Белорусского оппозиционера осудили за призывы к санкциям

Из постановления суда следует, что штраф – компенсация морального вреда гражданке Марине Цыблиенко, работнице Мозырского НПЗ, посчитавшей себя оскорбленной призывами оппозиционера бойкотировать белорусские нефтепродукты до освобождения политических оппонентов Лукашенко.

При этом "оскорбительные" мнения политика не были оглашены в решении суда – указано лишь, что в прессе они появились 14 марта. Ни до, ни после этой даты Европа не вводила санкции против белорусских НПЗ.

В феврале и марте Европейский союз расширил список белорусских чиновников, которым запрещен въезд в Европу, и ввел "точечные" санкции против ряда белорусских бизнесменов, которых в ЕС считают финансистами режима Лукашенко.

Ряд белорусских оппозиционных политиков называют такие санкции недостаточными для освобождения подвергнутых уголовному преследованию политических оппонентов белорусского лидера.

Президент Лукашенко не раз публично критиковал политику европейских санкций и обещал ответить на нее, в том числе санкциями в отношении белорусской оппозиции.

"Во время выступлений в зале суда свидетели из числа работников НПЗ заявили, что не читали моего обращения к европейским политикам. А резолюцию на заседании профкома приняли потому, что им сказало это сделать высшее профсоюзное начальство", – замечает Виктор Ивашкевич.

Профсоюзные активисты из Мозыря и Минска пикетировал здание суда с плакатами, на которых было написано: "Экономические санкции – это позор для Европы!", "Провокаторов, которые призывают к экономическим санкциям против Беларуси – к ответу!", "Руки прочь от трудовых коллективов!". Поддержать работницу НПЗ Марину Цыблиенко пришли члены Белорусского республиканского союза молодежи (в недавнем обращении к народу и парламенту президент Лукашенко называл его комсомолом).

"Я не думаю, что этот процесс политический, – сказала Марина Цыблиенко. – Я возмутилась тем, что человек, живущий в нашей стране, делает такие призывы. Я опасаюсь за наше будущее, будущее наших детей".

"Это моя позиция как простого рабочего человека, гражданина Белоруссии, – объяснила заявитель. – Я считаю, что его [Виктора Ивашкевича] обращения могут спровоцировать введение таких санкций. Потому что в ЕС будут слышать только его голос и говорить: о, так это же весь народ так говорит! Другие-то молчат!".

Белорусское телевидение заявляло, впрочем, что и другие молчать не намерены. В начале апреля, сообщая о судебном иске работницы Цыблиенко к оппозиционеру Ивашкевичу, телевидение страны демонстрировало заседание профсоюзной организации ОАО "Нафтан", утверждая, что работники этого предприятия тоже готовы призвать к ответу известных белорусских оппозиционеров, призывающих Запад к давлению на режим Лукашенко.

Руководители региональных структур пропрезидентского объединения "Белая Русь" выступили с предложением приостановить деятельность политических партий, лидеры которых призывают ввести санкции против официального Минска.

Эксперты говорят о возврате Белоруссии к советской практике "народного бичевания" критиков власти и отмечают, что в стране создана система, препятствующая проникновению в трудовые коллективы критиков существующих порядков.

"Вот только такой, как в СССР, монополии на работяг у нынешней белорусской власти нет", – полагает правозащитник Людмила Грязнова.

"Да, рабочие боятся потерять то, что им платят, соглашаются подчиняться указаниям начальства. Но стараются в начальничьи игры особо не ввязываться, "отбывают номер", если уж заставят идти с плакатами на официальную маевку. А потом "голосуют ногами" – уходят, отметившись, с мероприятий, на которые согнали, уезжают из страны туда, где платят больше", – отмечает правозащитник.

"На сегодняшний день иных судебных исков за мнения о санкциях нет, – говорит Виктор Ивашкевич. – Поднять волну народного возмущения "продажными" оппозиционерами у властей не получилось, потому и мой процесс закончился почти полюбовно: вместе с судебными издержками я заплачу 800 тысяч белорусских рублей (чуть менее 100 долларов)".

Однако по причине судебного иска Ивашкевичу запрещен выезд из Белоруссии, а генпрокуратура в конце марта вынесла политику официальное предупреждение за действия, названные "подрывом госсуверенитета".

"Возможные дискриминационные меры в отношении предприятий Республики Беларусь могут оказать негативное влияние на различные слои белорусского общества. На рабочих и служащих, на пенсионеров, инвалидов, детей, – заявил в эфире государственного телевидения начальник управления генпрокуратуры Павел Родионов.

– И с точки зрения национального законодательства такие действия со стороны безответственных лиц на территории Республики Беларусь квалифицируются с точки зрения уголовного кодекса и за них предусмотрена достаточно жесткая ответственность".

Активистов, вступившихся во вторник за честь Мозырского нефтеперерабатывающего завода и страны, многократно показали по государственным телеканалам – правда, не в зале суда, где съемка была запрещена, а слушания напоминали политическую дискуссию.

В ходе двухчасового судебного процесса оппозиционный политик Виктор Ивашкевич стремился втолковать заводскому профактиву, кто действительно получает прибыль от нефтепереработки, в чем суть европейских санкций, почему в Белоруссии год назад случилась девальвация и растут цены.

Марина Цыблиенко отвечала, что о проблемах взаимоотношений официального Минска с ЕС "слышала, но не вдавалась в подробности", ценовую политику государства считает правильной в условиях Таможенного союза, а в белорусской девальвации виноват мировой кризис.

Судья удалила из зала двух сторонниц Цыблиенко, слишком громко возмущавшихся политическими заявлениями оппозиционера Ивашкевича, предложившего своим оппонентам пойти на мировое соглашение.

"Нам нужно вместе с трудовым коллективом мозырского завода собраться и обсудить, чьи действия реально создают угрозу экономических санкций, кто удерживает политзаключенных, кто ссорится с руководителями европейских держав, кто обирает тех же рабочих, – говорил Ивашкевич. – Нам нужно подумать вместе, как законным образом выбрать власть, которая наладит нормальные отношения с Евросоюзом и снимет в принципе вопрос о санкциях".

Предложение начать широкую дискуссию между оппозиционерами и рабочими на Мозырском НПЗ было отвергнуто, приговор Ивашкевичу профактивисты из Мозыря встретили аплодисментами.

Марину Цыблиенко не смущает, что Виктор Ивашкевич наказан за санкции, которых нет.

"Нужно предупреждать, а не ждать, пока нам станет плохо, когда санкции применят. Что я потом смогу сказать? Сколько я потеряю? Да Ивашкевич мне не заплатит столько, сколько я потеряю! – заявила Русской службе Би-би-си Цыблиенко. – А ребята наши? Я председатель цехового профсоюзного комитета. И разве за моей спиной не стоят рабочие, которые выбрали меня председателем?".

В дискуссии после суда не удалось выяснить, впрочем, сколько именно потеряла бы Марина, если бы Евросоюз решил бойкотировать покупку и транспортировку белорусских нефтепродуктов.

"Я, как и Марина, тоже председатель цехового профсоюзного комитета, – объяснял я об этом не знаю, – говорил приехавший на суд в столицу из Мозыря инженер Александр Засинец. – Мы же не торгуем, мы производим, до нас доводится план. Один процент от прибыли идет в фонд оплаты труда. Но зарплата у нас хорошая: в среднем шесть миллионов по заводу".

Марина Цыблиенко заявила, что деньги, полученные за моральный вред, нанесенный ей высказываниями оппозиционера, направит в местное отделение Красного Креста.

Виктор Ивашкевич сказал, что не будет опротестовывать приговор, хотя не понимает, как сможет исполнить его в части опровержений и воздержания от высказываний.

"Мы договорились с судьей, что я приду за разъяснениями завтра [в среду]. Я не понимаю, как и почему я должен отказаться от своего мнения. Что я должен опровергать в течение десяти дней?" – заявил Виктор Ивашкевич, выйдя из здания суда.