Воля или смерть. Что сулит украинским заключенным эпидемия коронавируса

Фото: УНИАН
Фото: УНИАН

Франция, США, Великобритания и ряд других стран стали массово выпускать заключенных, боясь распространения эпидемии COVID-19 внутри колоний. Готова ли Украина применить такие кардинальные меры и что сегодня происходит в тюрьмах, разбирался Фокус.

Группа риска

В начале апреля Харьковская правозащитная группа (ХПГ) опубликовала на своем официальном сайте отчет о положении дел в украинских местах лишения свободы. Картина неутешительная. В колониях, как сообщают общественники, не хватает масок и других средств индивидуальной защиты, а дезинфекция проводится крайне редко. Есть сложности и с медицинской помощью, заключенным попасть на прием к врачу даже с симптомами респираторных инфекций удается не всегда. Впрочем, как рассказал Фокусу Евгений Захаров, директор ХПГ, ситуация по Украине очень неравномерная. «Есть учреждения, в которых все совсем плохо. Там средств индивидуальной защиты нет даже у руководства», – объясняет он. Но в отдельных регионах колонии обеспечены лучше – в бараках есть антисептики, а маски выдают не только сотрудникам, но и заключенным. Но даже в таких более-менее благополучных учреждениях остается угроза попадания вируса внутрь колонии, что неминуемо приведет к летальным исходам.

На сегодняшний день в местах лишения свободы в Украине содержится около 52 тыс. человек. Из них 32 тыс. – это осужденные, остальные 20 тыс. – ожидающие вынесения приговора в следственных изоляторах. И еще порядка 28 тыс. человек работает в пенитенциарной системе страны. Эксперты в один голос твердят, что COVID-19 особенно опасен именно для тех, кто находится в исправительных учреждениях. Это и неудивительно, считает Маргарита Тарасова, координатор проектов Центра прав человека ZMINA, ведь у заключенных иммунитет зачастую крайне ослаблен. Не секрет, что в колониях и тюрьмах массово распространены серьезные заболевания – ВИЧ/СПИД, гепатит, туберкулез. Поэтому каждый случай коронавируса здесь, скорее всего, будет проходить в самых тяжелых формах. Тем более что лазареты также находятся в плохом состоянии. «Медчасти в колониях не относятся к структуре Министерства здравоохранения, а подчиняются Минюсту, – объясняет Тарасова. – И ситуация в них плачевная. Представьте самую плохую больницу в Украине, а там все в разы хуже». По ее словам, в лазаретах нет необходимых медицинских препаратов, они практически не оснащены оборудованием.

4 кв. м1 кв. м

Проблема еще и в том, что сейчас не проводится независимая оценка ситуации в местах несвободы. На время карантина сотрудники офиса Уполномоченного ВР Украины по правам человека не могут попасть в тюрьмы. Впрочем, этот вопрос сейчас решается, и есть предварительная информация о том, что на следующей неделе эксперты продолжат мониторинг.

Превентивные меры

«Как и вся страна, пенитенциарная система оказалась не готова к эпидемии. И мы понимаем, что в нынешнем состоянии она, конечно, не справится ни с одной массовой инфекцией или серьезным заболеванием», – подтверждает в разговоре с Фокусом Елена Высоцкая, заместитель министра юстиции Украины. По словам чиновницы, основная причина – недостаточное финансирование уголовно-исполнительных учреждений со стороны государства. Именно из-за отсутствия денег большинство колоний до сих пор не обеспечены средствами индивидуальной защиты и дезинфекторами. Однако из резервного фонда госбюджета под эти нужды уже выделено 3,6 млн грн. «Несмотря на то что все происходит по упрощенной процедуре, нам понадобилось время, чтобы найти необходимую продукцию в нужном количестве и закупить ее», – объясняет Высоцкая. Поставки масок ожидаются в течение этой недели, но выдавать их будут лишь сотрудникам колоний и тюрем. «Заключенные не контактируют с внешним миром, именно персонал в этом случае является переносчиком», – уточняет замминистра.

За время карантина коронавирус был обнаружен лишь у одного сотрудника пенитенциарной системы, который сейчас проходит лечение. Также COVID-19 подтвердился у одной арестованной в СИЗО, она находится в инфекционной больнице. Впрочем, тестов на коронавирус в украинских колониях все равно нет, поэтому узнать реальную статистику инфицирования вряд ли возможно.

Минюст уже обращался в Минздрав с просьбой выделить какое-то количество тестов хотя бы для проверки новых людей, поступающих в изоляторы, но этого так и не произошло

«В случае появления симптомов у кого-то из заключенных наш протокол действий предусматривает изоляцию этого человека. Если состояние пациента ухудшится и в учреждении не смогут оказать ему необходимую помощь, то его перевезут в инфекционную больницу», – рассказывает Высоцкая.

Понимая, что в случае масштабной вспышки заболевания в колониях справиться с ситуацией без тестов, медикаментов и всего прочего будет крайне сложно, Минюст сейчас активно внедряет превентивные меры. Одним из первых таких шагов стал запрет на посещение заключенных их близкими. Отмена свиданий в колониях из-за карантина практикуется в разных странах, и, надо сказать, что местами это вызвало довольно бурный протест как со стороны осужденных, так и их родственников. Например, в Италии подобные запреты спровоцировали настоящие тюремные бунты. Более 6 тыс. человек оказались вовлечены в стычки с персоналом колоний. 16 заключенным из-за беспорядков даже удалось сбежать.

В Украине же к отмене свиданий заключенные отнеслись с пониманием. Тем не менее в идеале запрет на посещения в колониях должны компенсировать осужденным за счет онлайн-встреч с близкими. Реформа Государственной уголовно-исполнительной службы Украины действительно предусматривает доступ заключенных к интернету. По словам Высоцкой, нормативно это уже разрешено, однако в бюджете на 2020 год средства на техническое оснащение колоний не закладывались. «Для этого необходимо не так много оборудования, но на это все равно нужны деньги», – уточняет чиновница. Поэтому в министерстве сейчас ищут варианты использования спецфондов мест заключения для решения этого вопроса.

Важно
От Черной смерти до COVID-19. Как пандемии ускоряют ход истории
От Черной смерти до COVID-19. Как пандемии ускоряют ход истории

По словам психолога Яны Барановой, которая много лет занимается поддержкой заключенных, многие осужденные сами принимают дополнительные меры для своей защиты. «Знаю, что некоторые из тех, кто сидят на пожизненном, отказываются выходить из камер на прогулки или телефонные звонки родственников, чтобы лишний раз не контактировать с персоналом», – рассказывает она. При этом уточняет, что посылки от близких и сейчас продолжают поступать, так что связь заключенных с внешним миром поддерживается хотя бы таким образом.

Отпустить всех

Несмотря на то что в Минюсте надеются, что вирус не попадет внутрь колоний, существует и другой сценарий развития событий, гораздо менее оптимистичный и грозящий многочисленными летальными исходами. И как тогда будут развиваться события, сказать сложно. В то же время в разных странах мира эпидемия привела к массовому освобождению заключенных. Так, во Франции с середины марта по 1 апреля из тюрем досрочно выпустили более 6 тыс. человек. 3 апреля генеральный прокурор США Уильям Барр сообщил, что часть осужденных из исправительных колоний переведут под домашний арест. Тысячу заключенных решили отпустить и в самом густонаселенным регионе Германии – Северном Рейне-Вестфалии. 23 марта власти Индии обратились ко всем штатам и союзным территориям, чтобы те определились, кого можно освободить условно-досрочно. ООН, в свою очередь, рекомендовало государствам пойти на такой шаг, чтобы предотвратить смерти среди персонала и приговоренных к тюремным срокам.

Украинские правозащитники обратились к руководству страны с просьбой внедрить подобный опыт и у нас. «Министерство юстиции изучает эту практику, но мы очень осторожны даже в комментариях по этому поводу», – говорит Фокусу Елена Высоцкая. При этом она подчеркивает, что вопрос о том, кого могли бы выпустить из-за карантина, не находится в компетенции ее ведомства. Подобные решения могут приниматься лишь на законодательном уровне.

Между тем в Верховной Раде Украины находится законопроект об амнистии-2020, подготовленный народным депутатом Игорем Фрисом (фракция "Слуга народа). Изначально данная законодательная инициатива никак не была связана с эпидемией, но с началом карантина приобрела новое актуальное значение. Документ предусматривает амнистию для 1 тыс. человек, а именно для участников АТО, беременных, людей с инвалидностью, пенсионного возраста и т. д.

Евгений Захаров из Харьковской правозащитной группы считает, что в сложившейся ситуации есть смысл расширить категории заключенных, подлежащих амнистии. Правозащитник предлагает, чтобы были выпущены те, кому осталось сидеть меньше одного года. «Можно освободить и тех, кто не совершал насильственного преступления, если он провел в заключении больше половины срока», – добавляет он. Соответствующие рекомендации Захаров уже направил в Минюст и парламент. По его словам, это позволит освободить не одну тысячу человек, а до пяти тысяч, что значительно разгрузит пенитенциарную систему.

По словам Александры Матвийчук, главы правления Центра гражданских свобод, государство уже сейчас должно объяснять обществу, что такое расширение списка не означает, что на свободе одномоментно окажутся тысячи «преступников-рецидивистов». Речь идет о тех, кто был осужден за преступления средней тяжести, не связанные с посягательством на жизнь и здоровье людей.

Впрочем, даже если закон об амнистии действительно примут, то возникает другая проблема – как освобожденным добраться до места жительства. Государство обязано предоставить людям возможность доехать домой, но сейчас в стране не ходят ни автобусы, ни поезда, ни электрички. Даже без амнистии сроки у некоторых заключенных подходят к концу, и они оказываются за воротами исправительных учреждений. Николай Сиома, директор Украинской фундации правовой помощи, рассказывает, что Минюст разослал распоряжение колониям, чтобы они обеспечили транспортировку тех, кто освобождается из мест лишения свободы. Но такая возможность есть далеко не у всех учреждений. «Например, человек находился в колонии в Харьковской области, а ему надо добраться в Кировоградскую. И что ему делать?» – говорит общественник. В случае амнистии этот вопрос станет еще более актуальным, так что к этому стоит подготовиться заранее.

СИЗО на расселение

Какие бы риски распространения COVID-19 ни существовали в колониях, в следственных изоляторах они вырастают в разы. Если заключенные практически не общаются с внешним миром и их перемещения по максимуму ограничены, то в СИЗО ситуация иная. По словам Александры Матвийчук, в Лукьяновском изоляторе Киева есть камеры, где одновременно находятся до 40 человек. И ситуация осложняется, тем, что туда постоянно заезжают новые арестованные, каждый из которых потенциально может быть заражен. В то же время, дистанционное проведение судов пока практикуется лишь точечно, так что большинству приходится ездить на заседания, что лишь увеличивает возможности распространения инфекции.

Вопрос с переполненными изоляторами в Минюсте обещают решить в ближайшее время. По словам Елены Высоцкой, сейчас идет поиск более свободных учреждений, по которым будут распределять задержанных.

Однако Маргарита Тарасова считает, что таких мер недостаточно для того, чтобы обезопасить людей. «Единственная адекватная стратегия – это полностью разгрузить изоляторы, используя альтернативные формы содержания под стражей», – подчеркивает эксперт.

Важно
Рукотворный или нет? Все, что известно о происхождении коронавируса SARS-Cov-2
Рукотворный или нет? Все, что известно о происхождении коронавируса SARS-Cov-2

Украинские правозащитники сходятся во мнении, что судьи должны по максимуму избирать домашний арест как меру пресечения подозреваемым. Однако на практике этого не происходит, и в СИЗО продолжают поступать новые задержанные. «Думаю, что для нашей судебной системы так проще – подозреваемый всегда под рукой, в любой момент его можно привезти под конвоем на заседание», – уверена Тарасова. Хотя многие страны массово отказываются от такой практики, а нахождение в изоляторе становится крайней мерой, а не автоматическим решением суда. «Действительно, процент задержанных, которые содержатся в изоляторах, намного выше, чем в других странах», – считает правозащитник Евгений Захаров. По мнению экспертов, эпидемия COVID-19 как раз может стать поводом для того, чтобы пересмотреть политику Украины в отношении содержания под стражей.