Помогает ли "сильная рука" навести порядок в стране: опыт хунты Аугусто Пиночета

Как правило, когда речь заходит о Чили времен Аугусто Пиночета, люди делятся на две группы.

Первая — те, кто считает генерала той самой "сильной рукой", которая отстранила от власти левых популистов и "навела порядок и восстановила законность" в стране. Так обычно говорят люди правых взглядов.

В свою очередь вторая группа — представители левого и либерального политического спектра — указывают на жестокие методы генерала Пиночета и на то, что даже если его цель и была благородной, то методы всё равно невозможно ничем оправдать.

При этом существует ещё и третий вариант оценки событий, который ранее редко упоминался в международных дискуссиях, но в последние годы число его сторонников всё больше растёт.

Фокус разбирал предпосылки и перипетии путча под руководством Аугусто Пиночета, а также его последствия для всего мира.

Сальвадор Альенде: честный президент-социалист

За три года до переворота на выборах в Чили победил социалист Сальвадор Альенде. Это был тот редкий случай, когда сторонник СССР пришёл к власти совершенно демократическим путём. Не без поддержки Кремля, конечно. КГБ оказывало ему финансовую помощь, с другой же стороны, ЦРУ тоже тратило ресурсы на информационные кампании против президента из враждебного Вашингтону лагеря.

Придя к власти, Альенде национализировал основные секторы экономики Чили: банки и предприятия, связанные с добычей, переработкой и экспортом меди, были изъяты у их владельцев без какой-либо компенсации. При этом сам медный сектор издавна принадлежал американским компаниям. Сказать, что такие действия вызвали возмущение в Вашингтоне, — это ничего не сказать.

Тем временем на другом конце света Альенде приветствовали как первого демократически избранного президента-социалиста. До этого считалось, что социалисты могут прийти к власти только в результате революции.

Стакан молока среди пустых полок

Впрочем, дальше поздравлений в Москве не спешили заходить. Зато у левого идеалиста дела пошли плохо. Он ввел государственное регулирование цен, однако с полок в магазинах начали исчезать товары. Социалистическое правительство издало приказ о том, чтобы все дети в возрасте до пятнадцати лет обеспечивались бесплатным стаканом молока в день — да где взять столько молока?

По странному стечению обстоятельств в то время в мире обвалились цены на медь — ключевой элемент экспорта Чили. Страна пережила экономический крах. Инфляция достигала сотен процентов, товары на полках приходилось искать "с фонариком" — тотальный дефицит стал основным определением экономического положения Чили.

Сальвадор Альенде отправился за помощью в СССР, в ходе своего турне он даже побывал в Киеве. Однако советское правительство отказало своему латиноамериканскому товарищу в существенной помощи. Первый демократически избранный социалист остался один.

В то время США потерпели унизительное поражение во Вьетнаме. И никто не собирался допустить появления "еще одной Кубы". Президент Ричард Никсон ещё после избрания Альенде на одном из секретных совещаний со спецслужбами заявил, что "экономика Чили должна плакать". Так и произошло. В 1973 году страну охватила волна забастовок. Протестовали все: от домохозяек до дальнобойщиков. На фоне этого в конце июня 1973 года взбунтовалось танковое подразделение. Бронемашины двинулись на правительственный квартал, однако президента спас командир столичного гарнизона генерал Аугусто Пиночет.

Именно тогда, по-видимому, и состоялся упомянутый выше разговор Аугусто с его женой. Принципиальный генерал выглядел единственной опорой законно избранного правительства — поэтому в конце лета президент Альенде назначил Пиночета командующим Сухопутными войсками.

А уже спустя почти две недели в Чили произошёл образцово-показательный военный переворот, ставший одним из самых известных в массовой культуре политических событий XX века. Всего за несколько часов было свергнуто правительство, и в стране полностью сменился политический режим.

Боевые корабли, вышедшие в море на учения, неожиданно свернули с курса и начали оказывать огневую поддержку войскам и авиации, продвигавшимся на Сантьяго. В то же время боевые самолеты начали бомбардировку правительственного квартала. Генерал Аугусто Пиночет возглавил переворот, но он не смог бы его осуществить без поддержки руководителей других родов войск. Все они впоследствии вошли в состав руководящей коллегии (исп. "хунта"), которая затем безальтернативно управляла страной в течение следующих почти двух десятков лет.

Вооруженные силы нанесли удары по оппозиционным радиостанциям, редакциям газет и средствам связи. Президент Альенде с несколькими десятками сторонников забаррикадировался в своей резиденции. Они были вооружены автоматами Калашникова, а в ответ их обстреливали из крупнокалиберного оружия. В конце концов президента нашли мертвым с огнестрельным ранением. По официальной информации, Альенде застрелился из пистолета, который ему подарил Фидель Кастро.

Стадион, так стадион

Коллегия генералов объявила о роспуске парламента, запрете профсоюзов и ввела цензуру в СМИ. Был введён комендантский час и объявлена настоящая охота на сторонников свергнутого президента. Силовикам были предоставлены чрезвычайные полномочия. Они могли без надлежащего следствия арестовывать и подвергать пыткам подозреваемых в симпатиях к Сальвадору Альенде или дружественным ему политическим силам. А тех, у кого на улице находили оружие, расстреливали на месте.

Поскольку мест в камерах для всех арестованных не хватало, было решено организовать концлагерь прямо на стадионе — Национальной арене Чили. Всего жертвами хунты стали около трёх тысяч чилийцев, десятки тысяч подверглись различным репрессиям.

Интересно, что уже в ноябре было решено провести на Национальном стадионе международный футбольный матч (отборочный). А соперником должна была стать сборная СССР — страны, которая во всех возможных средствах массовой информации осуждала переворот. Конечно, представители СССР наотрез отказались играть на том стадионе. На чемпионат мира поехала сборная Чили. Таков вот первый своеобразный "успех" хунты.

Уже в следующем году Пиночета без каких-либо выборов провозгласили президентом Чили. Таким образом, по сравнению с другими участниками переворота, его статус повысился. По крайней мере формально. Официально диктатура продлилась до 1980 года, когда хунта согласилась разработать новую конституцию, которую на референдуме "одобрили" две трети избирателей: в условиях репрессий и цензуры результат был вполне предсказуем.

В следующем году, уже без дополнительных консультаций с народом, автоматически начался восьмилетний срок полномочий генерала Аугусто Пиночета. По истечении этого срока на референдуме, который должен был предоставить ему мандат ещё на восемь лет правления, он потерпел фиаско и... ушёл от власти.

Чикагские мальчики

Стабилизировав политическую ситуацию с помощью террора и репрессий, хунта передала управление экономикой молодым экономистам-теоретикам, выпускникам Чикагского университета. Их ещё называли "чикагскими мальчиками". Военные обеспечили им отсутствие сопротивления, поэтому Чили стало настоящей экспериментальной площадкой для неолиберальных реформ.

Была проведена массовая приватизация. Всего через несколько лет после национализации. При этом предприятия часто покупали по заниженным ценам лица, близкие к режиму. Были привлечены иностранные инвестиции — транснациональные компании охотно инвестировали в страну, где запрещены профсоюзы, любые протесты, а рабочая сила с каждым днём только дешевеет. Также были практически отменены импортные пошлины, что привело к массовому наплыву зарубежных товаров. Это подорвало позиции национального производителя, особенно в промышленности.

В начале 1980-х годов, когда страна, казалось бы, вернулась к конституционному порядку, Чили пережила самый серьёзный с 1930 года (периода Великой депрессии) экономический кризис. Обанкротились более тысячи предприятий.

Правительство выводило страну из кризиса, предоставляя субсидии и дешёвые кредиты предприятиям и отраслям, которые оно считало стратегическими, однако зачастую их опять же получали компании, лояльные военному руководству. Правительство Пиночета черпало ресурсы для своих реформ из международных кредитов, которые Чили охотно предоставляли такие организации, как Международный валютный фонд и Всемирный банк. Это, естественно, привело к росту государственного долга страны.

В чём Чили действительно стала своеобразным примером, так это в модели ухода военных от власти, который происходил в рамках системы многочисленных сдержек и противовесов. В частности, это позволило избежать преследования самого генерала Аугусто Пиночета, который умер в 2006 году, так и не получив при жизни приговора суда. Возможно, это не совсем справедливо, но это вариант прекращения диктатуры мирным путем. Без таких гарантий для себя генералы боролись бы за власть до последнего, что привело бы к пролитию рек крови, прежде чем в страну вернулась бы демократия.

Наследие Пиночета

Итак, какое наследие оставил после себя мятежный генерал Аугусто Пиночет? Дискуссии продолжаются как в Чили, где ежегодно в памятные даты десятки тысяч людей выходят на митинги "за" или "против" той или иной стороны. В мире этот вопрос традиционно рассматривается с более философской точки зрения: стоят ли экономические успехи тысяч жертв и десятков тысяч пострадавших от режима военной диктатуры?

В последнее время академические исследования указывают на факты, которые ранее не подлежали обсуждению. В мире, поляризованном "холодной войной", и в условиях ограниченного доступа в Чили было очень сложно провести объективное академическое исследование реального влияния хунты на экономическое процветание.

В годы правления Пиночета и вскоре после его ухода в демократическом мире, благосклонном к США, основное внимание уделялось экономическим реформам и успехам военного правительства в этой сфере. Более того, результаты, полученные в ходе эмпирических исследований (то есть реальные последствия внедрения определенных теорий), в 1980-х годах активно использовались для проведения неолиберальных реформ уже в ведущих странах мира, в частности в США и Великобритании.

В то же время в Кремле и его сателлитах постоянно подчеркивали зверства режима, ущемление демократических свобод и постоянные нарушения прав человека. Какой парадоксальный цинизм. Это трудно понять людям, далеким от контекста официальной советской риторики.

В настоящее время объективные экономические исследования из разных стран мира, в частности из США (которые, как теперь доказано рассекреченными документами, поддерживали переворот и дальнейшую деятельность хунты), показывают условность успеха экономической политики Пиночета и его команды молодых интеллектуалов.

За семнадцать лет диктатуры в различных формах, предшествовавших реальному, а не номинальному переходу к демократии, экономические успехи несколько раз сменялись кризисами. При этом один из экономических кризисов был признан самым масштабным со времён Великой депрессии. Интересно, что подобные пируэты совершали и другие страны с похожей экономической моделью.

То есть страна при правлении хунты продолжала функционировать в экономическом плане как и прежде, только в условиях террора, преследований и многочисленных ограничений прав и свобод. Успехам способствовала внешняя конъюнктура, инвестиционный климат, который обеспечил лояльный к Вашингтону правый режим, и, по этой причине, лояльная политика международных финансовых институтов. Чили добровольно стала ареной для экономических экспериментов и за это получила определенную финансовую помощь, но это мало повлияло на благосостояние населения.

Да, некоторые нововведения способствовали развитию экономики, и уже при демократических правительствах заложенная основа дала определенные результаты. Сейчас Чили по многим показателям входит в число лидеров Латинской Америки. Но сложно оценить именно роль хунты в этих реформах. Да, исторический опыт, важнейшим элементом которого стал крах Советского Союза, показал бесперспективность полноценной плановой экономики. Однако в 1971 году, когда Альенде проводил свои реформы в олигархическом Чили, об этом никто не знал. Президент-социалист мог проиграть очередные выборы, и необходимые рыночные реформы были бы проведены другими реформаторами, которые, возможно, осуществляли бы их медленнее, чем Пиночет, но без массовых внесудебных арестов и казней.

Отсюда вытекает третий возможный вывод о реальной роли Пиночета в истории. Вывод, который выходит за рамки дихотомии "может ли цель оправдать средства", традиционно лежащей в основе дискуссии о роли мятежного генерала.

Вопрос можно сформулировать так: какова, в конечном счете, была настоящая цель Аугусто Пиночета, когда он приказал армии штурмовать дворец законно избранного президента?

Еще за несколько месяцев до этого он убеждал жену, что главная обязанность офицера — служить своей Родине, а уже в начале осени приказал обстреливать собственную столицу. Не была ли единственным результатом всей этой затеи личная власть самого генерала и обогащение близких к нему корпораций? Ради этого он подверг свою страну экономическим экспериментам, которые привели ее к дальнейшим экономическим потрясениям. Его предшественник экспериментировал с левыми инновациями в экономике, генерал же двинулся вправо.

А графики экономического роста — это следствие неумолимого исторического процесса, который произошёл бы независимо от выходок недальновидных и безответственных латиноамериканских политиков. В конце концов, реальное влияние экономического роста на благосостояние чилийцев стало ощутимым лишь в начале XXI века — после новых реформ, которые провели в демократических условиях уже преемники Пиночета.