Эмансипация по-украински: почему женщин зовут в шахты, но не всегда готовы платить наравне

30 мая в мире отмечают День женской эмансипации — дату, символизирующую борьбу за равные права и возможности для женщин. В Украине эта тема во время полномасштабной войны зазвучала по-новому. Из-за мобилизации, выезда части населения за границу и острого дефицита кадров женщин все чаще призывают осваивать профессии, которые традиционно считались мужскими, — от водителей и строителей до работников промышленности и оборонной сферы. Но означает ли это, что вместе с новыми обязанностями женщины получили действительно равные условия труда, зарплаты и возможности для карьерного роста?

Равная зарплата — еще не означает равные условия

По мнению HR-эксперта Татьяны Пашкиной, вопрос гендерного равенства на рынке труда значительно сложнее, чем простое сравнение зарплатных сведений. Даже если женщина и мужчина на одной должности получают одинаковые деньги, это еще не значит, что они работают в одинаковых условиях.

Показательным примером она называет службу женщин в армии. Несмотря на то, что украинки воюют уже много лет, проблема экипировки долгое время оставалась нерешенной. Женщинам приходилось буквально перешивать мужскую форму под себя, потому что она не учитывала особенностей женской анатомии.

Подобная ситуация возникает и в гражданских профессиях. Дальнобойщица, шахтерка или слесарка могут получать такую же зарплату, как и мужчины. Однако вопрос, есть ли для них отдельные раздевалки, душевые, санитарные помещения, адаптированная униформа и другие базовые условия труда, часто остается открытым. Именно поэтому, отмечает эксперт, равенство нельзя оценивать исключительно через цифры в платежке.

"Кроме того, существуют профессии со сдельной оплатой труда, где уровень дохода зависит от конкретных операций. В таких случаях женщины могут выполнять физически более легкую, но менее оплачиваемую работу. Это не всегда является дискриминацией — иногда речь идет об объективном распределении задач. В то же время на рынке труда до сих пор существуют и субъективные предубеждения, когда отдельные работодатели продолжают считать, что женщине не нужна такая же зарплата, как мужчине", — говорит Фокусу эксперт.

Поэтому однозначного ответа на вопрос о равенстве сегодня нет. По словам Пашкиной, украинский рынок труда напоминает сложный пазл, в котором одновременно присутствуют как примеры справедливой оплаты, так и случаи объективного или субъективного неравенства.

Война открыла женщинам профессии, которые десятилетиями считались мужскими

Полномасштабная война и дефицит кадров существенно изменили украинский рынок труда. По словам эксперта, сегодня уже можно говорить не о единичных случаях, а об устойчивой тенденции, когда женщины приходят в сферы, которые ранее фактически были закрытыми для них.

Одним из самых ярких примеров стали шахты. По словам Пашкиной, профессия машиниста подземных шахтных установок долгое время оставалась последним своеобразным символом "мужской работы", хотя формальное разделение профессий на мужские и женские было отменено еще несколько лет назад. Однако война внесла свои коррективы. В регионах, откуда значительную часть мужчин мобилизовали или где они уехали, возникла острая потребность в кадрах, и женщины начали осваивать даже эти специальности.

Похожие процессы происходят и в логистике. По оценкам эксперта, количество женщин в этой сфере выросло в несколько раз. Причем речь идет не только об административных или офисных должностях. Украинки работают со складской техникой, погрузчиками и другими механизмами, которые до недавнего времени считались сугубо мужской территорией. Многие процессы автоматизируются, поэтому физическая сила все реже является определяющим фактором.

При этом война изменила не только отношение женщин к собственным возможностям, но и позицию работодателей. Бизнес, который годами отдавал предпочтение мужчинам, вынужден был пересмотреть свои подходы из-за острого кадрового голода. Работодатели увидели, что женщины успешно справляются с работой, которую раньше им просто не предлагали.

"Впрочем, даже открывая новые профессиональные возможности, рынок труда сталкивается с другой проблемой. Для многих женщин серьезным барьером остается необходимость совмещать работу с уходом за детьми или пожилыми родственниками. Именно поэтому особое значение приобретают дистанционный формат работы и гибкие графики. К сожалению прошлый год прошел под знаком массового возвращения работников в офисы, хотя далеко не все работодатели могут объяснить, почему присутствие в офисе важнее результата работы", — продолжает Пашкина.

По ее мнению, проблема часто заключается не в работниках, а в неспособности части менеджеров эффективно управлять удаленными командами, ставить задачи, контролировать выполнение и выстраивать внутренние коммуникации.

Впрочем, даже когда работодатели готовы брать женщин на должности, которые ранее считались мужскими, для многих украинок главным барьером остается не пол, а материнство.

Материнство не отменяет профессию, но часто ставит карьеру на паузу

По словам директора Государственного центра занятости Юлии Жовтяк, одним из самых распространенных мифов на рынке труда остается убеждение, что во время отпуска по уходу за ребенком женщина теряет профессиональные навыки. На самом деле, материнство часто становится настоящей школой многозадачности, планирования и кризисного менеджмента.

В то же время проведенное совместно с ОО "Клуб поддержки беременности и материнства "Лада" исследование показало, что 26% матерей опасаются потери профессиональных навыков во время декретного отпуска, а еще 20% говорят об ощущении профессионального застоя. Для 22% женщин предыдущая работа после рождения ребенка оказывается несовместимой с новыми жизненными обстоятельствами.

Еще одним фактором становится истощение. Почти половина матерей — 47% — во время отпуска по уходу чувствуют постоянную усталость, а 39% сталкиваются с эмоциональным истощением. Именно поэтому возвращение на рынок труда часто оказывается психологически сложнее, чем кажется со стороны.

В то же время проблемы существуют и на стороне работодателей. Несмотря на то, что 72% компаний заявляют о готовности вернуть работницу после декрета, только 21% готов инвестировать в ее обучение и адаптацию после выхода на работу.

Именно поэтому, отмечает Жовтяк, все большее значение приобретают программы переквалификации, профессионального обучения, а также вакансии с дистанционным, гибридным или гибким графиком работы, которые позволяют женщинам сочетать профессиональную реализацию с воспитанием детей.

Женщины получили больше возможностей, но не избавились от старых обязанностей

Самую большую проблему Татьяна Пашкина видит не столько в зарплатах или названиях должностей, сколько в том, что мужчины и женщины до сих пор стартуют с разных жизненных позиций. Формально рынок труда открывает новые возможности, но вне работы на женщин продолжает ложиться значительная часть семейных обязанностей.

По словам эксперта, молодые женщины сталкиваются с предубеждением работодателей из-за риска декретного отпуска и больничных по уходу за ребенком. В то же время после 45-50 лет многие уже попадают в другую категорию риска — возрастную дискриминацию. Получается парадоксальная ситуация: сначала женщину неохотно берут на работу из-за возможного материнства, а потом — из-за возраста.

Отдельной проблемой остается так называемая "вторая смена". После завершения рабочего дня многих женщин ждут домашние дела, воспитание детей, уход за родителями или другими членами семьи. Во время войны к этому часто добавляется волонтерская деятельность. Именно поэтому, отмечает эксперт, сравнивать только официальные зарплаты недостаточно — нужно учитывать весь ресурс, который женщина тратит для достижения того же результата.

По ее мнению, говорить о полном равноправии в Украине пока рано.

"Ситуации, когда человек воспринимался бы независимо от пола одинаково — у нас отсутствует начисто", — фактически заключает Пашкина. При этом она отмечает, что проблема не является сугубо украинской и характерна для многих стран мира.

Эксперт напоминает о книге "Невидимые женщины", которая на примерах статистики показывает, насколько много современных систем и стандартов создавались прежде всего под мужские потребности — от медицинских исследований до общественного транспорта. Именно поэтому настоящее равенство, по ее мнению, заключается не только в одинаковой оплате труда, но и в учете различных жизненных обстоятельств, с которыми сталкиваются мужчины и женщины.

Вместе с тем она убеждена, что ситуацию можно постепенно менять. Для этого нужно не только устранение формальных барьеров, но и более глубокое понимание работодателями того, как на самом деле устроена жизнь их работников. Только тогда разговоры о равных правах смогут перейти от деклараций к реальным изменениям.

Пока одни работодатели ищут работников среди женщин, другие все чаще говорят о необходимости привлечения трудовых мигрантов. Однако сама тема вызывает острые споры. В конце мая в Киеве состоялась акция протеста против завоза иностранной рабочей силы, участники которой заявляли, что рабочие места должны прежде всего получать украинцы. В то же время бизнес и эксперты рынка труда предупреждают: из-за войны, мобилизации, выезда миллионов граждан за границу и демографического кризиса кадровый дефицит будет только усиливаться.

Украина уже столкнулась с дефицитом рабочих рук

По словам президента Всеукраинской ассоциации компаний по международному трудоустройству Василия Воскобойника, из-за войны, мобилизации, выезда миллионов украинцев за границу и демографического старения страна уже сталкивается с острым дефицитом кадров. Больше всего работодателям не хватает квалифицированных рабочих — сварщиков, слесарей, сантехников, строителей и других специалистов рабочих профессий.

По его мнению, полностью закрыть эти вакансии внутренними ресурсами Украина пока не может. Именно поэтому в перспективе возможно точечное привлечение трудовых мигрантов, но исключительно под контролем государства, с четкими правилами пребывания и трудоустройства.

Споры вокруг мигрантов значительно громче реальной проблемы

В то же время Воскобойник считает, что нынешняя волна антимигрантских настроений в значительной степени оторвана от реальности. По его словам, по состоянию на май 2026 года в Украине официально работает лишь около 9,5 тысячи иностранцев, тогда как официально занятых украинцев насчитывается более 10 миллионов.

"Поэтому трудовые мигранты сегодня не могут существенно влиять ни на уровень зарплат, ни на занятость украинцев. Зато настоящей проблемой остается кадровый голод, который уже испытывает большинство промышленных предприятий страны. Дискуссия о мигрантах часто используется как эмоциональный информационный повод, тогда как главный вызов для украинской экономики заключается в нехватке людей, готовых работать", — говорит Фокусу эксперт.

По его мнению, раздувание антимигрантских настроений может иметь и негативные последствия для самой Украины. В частности, такая риторика формирует за рубежом образ страны, которая враждебно относится к иностранцам. Это может повлиять как на потенциальных работников, так и на иностранцев, которых Украина пытается привлекать в армию или оборонные проекты. Эксперт приводит примеры реакции коллег из других стран, которые после волны публикаций начали спрашивать, действительно ли Украина столкнулась с массовым наплывом мигрантов.

Воскобойник убежден, что через некоторое время тема потеряет актуальность и уступит место новому информационному поводу. Однако кадровый дефицит, вызванный войной, демографическими проблемами и миграцией украинцев за границу, будет оставаться одним из главных вызовов для рынка труда еще много лет.

Напомним, ранее советник руководителя Офиса президента Михаил Подоляк заявлял, что проблему дефицита работников в Украине частично могут компенсировать роботизированные системы.

Еще ранее PR-стратег Сергей Дидковский отмечал, что одних только трудовых мигрантов недостаточно для решения демографических проблем Украины. По его мнению, стране необходимо прежде всего повышать производительность труда.