Все статьиВсе новостиВсе мнения
Мнения
Журнал
Красивая странаРейтинги фокуса

Мнение: Левые крайние. Провинциальная Украина

Чем быстрее интернет и ближе мир, тем более убогой выглядит наша провинциальность
000

«Если Норвегия – это задворки Европы, то Украина – просто задрипанное местечко!» – кипятится приятель, у которого есть один, но существенный недостаток. С первыми промилле алкоголя в крови у него начинает «болеть Украина» и случается то, что великий русский писатель Лев Толстой описал формулой «не могу молчать». После первых 50 граммов приятель вспоминает фразу Жванецкого о том, что «нельзя безнаказанно жить в Киеве». Ещё через сотку начинает задавать глупые вопросы. Чаще всего – «Почему я не могу дома выпить Starbucks?» и «Мне что, ездить за книжной полкой IKEA в Варшаву?» Наконец, когда дело приближается к 300 граммам, приятель пускается в рассказ о том, как он безуспешно ищет на журнальных раскладках украинский Esquire и The New Yorker. В такие моменты его не смущает даже то, что оценить «нью-йоркский ньюйоркер» он не может по причине нулевого английского. Да и насчёт поездки в Варшаву преувеличивает – дальше города Ясиноватая, где у родителей жены двухэтажный дом, он пока не бывал. Наши посиделки всякий раз заканчиваются одинаково: «Сноб», – ласково приговаривает его жена, бережно унося на покой. «Провинциалка!» – огрызается приятель, в такие моменты сильно напоминающий героя Зощенко.

Потерявший жёсткую привязку к географии провинциализм сродни радиации, которую чувствуешь, только вырвавшись в экологически чистые места. Лучше других этот феномен описывает герой Пелевина из Generation П: «В Нью-Йорке особенно остро понимаешь, что можно провести всю жизнь на какой-нибудь маленькой вонючей кухне, глядя в обосранный грязный двор и жуя дрянную котлету. Будешь вот так стоять у окна, глядеть на это говно и помойки, а жизнь незаметно пройдёт». А на вопрос, зачем же так далеко ездить, сам удивляется: «Потому что в Нью-Йорке это понимаешь, а в Москве нет».

Такая смена «точки сборки» позволяет совершать удивительные открытия. Мне, например, удалось заметить вывеску «Парикмахерская MaNoн в ста метрах от дома – провинциальный гибрид латиницы и кириллицы. Напротив MaNoн супермаркет: в ассортименте украинский сыр «Бри», больше напоминающий сырок «Дружба» с подозрительным белым налётом, а также и другие самозванцы – бренди, не имеющие ничего общего с провинцией Коньяк, и шипучки, не подозревающие о существовании Шампани. Понятно, что человеку с неиспорченной душой всё это провинциальное жульничество глубоко чуждо, от стыда бежит он прочь из супермаркета и напивается в честном, как поэма «Москва-Петушки», заведении «Закусочная». Ещё одно удивительное открытие настигло в привокзальном буфете славного городка Казатина, где мне предложили отведать блюдо «айнтопф Пихельштайн»: местных кулинаров какой-то германофил научил так называть суп с редкими фрагментами сосисок. Случай из этой же коллекции: на прошлой неделе только отсутствие свободных номеров спасло коллегу от ночёвки в гостинице «Версаль» в славном городке Дебальцево.

Провинциализм по-украински – не только непонимание своего места в мире и связанный с этим комплекс неполноценности, но и нежелание что-либо менять. «А давайте по-другому сделаем?» – «Зачем?» – «Потому что мы так ещё не делали». – «Не получится». – «Почему?» – «Потому что сэло».

Кстати, если верить западным соседям, от провинциальности их не спасают ни интернет, ни знание языков, ни уровень дохода на душу населения от провинциальности их не спасают ни интернет, ни знание языков, ни уровень дохода на душу населения . Не верите, посмотрите, что недавно сказал о Вене бывший руководитель тамошнего Музея прикладного искусства Петер Ноевер после скандальной отставки: «Вена – это город препятствий и неприятия, таким он был, есть и будет. Это общество патологической зависти, злопамятности, ни с чем не сравнимой провинциальности. Самое обидное, что именно Вена располагает исключительным человеческим потенциалом, здесь рождаются и живут лучшие люди. Но венский интеллектуал обречён либо на эмиграцию (так поступало множество венцев на протяжении веков), либо на тихую смерть».

Ничего не напоминает? А если меняем «Вену» на «Киев»?

Михаил Кригель, редактор отдела «Общество и культура»

0
Делятся
Google+
Загрузка...
Подписка на фокус

ФОКУС, 2008 – 2017.
Все права на материалы, опубликованные на данном ресурсе, принадлежат ООО "ФОКУС МЕДИА". Какое-либо использование материалов без письменного разрешения ООО "ФОКУС МЕДИА" - запрещено. При использовании материалов с данного ресурса гиперссылка www.focus.ua обязательна.

Данный ресурс — для пользователей возрастом от 18 лет и старше.

Перепечатка, копирование или воспроизведение информации, содержащей ссылку на агентство ИнА "Українські Новини", в каком-либо виде строго запрещены.

Все материалы, которые размещены на этом сайте со ссылкой на агентство "Интерфакс-Украина", не подлежат дальнейшему воспроизведению и/или распространению в любой форме, кроме как с письменного разрешения агентства.

Материалы с плашками "Р", "Новости партнеров", "Новости компаний", "Новости партий", "Инновации", "Позиция", "Спецпроект при поддержке" публикуются на коммерческой основе.