правильно уметь его расшифровывать, можно понять, что не так с двигателем или с рулевым механизмом", — объясняет Владимир. Это связано с тем, что масло циркулирует через основные узлы и накапливает продукты их износа. Частицы металла в образце указывают на износ задолго до появления внешних симптомов, и это дает время заказать детали и провести замену по графику.
Отдельная категория оборудования требует повышенного внимания независимо от состояния. "Все, что связано с гидравликой рулевого управления, требует максимальной точности при ремонте, здесь все просто, есть техническая спецификация и ее нужно придерживаться", — заключает специалист.
Как оценивает работу тот, кто знает ее изнутри
Начиная осмотр, специалист ориентируется на общую логику построения судна и то, насколько все продумано. "Я сразу представляю, как это судно будет работать и ремонтироваться", — рассказывает Владимир.
Качество технического обслуживания видно по результату со временем. "Если после сервиса техника просто доехала домой, это еще ничего не значит, показатель определяется тогда, когда она проходит десятки тысяч километров без неисправностей, кроме планового обслуживания. В моей практике это проявляется тогда, когда после ремонта судно несколько лет работает без серьезных сбоев", — говорит Скалозуб. Техника после его осмотров обычно выдерживала этот срок.
Еще одно следствие регулярной работы с конкретными компаниями заключается в том, что рекомендации Владимира со временем становятся внутренними стандартами. "Бывают ошибки экипажа во время эксплуатации судна, и когда их обнаруживаешь, замечания со временем становятся новым рабочим правилом", — отмечает он.
Согласование технических решений
Часть работы группового механика построена на том, чтобы убеждать людей без технического образования в правильности решений. Во время работы на этой должности технические вопросы он решал вместе со старшим механиком и капитаном, и разница в возрасте часто затрудняла принятие новых подходов, однако четкое обоснование обычно помогало достичь согласия.
Готовясь к работе на конкретном флоте, специалист всегда начинает с общения с командой. "Когда я прибывал на судно для ремонта, сначала знакомился с экипажем в машинном отделении, спрашивал, кто с чем уже работал, и смотрел, кому какую работу лучше доверить. Заодно следил, чтобы не делали лишнего", — рассказывает Скалозуб.
Владимир работал с рыболовными траулерами, портовыми буксирами, занимался нестандартными модернизациями и оценивал ремонты судов в разных странах. Такой подход к работе во многом формируется еще во время учебы. В Одесском колледже технического флота, где он учился, готовят специалистов для вспомогательного флота, в частности буксиров, земснарядов и плавкранов.
По его словам, такой подход формирует базу для работы с любым сложным механическим оборудованием и делает специалиста универсальным на международном уровне, где важно быстро ориентироваться в различных системах, стандартах и условиях эксплуатации.