Новый этап после окончания войны: почему Украина не сможет вернуться к мирной жизни
В годовщину начала полномасштабного вторжения России психолог Ольга Духнич предлагает осознать, что окончание войны не вернет прежний мир, каким бы дорогим он для нас ни был. Мирная жизнь будет другой — и бесполезно хранить ключи от старого дома, если он был разрушен...
Каждое 23 февраля мне хочется написать, что мы никогда не вернемся в 23.02.2022.
Это простая идея, но мы как общество постичь ее не очень можем.
Нас будет меньше, мы будем другими и нам себя придется переизобретать. Потому что каждая большая война заканчивается потерей старого мира и старой жизни, и эта тоже закончится тем же. Но само осознание того, что мы или изменимся, или исчезнем — тяжелое.
Не хочется меняться, невыносимо понимать, что старый мир рухнул, а мы до сих пор цепляемся за его обломки. И мы имеем на это право, пока война продолжается. Но война закончится или остановится, и мы будем вынуждены оглянуться и признать, что мир таки изменился.
Жить новым, даже хорошим, но другим — сложно, иногда невыносимо. Потому что в новом мире не найдется места многим вещам, к которым мы привыкли и которые так любили. Мы даже будем атаковать это будущее. Голосовать за проповедников несуществующего прошлого. Но если готовиться к этому новому — тогда боль и тоска будут меньше.
Когда-то после 2014 мы были в Зугдиди, в старых трущобах, заброшенных домиках, где жили грузины, которые вынуждены были покинуть Абхазию. Это были измученные люди, которые жили ожиданием возвращения старого мира, без надежды надеялись, держали на виду ключи от дома, который еще в первый год войны сравняли трактором.
Важно
И каждый из них, живя более 20 лет в этих старых зданиях, рассказывал о том, что вот, возможно, в следующем году будут какие-то договоренности, они смогут вернуться в старую жизнь. Не просто на свою землю, а в старую жизнь, которую они оставили в одно страшное утро.
Они вспоминали соседей, обычаи улицы, чем занимались, кем были и не замечали настоящего, в котором живут.
Эта старая жизнь не давала им даже подумать о настоящем и планировать будущее. Они зависли в лимбе. И хотя половины тех, о ком они рассказывали уже не было живыми, улицы не было, они отмахивались и говорили — восстановим так, как было, ничего, что нас мало, мы воссоздадим прошлые отношения и обычаи, как-то оно будет, как было.
Тогда меня это поразило.
Мы можем возвращаться на свои земли и я верю, что однажды мы это сделаем, но мы не сможем вернуться в наши старые жизни. В старые отношения, в старые представления друг о друге. Нам придется переосмысливать себя, свое представление о "своих", о стране, о нации, о государстве. Увидеть, что "после войны" потребует от нас не меньших ментальных усилий, чем сама война.
Готовиться к нему надо уже сейчас, прежде всего — развивая чувствительность друг к другу.
И я хочу, чтобы у нас не хватило сил выбирать новое.
У нас нет времени на лимб.
Автор выражает личное мнение, которое может не совпадать с позицией редакции. Ответственность за опубликованные данные в рубрике "Мнения" несет автор.
Важно