Искусство после здравого смысла: от Мана Рэя до войны в Украине
50 лет назад умер Ман Рэй — художник, фотограф, кинорежиссер и один из главных экспериментаторов авангарда XX века, который превратил случайность, абсурд и нарушение привычных функций вещей в полноценный художественный метод. Он принадлежал к кругу дадаистов, которые уже во время Первой мировой отказались описывать безумную реальность привычными средствами. Спустя сто лет похожий механизм можно увидеть в украинском искусстве.
Кинокритик Алексей Росовецкий предлагает поговорить о том, почему большая война меняет не только то, о чем говорит искусство, но и сам язык, которым оно описывает мир — когда реализма уже недостаточно, чтобы показать, насколько изменилась сама реальность.
Большая война заставляет искусство усомниться в здравом смысле. Мир остается узнаваемым, но привычные вещи и жесты меняют значение, а повседневность — свои правила. Здравого смысла становится недостаточно, чтобы объяснить новый опыт, поэтому искусству приходится нарушать привычную логику изображения, чтобы точнее передать реальность, которую изменила война.
Именно поэтому во время Первой мировой возникает Дада. Европейская цивилизация искренне гордилась рациональностью, научным прогрессом и эффективной промышленностью — и те же самые достижения позволили поставить массовое убийство на промышленную основу. Для художников проблема заключалась уже не только в самом ужасе войны, сколько в невозможности осмыслить ее привычными категориями: мир, который называл себя разумным, перестал выглядеть таковым.
Дадаисты ответили на это сломом привычного художественного языка. Место выверенной композиции заняла случайность, вместо связной речи — абсурд, а традиционные произведения искусства заменили обычные предметы быта, вот только лишенные привычного назначения. Почти идеальный пример — «Подарок» Ман Рэя 1921 года. Объект представляет собой обыкновенный утюг, к подошве которого прикреплены гвозди. Форма знакома, но пользоваться этой вещью по назначению уже невозможно. Так предмет домашнего порядка превращен в инструмент разрушения.
Сто лет спустя похожий механизм изменения художественного языка под воздействием войны можно увидеть в украинском искусстве. Но не потому, что украинские художники продолжают традиции Дада — исторические обстоятельства, эстетика и задачи у них совершенно разные. Просто война опять меняет смысл и назначение самых привычных вещей.
Так, в мирной жизни окно должно пропускать свет. Во время войны, как все мы, к сожалению, знаем, окна заклеивают крест-накрест. Дарья Кольцова превращает этот вынужденный рисунок в «Теории защиты» в художественный образ. Орнамент возникает уже не ради красоты, а чтобы защитить человека от осколков.
Жанна Кадырова в серии «Тревога» берет старые декоративные гобелены с идиллическими домиками, детьми и пейзажами и помещает поверх слова «Воздушная тревога». Художнице не нужно изображать саму ракету: достаточно сигнала, после которого совершенно обычная жизнь мгновенно меняет свои правила. В ее же «Палянице» хлеб — традиционный символ гостеприимства, превращается в знак сопротивления. Напомню, что после российского вторжения слово «паляниця» стало своеобразным языковым паролем: по его произношению украинцы нередко отличали своих от россиян. Кадырова находит в закарпатской реке камни, похожие на буханки, и превращает их в каменные паляницы. Хлеб, которым принято встречать гостей, становится символом отказа принять незваного гостя.
Леся Хоменко показывает другой сдвиг. На фотографиях украинских военных приходится скрывать лица, оружие и детали местности, потому что незаблюренный снимок способен передать врагу информацию. Война меняет уже саму функцию фотографии: изображение, которое должно показывать, вынуждено скрывать.
Получается важная закономерность. Война меняет значение привычных вещей быстрее, чем искусство успевает придумать для нее новые символы. Поэтому художники используют уже существующий язык — окно, хлеб, фотографию, караоке, семейный интерьер, и показывают, как война радикально меняет смысл привычных вещей и явлений повседневной жизни.
Первая мировая заставила поколение Ман Рэя усомниться в нормальности мира, который называл себя разумным. Российская война вынуждает украинских художников искать новые выразительные средства, чтобы показать, как военная реальность постепенно проникает в обычную жизнь и меняет ее изнутри. И в этом, возможно, содержится связь между двумя этими поколениями художников. Когда здравый смысл перестает адекватно описывать человеческий опыт, искусству приходится нарушать его правила, чтобы точнее передать сломанную реальность.
Автор выражает личное мнение, которое может не совпадать с позицией редакции. Ответственность за опубликованные материалы в рубрике "Мнения" несет автор.