Настоящий детектив: как частный сыщик-сталинист навсегда изменил криминальное чтиво

Ветеран Первой мировой войны, подорвавший на фронте здоровье, Дэшил Хэммет не проработал в знаменитом частном детективном агентстве Пинкертона и года. Прогрессирующий туберкулез поставил жирный крест на его дальнейшей работе сыщиком. Но этих впечатлений хватило, чтобы в течение нескольких лет написать цикл романов, которые навсегда изменили детективный жанр.

Считается, что это Хэммет первым вывел на сцену профессионального частного сыщика, циника, драчуна и острослова — безымянного Оперативника из агентства "Континентал". На самом деле это не совсем так. Но именно Хэммет, который знал рутину частного сыска изнутри, вдохнул в своего персонажа настоящую жизнь, как она есть.

И уж точно Хэммет первым додумался взять образ викторианской "роковой женщины" из готических романов и поместить ее в мир городской преступности. Классические femme fatale из романов Хэммета научились играть в криминальном мире по мужским правилам, используя мужчин как инструмент для выживания — и потому могуть быть опаснее матерого уголовника.

Оба эти образа стали каноническими для жанра нуар. Собственно, первый фильм-нуар "Мальтийский сокол" был поставлен по роману Хэммета классиком Голливуда Джоном Хьюстоном. А "Красную жатву" блестяще перелицевали в вестерн Серджио Леоне и Акира Куросава — в самурайский фильм. 

Хэммет первым начал писать о коррупции в профсоюзах и полиции, о том, как переплелись большая политика и криминальный бизнес. При этом за острыми, сенсационными сюжетами стояли живые, узнаваемые характеры, а книги были написаны энергично, по существу и с большой иронией — особенно диалоги.

На этих страницах бурлила реальная жизнь улиц. Мелкие мошенники, проститутки, наркоманы, алкоголики, штрейкбрехеры, политические агитаторы, запойные игроки, гомосексуалы и прочие персонажи, которые считались маргинальными даже в "низком" детективном жанре, получили свой запоминающийся голос.

При этом в книгах Хэммета не было того любования, даже упоения грязью, которыми отличались произведения более поздних авторов "трансгрессивной" прозы наподобие Хьюберта Селби или Уильяма Берроуза. Романы Хэммета были настоящей литературой — в отличие от большинства его коллег по журналу "Черная маска". (За исключением, конечно же, Рэймонда Чандлера и создателя Перри Мейсона Эрла Стенли Гарднера.) 

А присущая автору ирония создавала необходимую дистанцию. Парни, да ведь это просто детектив. 

При этом образ самого Дэшила Хэммета состоит из сплошных противоречий. С одной стороны, блестящий дэнди с безупречной прической и ниточкой усов, элегантный, похожий на кинозвезду, он не выходил из дома без пары белых перчаток и трости. И в то же время — безнадежный алкоголик, неделями не вылазивший из страшных запоев. Во время обострений этот светский лев напивался в ближайшем дешевом мотеле до последнего цента и полной отключки.

При этом светский образ жизни и сумасшедшие заработки, — как сценарист он зарабатывал в Голливуде до 2 тыс долларов в неделю, — никак не мешали его коммунистическим убеждениям.

Хэммет не только состоял в Коммунистической партии США, куда вступил в год Большого террора. Он был главным публичным лицом и одним из ведущих спонсоров компартии, возглавляя, кроме прочего, Конгресс по гражданским правам Нью-Йорка, который вносил залоги за арестованных коммунистов.

Более того, когда в 1939 году был подписан пакт Молотова — Риббентропа, то большинство американских интеллектуалов в ужасе отвернулись от компартии и Советского союза. Но только не Хэммет, который оставался последовательным сталинистом до самого конца.

Но несмотря на все свои противоречия, он был очень цельным человеком. Например, в разгар маккартизма и "охоты на ведьм" 57-летний Хэммет предпочел полгода отсидеть в тюрьме, чем назвать суду имена спонсоров фонда по гражданским правам, которые могли пострадать за свое сочувствие к коммунистам.

Наверное, судья расчитывал на то, что бывший частный сыщик, к тому же пожилой и уже тяжело больной, не выживет среди уголовников. Но зэки в федеральной тюрьме Эшленда уважали его за то, что "Дед" (как там прозвали писателя) сел за решетку, но не сдал своих "подельников". Полгода Хэммет с большим достоинствам драил толчки и никогда не отказывал в помощи сочинить письмо родным, прошение об условно-досрочном освобождении или жалобу адвокату.

Парадоксально, но коммуниста Хэммета в СССР не печатали. По крайней мере так принято считать: мол, это было чересчур мрачно даже для критики загнивающего капитализма. Что, конечно же, не правда.

За много лет до того, как в 1990 году "Мальтийский сокол" вышел по-русски в Москве, украинский перевод романа Надеждой Боровик напечатали в Киеве, в издательстве "Молодь". Оригинальное издание 1972 года сегодня можно без проблем найти в интернете всего за 90 грн. К сожалению, другие книги Хэммета до сих пор на украинский не перевели.

В Эстонии тоже знали и любили классика "черного романа": еще в 1985 году на студии "Таллинфильм" вышла экранизация "Стеклянного ключа" под названием "Свора". Хотя стоит признать, при всем уважении, что адаптация этой книги братьями Коэн под названием "Перекресток Миллера" на порядок лучше.

Так что же случилось с книгами Хэммета после того, как в последние годы жизни СССР они печатались миллионными тиражами?

Во-первых, постсоветскому читателю больше пришелся по душе последователь и вечный конкурент Хэммета Реймонд Чендлер — как писатель, обладавший большей цветистостью литературного языка. Литературный стиль Хэммета по-хемингуэевски скупой и суховатый, а рассуждения Чендлера о жизни, алкоголе и одиночестве хочется разбирать на цитаты.

Во-вторых, на смену милионным тиражам Хэммета пришли миллионы новых имен, от создателя "Молчания ягнят" Томаса Харриса до шпионских романов Тома Клэнси. Тем более, по сравнении с современными детективами — с их депрессивной атмосферой, психологическими травмами персонажей и разнообразными маньяками (и откуда их столько берется?), ироничные частные сыщики в шляпах времен Сухого закона могут показаться побитыми молью музейными экспонатами.

А вот на родине героя его не только помнят и чтут как классика — Хэммет и сегодня актуальный бренд.

В 2024 году вышел сериал "Месье Спейд", в котором постаревшего частного сыщика сыграл Клайв Оуэн. А в январе этого года, когда "Мальтийский сокол" официально перешел в статус общественного достояния, автор "Проклятого пути" Макс Аллан Коллинз выпустил официальный книжный сиквел. Посмотрим, что скажут украинские издательства.

Автор выражает личное мнение, которое может не совпадать с позицией редакции. Ответственность за опубликованные данные в рубрике "Мнения" несет автор.