Лондон: от "Города пустых" до Оливера Твиста

Фото: Артем Мирный
Фото: Артем Мирный

Маленькая литературная прогулка по столице Великобритании

Великобритания и Лондон в частности в последнее время у нас ассоциируется с малоприятными вещами, такими как терроризм и Brexit.

Впрочем, Лондон по-прежнему останется одним из главных притягательных мест мирового туризма.

— Добро пожаловать в прекрасный Лондон, — пропел он. — Енох, он гораздо величественнее, чем ты нам рассказывал. О, как ты нам о нем рассказывал! Семьдесят пять лет подряд: Лондон, Лондон, Лондон! Лучший город на земле!

Миллард приподнял крышку бака.

— Лондон! Лучшего мусора вам не сыскать!

Гораций приподнял шляпу.

— Лондон! Тут даже крысы ходят в цилиндрах!

С этой замечательной цитатой из не менее замечательного романа "Город пустых. Побег из дома странных детей" Ренсома Риггза я и отправилась в маленькую прогулку по столице Великобритании.

На самом деле в Лондоне бывали многие. Даже если не ездили туда никогда. Все дело в том, что этот город — наиболее описанный в литературе (Париж, конечно, может поспорить). Многие, проживающие на какой-нибудь улице Строителей, 3-а, не просто знают о Бейкер-стрит, 221b, а благодаря Артуру Конан-Дойлу буквально посидели у камина, вдыхая дым его трубки, в ожидании, когда миссис Хадсон принесет им чашечку чая или доложит о новом посетителе.

Кстати, тема с "миссис Хадсон" до сих пор активно культивируется и поощряется в Лондоне. Я жила у миссис Мелисы Браун. Она на четверть немка, но всю жизнь прожила в Англии и является ее ярой патриоткой. Каждый вечер она заводит одну и ту же пластинку о никогда не заходящем солнце над Великой Британской империей.

Прогуливаясь по одному из дежурных туристических маршрутов, я вспомнила отрывок из "Тайны Тюдоров" Кристофера Гортнера: "Вдали над берегом нависал Тауэр, молчаливый страж Лондона, примостившийся на коленях у реки... В лучах заходящего солнца обветренные камни казались запятнанными ржавчиной или обрызганными кровью — суровое напоминание о том, что в этих стенах никто не оказывается по доброй воле".

Впрочем, мрачные времена крепости позади, и сейчас это обычный туристический объект, не лишенный шарма. Мне, например, этого самого шарма, помимо сокровищницы Британской империи со вторым по величине граненым бриллиантом в мире ("Куллинан І") и гвардейцев-"мясоедов" (их так называют еще со времен большого лондонского голода), добавили вороны. Их тут не просто много. Их очень много. Они здесь живут. Крылья им подрезали. Специально. Существует поверье, что, когда они улетят из Тауэра, Лондон падет. Недавно пересматривала голливудский фильм "Падение Лондона" и ворон там не увидела. Может, и правда это…

А увидеть Лондон (и не умереть) можно с London Eye — самого большого в Европе колеса обозрения. Когда я садилась в кабинку, как-то сами собой в голову пришли фразы из "Книги потерянных вещей" Джона Конноли: "Должно быть, с высоты Лондон смотрится как макет с игрушечными домиками и миниатюрными деревьями на крошечных улицах. Наверное, только так и можно швырять бомбы: притворяться, будто все ненастоящее, и когда внизу раздаются взрывы, никто не горит и не умирает".

Про бомбы-то я не для красного словца добавила. В тот самый момент, когда, пожевывая fish and chips, я пыталась разглядеть в тумане игрушечную миниатюрность столицы Туманного Альбиона, колесо резко остановилось. Нас аккуратно спустили вниз и попросили немедленно освободить территорию. Оказалось, что на берегу Темзы обнаружили неразорвавшийся снаряд времен Второй мировой войны. Эвакуировали всех, включая праздношатающихся на Вестминстерском причале.

Все произошло быстро и организованно. Лондон, к сожалению, понемногу привыкает жить в условиях перманентной угрозы.

Я решила снять стресс и выпить. И как приличная девушка захотела сделать это в порту. А именно — в доках Святой Екатерины, где находится "Диккенс Ин" — легендарный паб, в котором литературный отец Оливера Твиста подыскивал типажи для своих персонажей.

Я не смогла вспомнить приличествующей моменту какой-нибудь вдохновенной цитаты из Диккенса (да и не люблю я его), зато как-то стрельнуло из "Дуба и сакуры" Всеволода Овчинникова: "Идеал парижанина — сидеть за столиком на тротуаре перед потоком незнакомых лиц. Идеал лондонца — укрыться от забот, чувствуя себя в окружении знакомых спин".

Укроюсь и я. Посижу немного. Под мурлыканье любимого Pet Shop Boys. Вы слышите? Услышьте меня. Все будет хорошо. И у Лондона, и у нас, и у меня. Я надеюсь…