Разделы
Материалы

Как украинцев освобождают из плена. История Максима Колесникова — военного с яблоком

1 февраля 2023 года. Пять человек, среди которых был я, накануне забрали из разных камер, переодели в форму украинских военных и рано утром подняли и посадили в автозаки с завязанными глазами.

Фото с яблоком. Освобожденный из российского плена Максим Колесников впервые почти за год видит яблоко

Нас несколько часов везли на военный аэродром. Конечно, была надежда, что нас везут на обмен, но был и страх, что это перевоз в другую тюрьму — мы знали, что это случается, и что нам может грозить новая приемка — самое неприятное и болезненное мероприятие в тюрьме. Уже на аэродроме мы долго ждали — часа три, может, больше, сидя все это время со скотчем поверх шапок, натянутых на глаза. В конце концов нас подняли и перетащили в самолет. Какой-то начальник военной полиции, который был в самолете, объявил: нас везут на обмен, но из-за плохой погоды не успевают привезти всех, поэтому обмен будет на следующий день. Потом мы перелетели в Курскую область, забрали группу пленных там, потом в Белгородскую, там тоже кто-то к нам присоединился. После этого нас перевели в другой транспорт — на этот раз в микроавтобусы. Это был уже окончательный сигнал — обмен.

Нас снова оставили ждать. Затем перевезли в другую локацию. Там внезапно скомандовали: скотч с шапок убрать, шапки снять. Далее в микроавтобус вошли чеченцы. Их было трое, один все время снимал нас на айфон. Другой сказал, что он депутат Государственной Думы РФ и организатор обмена с их стороны. Дальше понеслось.

Мол, украинская сторона срывает обмен. Что вроде бы все было согласовано, все россияне сделали, но в последний момент, вопреки всем предварительным договоренностям, украинские переговорщики захотели в обмен добавить азовцев, а на тех уголовные дела и страшные преступления. И добрые россияне уж очень хотят нас отдать, беспокоятся о нас и наших семьях, которые странным образом ничего о нас не знают, но вот плохие украинские чиновники думают только об азовцах и не хотят нас забирать. И вот что этот прекрасный депутат нам предложил — вы, мол, запишите обращение, его покажут, пусть родные протестуют против такого отношения, пусть выходят протестовать, всем звонят по телефону, поднимают общественность. Потому что если не обменяют на следующий день, то вернут в тюрьмы. А это больно.

Было и об одном народе, и о "никому не нужна эта война, кроме политиков".

Мы уже знали настоящую причину того, почему обмен в тот день не случился. Но, к сожалению, нашлось два человека, которые все же на камеру записали обращение о "срыве обмена украинской стороной".

У меня было свое мгновение искушения. Чеченцы предложили нам позвонить по телефону родным. Я на тот момент уже больше 10 месяцев не разговаривал с женой, поэтому поднял руку в ответ на вопрос: "Кто хочет пообщаться с родными?" Но когда я увидел, что даже такой разговор снимают на видео и подсказывают, что родным нужно рассказать о срыве обмена, то опустил руку и натянул шапку на глаза…

Через два дня двоих азовцев привезли в лагерь, где нас держали в ожидании обмена. Их не могли привезти из плена из-за бардака с бумагами и плохой погоды. Украинские переговорщики настаивали на обмене всех по согласованному списку — и победили. 4 февраля нас обменяли.

Представители РФ всегда врут. Всегда пытаются спровоцировать наши внутренние конфликты. Не ведитесь. Доверяйте только своим. Не забывайте, что понять, лжет представитель России или нет, можно по одному простому признаку — он открывает рот.

Источник