В Крыму подпольно торгуют водкой и закрывают магазины

2015-02-04 10:02:00

3083 0

Репортаж из аннексированного Крыма, который с 1 января 2015 года начал жить по российским законам

По улицам посленовогодней вечерней Феодосии лениво прогуливаются немногочисленные прохожие. Холодает. С залива задувает колючий северо-восточный ветер, лужи покрываются ледяной корочкой. С двумя приятелями захожу в кафе, чтобы выпить чего-нибудь согревающего.

За столиком напротив барной стойки скучает пожилой сторож, пялясь в телевизор. Увидев нас, оживляется.

— А это всё, что вы можете предложить? — спрашиваю я, указывая на полки, заставленные жидкими рядами пивных бутылок.

— Сейчас узнаю, — обещает сторож и кричит в направлении подсобки: — Валя, поговори с ребятами.

В зал входит женщина лет пятидесяти, укутанная в тёплую шаль. Подозрительно осматривает нас.

— Что вам?

— Мы бы хотели выпить кофе и чего-нибудь крепкого: коньяку или водки.

— Проходите сюда, здесь вам будет удобнее, — провожает нас в отдельный кабинет с одним столиком. Вскоре вносит кофе и графинчик.

— Что это у вас всё так засекречено? — подтруниваю я над ней.

— Да вот, — вздыхает, — лицензию оформить не успели.

 

 Сухой закон

Для многих магазинов и кафе ударом под дых стало требование получать лицензии на торговлю алкоголем по новым, российским, правилам.

А они значительно жёстче украинских: продавать спиртное запрещено в магазинах площадью менее 50 кв. м, на остановках и заправках, а также на расстоянии менее 100 метров от детсадов, школ и медучреждений.

Выполнить эти условия могут далеко не все. Знакомый чиновник рассказывает, что в Феодосии было около 160 магазинов, торговавших алкоголем, теперь лицензию смогут получить только 40 из них. 

Сейчас лишь несколько магазинов работают легально. Многие просто не успели получить документы. Выдающий их "Росспирт" пришёл в Крым в ноябре и отводит два месяца на проверку торговой площадки.

Лицензия на год стоит 65 тыс. руб­лей — около 16 тыс. грн. Владелец двух продуктовых магазинов Илья Кожевников говорит, что в Украине предприниматели платили за право торговать спиртным 500 гривен в сельской местности и 10 тысяч — в городах. Поэтому нельзя сказать, что эти пошлины неподъёмные. Но есть другая проблема.

— В Украине мы были чепэшниками, просто получали лицензии и ставили кассовый аппарат, — объясняет Илья. — В России торговать алкоголем может только юрлицо. А оформление ООО больно бьёт по бизнесу. Это затраты на бухгалтера, оформление документов, регистрация устава. Ты уже должен платить налоги с доходов, а не работать по фиксированному патенту, как это было в Украине: около 350 гривен в месяц при обороте до 300 тысяч.

Ещё одно неудобство: ООО часто проверяют. В случае нарушений, а их находят почти всегда, наказывают гораздо строже, чем индивидуальных предпринимателей. Причём до недавнего времени Роспотребнадзор должен был заранее предупреждать о своём визите. Теперь эта структура получила право внезапных проверок магазинов и кафе.

— До 1 января крымчан щадили. Как будет дальше, неизвестно, — говорит Кожевников.

Он отмечает, что в его прибрежном посёлке ещё никто не получил лицензии. При этом в небольших торговых точках на алкоголь приходилось не менее 50% выручки.

Спиртное теперь продают только из-под полы и только "своим". Предпринимателей не останавливает угроза большого штрафа и конфискации товара — жить как-то нужно.

Некоторые пытаются хитрить. Например, спички оценивают в 200 рублей, при этом даря покупателю бутылку вина. Но все понимают, что такую партизанщину скоро прижмут, многим придётся закрыться.

— В России вообще система рассчитана на более крупный бизнес, на большие торговые сети. Закон подстроен под них, — рассуждает Илья, подчёркивая, что вскоре множество продавцов потеряют работу.

Те же, кто успел оформить документы, пользуясь моментом, повышают цены, не боясь отпугнуть и так немногочисленных клиентов. Я убеждаюсь в этом во время прогулки по Коктебелю.

Несмотря на яркое солнце и плюс 15, людей на улицах практически нет: за полчаса уже в третий раз встречаю небольшую компанию, в которой узнаю российскую телеведущую Арину Шарапову. На всей длинной набережной курортного посёлка работает лишь одно кафе.

Два кофе и две рюмки местного ординарного коньяка здесь оценивают в 600 рублей — примерно 150 гривен. "Одна-а-а-ко", — с усмешкой протягивает мой приятель, прикидывая, что ценник за последние месяцы подрос примерно вдвое.

 

 Покупатель уже не тот

Наталья владеет магазином в посёлке Приморском. Благодаря удачному расположению мини-маркета в квартале многоэтажек и достаточно широкому ассортименту ей пока удаётся держаться на плаву. Но, глядя на своих коллег, Наталья понимает, что её не ждёт ничего хорошего.

Уверена, что малый бизнес будет "потихоньку загибаться": в ближайший год закроется как минимум половина магазинов, некоторые уже не работают. Впрочем, отмечает, что ещё есть оптимисты, которые надеются на курортный сезон. Правда, их становится всё меньше.

Спрос на коммерческую недвижимость упал, но её владельцы не снижают цены, боясь продешевить

В последние месяцы рентабельность бизнеса значительно снизилась. Многие признаются, что работают в ноль. Эффект от повышения пенсий и зарплат бюджетникам уже не чувствуется: постоянный рост цен привёл к тому, что большинство крымчан снова экономят.

Очередной заметный скачок случился в декабре, когда рубль резко девальвировал. Львиную долю продовольственных товаров в Крым завозили из Украины. С украинскими поставщиками расплачивались в гривнах. Поэтому оптовикам приходилось покупать в Крыму доллары, потом менять их в Украине на гривны. Естественно, эти траты перекинули на конечного потребителя.

— Покупательная способность снизилась. Средние зарплаты — в районе 10–12 тысяч рублей, пенсии — около 10 тысяч, цены по многим позициям выше, чем в Москве. В принципе, мы пришли к тому, что было до 16 марта: люди пока ещё могут оплатить квартплату — она только начала повышаться, купить продукты, — констатирует Илья Кожевников.

Продукты продолжают дорожать. С 1 января изменились правила ввоза грузов, идущих из Украины, их подолгу оформляют на границе, поэтому многие украинские поставщики решили не связываться с Крымом. Как следствие, на пункте пропуска на Чонгарском полуострове сейчас можно увидеть лишь пять-шесть фур.

Крымские предприниматели переключаются на российские товары, которые стоят дороже. К тому же часто бывают проблемы с доставкой: грузовики из России перевозят паромами, а море зимой часто штормит.

В результате полки в магазинах пока не пустуют, но крымчане отмечают, что ассортимент скудеет. Впрочем, большинство из них не очень расстраивается по этому поводу, часто приводя один аргумент: "зато у нас нет войны".

 

 Нелегальное положение

Ранее предполагалось, что переходный период закончится 1 января. Однако предпринимателям, которые ведут деятельность, не требующую лицензирования, разрешили работать по украинским документам до 1 марта.

Недавно крымские налоговики отрапортовали, что к концу 2014 года зарегистрировали 19 тыс. индивидуальных предпринимателей. Но не стали говорить, что годом ранее только в Симферополе их было 24,5 тыс.

Виктор Никифоров, торгующий одеждой, поясняет, что бизнес не торопился переоформляться.

Как только получаешь российское свидетельство о госрегистрации, ты начинаешь работать по российским налогам. Они раза в два-три выше, — рассказывает он. — В декабре налоговая не смогла всех обслужить. К тому же несколько дней она не работала, так как отключали свет. А ещё все госслужбы стали переходить на российские документы почему-то в декабре, их обслуживали вне очереди.

Прикинув перспективы, некоторые предприниматели решили даже не пытаться работать по российским законам. На улицах крымских городов то и дело бросаются в глаза объяв­ления на фасадах пустующих магазинов "Аренда", "Продаётся".

— Коммерческая недвижимость сейчас никому не нужна, — считает Илья Кожевников. — При этом стоимость аренды не снизилась. Более того, многие пытаются сдавать за доллары. Это крымский менталитет: помещение может стоять годами, но цены никто не снизит.

Некоторые решают пока перейти на нелегальное положение. Марат, занимающийся ремонтом компьютеров и оргтехники, как раз из таких. Он подсчитал, что российские налоги ему будет сложно потянуть, поэтому не стал оформлять индивидуальное предпринимательство.

"Работы меньше, потому что денег стало меньше у людей", — констатирует Марат. Теперь он планирует найти работу, связанную с IT, в какой-нибудь госструктуре, где бы ему платили хотя бы 12–15 тыс. рублей, а по вечерам — подрабатывать ремонтами.

Фото: Алексей Батурин, Getty Images

Loading...