Разделы
Материалы

Ярослав Железняк: "После победы мы построим даже лучшую экономику, чем Польша"

Мария Бабенко
Ярослав Железняк считает, что ситуация в стране намного лучше, чем ожидалось в первые месяцы войны

Во время войны Украина переживает самый сложный период с начала независимости. О том, что помогает государству выстоять и какую экономику мы сможем построить после победы, Фокус поговорил с первым заместителем председателя Комитета по вопросам финансов, налоговой и таможенной политики Ярославом Железняком.

Кто он: Ярослав Железняк – народный депутат, первый заместитель председателя Комитета по вопросам финансов, налоговой и таможенной политики.

Почему он: известный политик, экономист. Активно участвует в разработке налоговых и финансовых законопроектов, выступает за либерализацию, дерегуляцию бизнеса и цифровизацию экономики.

Перестановка в Нацбанке. Почему во время войны главу НБУ Шевченко поменяли на Пышного и на что это влияет

Начнем с одного из самых резонансных событий прошлой недели – отставки главы НБУ Кирилла Шевченко. Насколько неожиданным был этот шаг и что за ним стоит?

Это событие назревало. Во-первых, у главы Нацбанка был публичный конфликт с министром финансов Украины. Конечно, у Нацбанка и Минфина есть естественный конфликт интересов, потому что Минфину нужно финансировать госбюджет и развивать экономику, а задача Нацбанка — удержать инфляцию. Но периодически возникавшие между ведомствами противоречия часто выливались в публичное пространство, что создавало напряжение в системе власти.

Второй причиной стало подозрение САП и НАБУ в отношении Кирилла Шевченко, потому что наличие такого громкого дела могло осложнить переговоры с международными партнерами.

И в-третьих, сам Шевченко сообщил о проблемах со здоровьем.

Как вы оцениваете работу Нацбанка под руководством Шевченко в военное время?

Я не был фанатом Кирилла Шевченко и критиковал его назначение. Но должен признать, что Нацбанк оказался одним из немногих органов власти, которые были лучше всего подготовлены к началу войны и лучше справились со своей задачей. Я считаю, что придет время, когда команды Нацбанка и Минфина будут проводить лекции в ведущих институтах мира на тему, как спасти экономику во время войны. Поскольку, несмотря на мелкие недостатки, они сделали чудо — удержали финансовую систему.

Отставка Шевченко и назначение преемника прошли очень быстро. Была ли кандидатура Андрея Пышного согласована заранее и почему НБУ возглавил именно он?

Мне кажется, когда Кирилл Шевченко принимал решение об отставке, кандидатура Андрея Пышного уже была согласована в Офисе президента. И если открыть закон о Нацбанке и прочитать критерии выбора потенциального кандидата на пост председателя, становится понятно, что этому посту не отвечает большинство обсуждавшихся в публичном пространстве лиц, как возможных руководителей НБУ. Большая часть этих правил прописана для того, чтобы кандидат, претендующий на этот пост, помимо политической поддержки, имел достаточный практический опыт и профессиональные знания. Поэтому для человека, знающего закон о Нацбанке, назначение Пышного было очевидным решением.

Более того, Андрея Пышного хорошо знают международные партнеры, потому что он долгое время работал главой крупного государственного банка — Ощадбанка. Пышного также хорошо знают в украинской банковской системе. Соответственно, реакция на его назначение была достаточно спокойной.

Как повлияет смена главы НБУ в военное время на банковскую и финансовую системы?

Нацбанк — едва ли не единственный государственный орган в Украине, который можно назвать институтом. И лучший вариант для всех — когда смена таблички с фамилией на дверях кабинета главы Нацбанка вообще незаметна.

Я внимательно слушал, как Андрей Пышный отвечал на сложные вопросы по учетной ставке, эмиссионному финансированию бюджета, сохранению фиксированного курса, которые звучали на заседании финансового комитета и в зале Верховной Рады. Он максимально четко заявил о поддержке принятых решений, оценил деятельность Нацбанка как адекватную имеющимся вызовам и подтвердил намерение двигаться в том же направлении. Пышный подчеркнул, что сейчас Украине необходима поддержка зарубежных партнеров, прежде всего МВФ и, соответственно, главной задачей является получение программы МВФ для Украины.

Соответственно, вряд ли мы увидим какие-либо резкие изменения в политике НБУ. Нацбанк — институция независимая. Как депутат, отвечающий за банковский и финансовый сектор, я могу подтвердить, что команда Нацбанка — это компетентные и профессиональные люди, с которыми работать всегда приятно и конструктивно. И я бы очень хотел, чтобы независимо от смены председателя, Нацбанк сохранил имидж и оставался профессиональной, сильной и устойчивой институцией.

Дефицитные деньги. Где Украине взять деньги на победу

Перейдем к следующему значительному событию прошлой недели, а именно — к принятию в первом чтении госбюджета. Как в целом вы оцениваете качество документа и его адекватность ситуации в стране?

Я в своей жизни видел восемь бюджетов. И откровенно говоря, этот документ из них наиболее качественный. То есть, он не самый лучший по цифрам, но полностью адекватный тем вызовам, которые стоят перед страной. Конечно, мне не нравится, что половину расходов бюджета финансируют международные партнеры. Но с другой стороны, то, что мы во время войны не повышаем налоги, является большим достижением. Потому что обычно почти каждый год предприниматели под елочку получали подарки в виде новых налоговых правил.

Замечу, что во время войны каждая гривна, которая тратится из госбюджета, должна быть обоснована. Наши военные расходы составляют 130 млрд грн в месяц, а доходы, например, за сентябрь 2022 года, даже с эмиссией и выпуском военных облигаций, составили примерно 115 млрд. То есть, нам не хватает денег, и именно поэтому я выступал против завышенных расходов. Конечно, хотелось бы прийти к условным избирателям и сказать, что я нашел на ваши нужды десятки или сотни миллионов. Но сейчас это не ко времени.

Добавлю, что в этом году в известной степени происходит имитация нормального бюджетного процесса. Ибо Министерство финансов имеет неограниченные права вносить в бюджет изменения. Соответственно, если кто-то из депутатов и протянет свою "забаганку", Минфин единолично может это срезать.

То, что в Украине во время войны не повышают налоги, Ярослав Железняк считает большим достижением

Вы согласны с макропрогнозом, на котором базируется бюджет 2023 года [доллар — 42 грн, ВВП +4,6%, инфляция 30%]?

Я не согласен ни с одним из этих пунктов. Макропрогноз готовят в Минэкономики несколько человек и у них нет "магического шара", чтобы заглянуть в будущее. А в бурные времена, которые переживает не только наша страна, но и весь мир, сталкивающийся с высокой инфляцией и колебанием цен на энергоресурсы, практически невозможно точно прогнозировать развитие экономики на срок от трех месяцев.

Более того, в тексте бюджета и приложениях эти параметры нигде не прописаны. Единственное, где содержится макропрогноз – пояснительная записка, где можно прописать что угодно. И, откровенно говоря, эти макропоказатели очень часто подгоняют под нужды госбюджета.

Замечу, что ситуация в экономике Украины в первую очередь будет зависеть от событий на фронте. Помимо этого, будет важным продвижение экспорта, прохождение зимнего периода, объемы дальнейших разрушений от обстрелов, а также события в мире, которые сейчас максимально непрогнозируемы из-за высокой инфляции, стагнации и замедления экономики Китая.

Однако ситуация в Украине, вероятно, может превзойти предыдущие ожидания. Например, я вспоминаю совещание, состоявшееся в начале апреля с некоторыми депутатами и чиновниками, где мы прогнозировали сценарии развития событий по безработице, зарплатам и социальным выплатам. Перспективы вырисовывались страшные, и я очень рад, что ни один из прогнозов не сбылся. То есть, ситуация в стране намного лучше, чем ожидалось в первые месяцы войны. Это тот случай, когда я очень рад, что мы все ошиблись.

Как вы подчеркнули, Украина сегодня очень зависима от международной помощи. Есть ли риски, что в нестабильной и непредсказуемой ситуации в мире средства на победу не будут поступать в нужном объеме?

Я уверен, что все будет хорошо. Я слышал от министра финансов, что мы до конца года получим примерно $16-17 млрд. И в 2023 году у Украины есть шансы получить более $35 млрд внешней помощи, что будет достаточной суммой для покрытия бюджетного дефицита. Напомню — на расходы во время войны нам ежемесячно нужно дополнительно $3 млрд.

Приведу некоторые цифры, чтобы понять масштаб этих затрат. Программа поддержки производства полупроводников в США нуждается в $28 млрд в год. США на оборонном заказе одной Японии, которая сейчас увеличивает расходы на вооружение, заработают примерно $45 млрд. ЕС, от которого мы надеемся получить несколько десятков миллиардов, только на покрытие тарифов в рамках борьбы с энергетическим кризисом потратит в ближайший отопительный сезон на 1,2 трлн евро больше, чем в мирное время. В частности, цена вопроса отопительного сезона для Германии – 200 млрд евро.

В такой ситуации, очевидно, Западу лучше предоставить Украине необходимые средства для победы над Путиным, чем продолжать дальше финансировать эту вакханалию. Тем более, уже все поняли, что когда Украина получает деньги и оружие, мы показываем отличный результат и приближаем конец Путина. Поэтому даже если не принимать в расчет гуманитарные и геополитические соображения, исключительно из прагматических, экономических интересов международным партнером гораздо выгоднее помочь Украине победить Путина, чем финансировать дополнительные расходы, которые создает РФ, расшатывая ситуацию в мире и шантажируя другие страны.

То есть, ни возможные политические изменения в государствах, являющихся нашими партнерами, ни манипуляции со стороны России не могут помешать оказанию помощи Украине в нужном объеме?

Существует необоснованное подозрение, что изменения в конгрессе США в ноябре могут повлиять на ситуацию. Но, во-первых, пока что редко ошибающаяся социальная модель свидетельствует, что Сенат будет за демократами, а Палата представителей — за республиканцами. Но, учитывая, что у Украины есть двухпартийная поддержка в США, при любом результате выборов заинтересованность в помощи нашей стране со стороны США сохранится. Между тем, в Европе все основные выборы уже прошли. И я уверен, что в ЕС поддержка Украины будет только расти.

"Даже если не учитывать гуманитарные и геополитические соображения, исключительно из прагматических, экономических интересов международным партнером гораздо выгоднее помочь Украине победить Путина, чем финансировать дополнительные расходы, которые создает РФ, расшатывая ситуацию в мире"

Ситуация в восточных странах тоже показывает, что они все больше будут склоняться в нашу сторону, за исключением разве что Ирана. Я уверен, что в Китае недовольны тем, как Украина дает отпор и проучает РФ. Потому что в Китае показывали в своей пропаганде, что у России есть действенная армия, а Россия и Китай — вместе. Соответственно, неудачи России на фронтах дискредитируют и Китай. К тому же, для экономики Китая наступают тяжелые времена. И об этом свидетельствует даже та дозированная информация, которая выходит наружу. К примеру, непогашенный кредитный долг в дефолте только одной китайской компании Evergrande достигает более $300 млрд — и подобные проблемы будут только нарастать.

Кроме того, я уверен, что мир стоит на пороге конца периода дешевых денег и начала долгового кризиса. Но этот вопрос будет больше волновать другие страны мира, чем Украину. А лучшим путем решения этой проблемы станет завершение войны именно победой Украины. В то время как другие сценарии, наоборот, будут только расшатывать экономическую ситуацию в мире.

Ярослав Железняк уверен, что Украине международные партнеры предоставят столько средств, сколько необходимо для победы

Лучшее будущее. Какую экономику построит Украина после победы

В результате войны экономика Украины, по разным оценкам, потеряла не менее трети. Сколько будет продолжаться послевоенное восстановление по разным сценариям?

Мы действительно потеряли около трети экономики. Это и разрушенные крупные предприятия, и выехавшая за границу часть людей. Но, как я говорил, пока что ситуация развивается гораздо лучше, чем ожидалось. Например, количество официальных безработных у нас даже меньше, чем до войны. Конечно, здесь есть поправка на то, что не все сейчас официально регистрируются безработными, а кто-то уехал, но даже социологические опросы показывают, что работу потеряла умеренная численность населения, которая в динамике находит новую.

Однако восстановление Украины может длиться долго, потому что этот процесс должен происходить по принципу build better (создавать лучшее). То есть, если у нас была разрушена так называемая "хрущевка", нет никакого экономического смысла ее отстраивать. Вместо этого следует возводить другое здание по новым правилам и стандартам. То же касается и старых советских школ, детсадов, объектов инфраструктуры и т.д.

С промышленностью тоже схожая ситуация. Наверное, мы потеряли "Азовсталь". Но, если говорить откровенно, не все цеха "Азовстали" следует восстанавливать после освобождения Мариуполя. Мы потеряли шахты, и, очевидно, многие восстановить невозможно. Мы потеряли некоторые ТЭЦ, которые никогда не будут отстроены один в один, потому что они были устаревшими с точки зрения экологии, условий труда и энергоэффективности. Но и без вмешательства военного фактора мы должны были постепенно отходить и от угольной промышленности, и угольной энергетики.

"Восстановление Украины должно происходить по принципу build better (создавать лучшее). То есть, вместо восстановления разрушенной "хрущевки" — возводить другое здание по новым правилам и стандартам"

Самые лучшие перспективы для Украины открывает будущее вступление в ЕС. И я уверен, что после окончания войны мы построим даже лучшую экономику, чем Польша. Для этого необходимы три вещи: наша победа, интеграция в ЕС и вступление в НАТО для гарантии нашей безопасности, если Россия окончательно не развалится.

Но уже сейчас нам нужно построить систему верховенства права, сохранить макроэкономическую стабильность и сделать много других вещей, на которые мы не могли решиться в мирное время, в том числе — провести упрощение, дерегуляцию и либерализацию трудового законодательства. Нам важно не бояться экспериментировать и иногда даже опережать страны ЕС, как, например, вышло с приложением "Дiя", нашим финтехом, системой электронных закупок "Прозоро", признанной лучшей в мире и т.д.

И напоследок, мы должны как можно быстрее избавиться от государственных активов, которых у нас до сих пор остается большое количество. Это продуцирует коррупцию, потому что, исторически, многие политики в Украине шли в парламент, чтобы впоследствии возглавить какое-то госпредприятие и там тихонько зарабатывать на старость своих внуков. Бизнес станет куда более эффективным новым владельцем таких активов, а поступления в бюджет будут генерировать уплаченные налоги.

Какие изменения в структуре украинской экономики можно ожидать после победы и какими могут быть точки роста?

Было бы неправильно назначать приоритетные отрасли или точки роста, как во времена коммунистической плановой экономики. Напротив, следует создать равные условия, которые помогут развиваться разным отраслям. А какая из них будет более эффективной — покажет рынок. Например, ни один политик и ни одно правительство в Украине достаточно долгое время не делало "точкой роста" IТ-сектор. Но именно он стал одним из крупнейших поставщиков экспортной валютной выручки в страну и сохраняет свои позиции даже во время войны.

Ярослав Железняк надеется, что цифровая экономика является одним из главных конкурентных преимуществ послевоенной Украины

То есть, для развития экономики мы должны гарантировать инвесторам минимальное регулирование, выгодные налоговые условия и верховенство права. Кроме того, нам следует уделить внимание знанию иностранных языков — в первую очередь, английскому, с чем у нас пока есть определенные проблемы.

Кстати, если мы уже заговорили об IТ, как вы оцениваете первые результаты внедрения налогового режима "Дiя Сiтi"?

Трудно давать оценки, потому что этот режим фактически был запущен во время войны. Но я не слышал от большого IТ-бизнеса никаких нареканий, мол, что-то сработало не так. Более того, сейчас мы вводим дополнительные вещи для развития IТ и цифровой экономики, такие как электронное резидентство, легализация криптоактивов и т.д.

Станет ли в результате этих изменений цифровая экономика одним из главных конкурентных преимуществ послевоенной Украины?

Действительно, я представляю представителя Украины, выходящего на трибуну условного экономического форума в Давосе и выступающего с короткой речью о том, почему нужно инвестировать в Украину. И начинает он с того, что Украина, во-первых, победительница, показавшая всему миру свой несгибаемый дух и мощь, и во-вторых, это страна, которая диджитализована гораздо лучше, чем большинство других. Если бы вдобавок к этому мы могли гордиться лучшей судебной системой, нормальной работой правоохранителей и отсутствием коррупции, мы бы после победы точно жили значительно лучше, чем в довоенные времена.