"Толстая Мона Лиза": как "пышные римейки" из Колумбии изменят ваше представление о классических полотнах

Несколько особенностей творчества художника из Колумбии выделяли его среди всех остальных — пышные округлые формы, минимализация черт лица и акцент на добродушном юморе. Этот фирменный стиль "Ботерисмо" стал визитной карточкой автора, а его работы приобрели культовый статус, пишет BBC.

Для Ботеро преувеличение предметов и фигур было "способом прославить присутствие вещей", — говорит директор Opera Gallery Madrid Белен Эррера Оттино. Он добавляет, что это также "прославление жизни и чувственности природы".

Сам художник на протяжении всей жизни часто объяснял, что главная цель его произведений — поднять настроение тех, кто их видит, и он верил, что этого можно добиться с помощью формы и цвета. Сын художника, бывший министр обороны Колумбии Фернандо Ботеро Зеа, говорил, что его отцу "было понятно, что на протяжении всей истории цель искусства — доставлять удовольствие".

Сам Ботеро был увлечен европейскими старыми мастерами. По словам Ботеро-младшего, отец глубоко верил, что "высшим моментом в истории искусства было [итальянское] Возрождение, и что после этого периода наступил упадок, за блестящими исключениями, такими как Пикассо и художники-импрессионисты".

"Популярность моих собственных работ связана с тем, что я отхожу от подхода, при котором всё непонятно, и зритель чувствует, что ему нужен профессор, который скажет, хорошо это или нет. Я считаю, что картина должна обращаться непосредственно к зрителю", — сказал Ботеро газете Los Angeles Times в 2012 году. "Я считаю, что картина должна обращаться непосредственно к зрителю".

Я не рисую полных женщин... Мне никто не верит, но это правда. Если я рисую женщину, мужчину, собаку или лошадь, я делаю это с объемом

Стиль и наследие отца

Происхождение стиля "Ботерисмо" можно проследить до 1956 года, когда Ботеро жил в Мехико. Тогда художник случайно нарисовал слишком маленькое звуковое отверстие на мандолине в картине "Натюрморт с мандолиной" (1957) и "почувствовал, что инструмент взорвался по громкости и форме".

"Это был день, когда зародился стиль Ботеро. Он создал все свои произведения как часть единого мира, где всё занимает пространство. Очень немногие художники создали целую вселенную, связанную с одним уникальным стилем", — говорит сын художника.

Директор Колумбийского дома искусств Николас Гомес Эчеверри отмечает, что творчество Ботеро — это не просто восхваление западного искусства, а, напротив, его искусство исследует связь Колумбии с ним. Он объясняет, что "Мона Лиза", например, можно найти в печатном виде по всей стране.

"Рядом находится ресторан под названием "Мона Лиза", и это пиццерия. Я считаю, что такие работы Ботеро, как, например, его "Мона Лиза", подтверждают, как эти образы приходят из другого контекста через океан и становятся частью нашей латиноамериканской визуальной культуры", — говорит господин Эчеверри.

Сын художника говорит, что отец, находясь под влиянием западных шедевров и благодаря обучению в Италии и Франции, смотрел на картины особым взглядом. А находясь под влиянием доколумбового искусства, которое часто отличалось крупными, округлыми формами, это позволяет современным специалистам увидеть в нём особый колумбийский отпечаток.

"Он [отец] всегда чувствовал себя настоящим колумбийцем и всегда стремился достойно представлять эту страну на международной арене", — говорит Ботеро-младший.

Николас Гомес Эчеверри также категоричен — Ботеро разрушал границу между высоким и низким искусством. Важный художник в истории Колумбии показал, что эти два вида искусства могут "быть частью одних и тех же референсов", чем переворачивает традиционные представления о "белой, чистую культуру" и заставляет найти в ней новые интерпретации для будущих поколений.

Ранее Фокус сообщал о том, как создатель манги повлиял на импрессионистов и показал красоту Японии. Кацусика Хокусай впервые употребил слово "манга" ещё в далеком 1814 году, а уникальность произведений автора была настолько велика, что оказала влияние на всемирно известных мастеров Европы XIX и XX веков.

Впоследствии стало известно, что они зашифрованы в картине Босха "Сад земных наслаждений". Их основной смысл сводится к "пагубному влиянию чувственных наслаждений", но это не совсем так.