Теракт во Львове за 60 тысяч: как спецслужбы РФ вербуют украинцев и поможет ли блокировка Telegram

В ночь на 22 февраля в центре Львова прогремели два взрыва. По данным правоохранителей, погибла 23-летняя полицейская, еще более двух десятков человек получили ранения. Следствие квалифицировало событие как террористический акт. Вероятная исполнительница и несколько человек, которые могут быть причастны к подготовке взрывов, задержаны.

По предварительным данным, за выполнение теракта женщине пообещали 60 тысяч гривен. Эти средства она планировала использовать для решения собственных финансовых проблем.

Инцидент произошел во время комендантского часа. Первый взрыв прогремел после прибытия правоохранителей на вызов. Через несколько минут произошел второй — уже тогда, когда на месте работали дополнительные экипажи полиции и службы реагирования. Именно это обстоятельство, по словам экспертов, свидетельствует о целенаправленном характере атаки.

Бывший сотрудник СБУ Иван Ступак отмечает, что схема напоминает тактику "двойного удара", которую используют террористические группировки для максимизации потерь среди силовиков.

"Первый взрыв — отвлекающий. На место съезжаются полицейские, спасатели, медики. А второй активируется тогда, когда там уже больше всего людей в форме", — объясняет он.

По предварительным оценкам, взрывные устройства были изготовлены кустарным способом. Большое количество раненых может свидетельствовать об использовании поражающих элементов — металлических фрагментов, которые увеличивают радиус поражения.

Эксперт отмечает: атака была направлена не на случайных гражданских, а именно на правоохранителей. Время — период комендантского часа — минимизировало присутствие прохожих, но гарантировало прибытие служб реагирования.

"Это означает, что всем надо быть внимательнее. Независимо от того, где вы живете. Если видите что-то подозрительное — не молчите", — говорит Ступак.

По его оценке, с высокой вероятностью за такими диверсиями стоит Российская Федерация. Цель — не только физические потери, но и психологический эффект: посеять страх, подорвать доверие к силовым структурам, создать ощущение опасности даже в тыловых регионах.

60 тысяч за теракт: кого и как вербуют

Отдельный вопрос — механизм вербовки. По словам Ступака, предложенная сумма может казаться незначительной, однако для определенных категорий людей она становится решающей.

"Шестьдесят тысяч гривен — это немного. Но для кого-то это могут быть большие деньги здесь и сейчас", — говорит он Фокусу.

По словам эксперта, чаще всего вербовщики обращают внимание на людей с зависимостями — наркотической или игровой. Лудоманы, которые имеют долги из-за онлайн-казино, или наркозависимые, которым постоянно нужны средства, — наиболее уязвимая группа. Также это могут быть люди в сложных финансовых обстоятельствах — с долгами или серьезными проблемами в семье.

Еще одна категория — эмоционально отчаявшиеся или озлобленные люди.

При этом нередко используется банальный обман. Человеку могут не говорить прямо о теракте. Задачу формулируют размыто: "перенести", "положить", "сделать сюрприз", "немного напугать". Обещают, что никто не пострадает.

"Но это не снимает ответственности. Человек должен понимать, что он делает", — подчеркивает Ступак.

Telegram и "мелкие задачи"

Основным каналом вербовки, по словам экспертов, остается Telegram. Именно через мессенджеры чаще всего происходит первичный контакт, передача инструкций и координация действий.

Сразу после трагедии заместитель руководителя Офиса президента Украины Ирина Верещук высказалась за блокирование Telegram как одного из инструментов, который используют российские спецслужбы для вербовки диверсантов.

Впрочем, бывший сотрудник СБУ скептически относится к идее полной блокировки платформы.

"Если заблокировать Telegram, они перейдут в WhatsApp или Signal. Заблокировать все — значит изолировать страну. Это проблему не решит", — говорит он.

По словам эксперта, технология вербовки не привязана к конкретному мессенджеру. Это лишь инструмент. Если один канал закрывается, используется другой. Полная блокировка популярных платформ может создать дополнительные ограничения для бизнеса, волонтеров и обычных граждан, но не гарантирует прекращения диверсионной деятельности.

Вербовка почти никогда не стартует сразу с предложения совершить теракт. По словам Ступака, сначала человека "прощупывают" через мелкие поручения.

Это могут быть задания вроде:

• сфотографировать административное здание или объект инфраструктуры;
• сделать селфи на фоне конкретного места;
• проверить, работает ли освещение или, есть ли охрана;
• передать простую информацию.

Такие поручения выполняют сразу несколько функций. Во-первых, кураторы проверяют, готов ли человек выполнять инструкции. Во-вторых — реальное ли он лицо, а не сотрудник украинских спецслужб, который пытается выйти на контакт.

"Они боятся, что с другой стороны может сидеть сотрудник СБУ. Поэтому сначала — тестовые задания. Это может длиться неделями", — объясняет Ступак.

Фактически формируется постепенное втягивание в процесс. Человек привыкает к выполнению поручений, получает небольшие вознаграждения, чувствует "контакт" и постепенно теряет психологический барьер.

Эксперт не исключает и другого сценария: инициативный выход потенциального исполнителя на контакт. В условиях экономических трудностей часть людей может самостоятельно искать "подработку" в сомнительных Telegram-каналах с обещаниями быстрого заработка.

Далее начинается этап постепенного погружения — сначала мелкие поручения, затем более сложные. При этом исполнителю могут не сразу сообщать реальную цель.

В некоторых случаях человеку говорят, что речь идет лишь о "напугать" или "создать шум", убеждая, что никто не пострадает. В то же время ответственность за действия, отмечает Ступак, остается персональной.

По мнению эксперта, проблема не только в конкретной платформе, а в самой модели современной цифровой коммуникации. В глобализированном мире каналы связи быстро меняются, а технологии обхода ограничений развиваются еще быстрее.

"Если блокировать все подряд, мы начнем изолировать самих себя. Это не наш путь", — отмечает Ступак.

Зато он считает, что ключевым является не запрет мессенджеров, а системная работа с выявлением вербовочных сетей, профилактика и повышение осведомленности граждан о рисках "легких денег".

Теракт во Львове в очередной раз продемонстрировал: диверсионная война ведется не только через ракеты и дроны, но и через смартфоны — с сообщений, которые начинаются с простого "есть небольшое задание за вознаграждение".

Кто активировал второй взрыв и была ли это ловушка с самого начала

Ключевой вопрос в деле львовского теракта — механизм второго взрыва. Именно он нанес наибольший ущерб, ведь произошел тогда, когда на месте уже работали правоохранители и службы реагирования.

По словам Ступака, существует несколько возможных сценариев активации второго устройства.

Первый вариант — таймер. В таком случае взрывчатку могли запрограммировать заранее с расчетом на стандартное время прибытия экипажа полиции после вызова — ориентировочно 5-15 минут.

Второй вариант — дистанционная активация человеком, который находился поблизости. Это мог быть соучастник, который наблюдал за ситуацией из окна или с другой точки обзора и дождался, когда на месте соберется максимальное количество силовиков.

Третий сценарий — управление через канал связи. Речь идет о возможности передать сигнал через GSM-сеть или другое техническое средство дистанционного запуска. В таком случае исполнитель мог находиться даже в другом регионе или за пределами Украины.

"Если исполнительница после первой закладки уже покидала место происшествия, то кто-то должен был активировать второе устройство. Или это был таймер, или дистанционное управление", — отмечает Ступак.

Теракт во Львове: возможно ли повторение

На вопрос, могут ли подобные атаки повториться, Ступак отвечает без иллюзий: да, риск сохраняется.

По его словам, попытки диверсий продолжаются на протяжении всей полномасштабной войны. Часть из них СБУ и Нацполиция успевают предупредить еще на стадии подготовки — через перехват коммуникаций или разоблачение вербованных лиц. Однако полностью исключить возможность единичных атак невозможно.

Теракт во Львове, по мнению эксперта, является частью более широкой стратегии дестабилизации: создать ощущение опасности даже в относительно тыловых регионах, подорвать доверие к силовым структурам и посеять страх.

Расследование продолжается. Следователи устанавливают полную цепь — от вербовки до технической реализации второго взрыва. Правоохранители проверяют, действовала ли подозреваемая самостоятельно, имела ли сообщников на месте и, осуществлялась ли дистанционная координация.

Львовский теракт стал болезненным напоминанием: война имеет не только фронтовую, но и диверсионную составляющую. И даже тыловые города остаются в зоне риска.

Отметим, президент Украины Владимир Зеленский в вечернем обращении сказал, что Россия готовит новые теракты против украинцев.

Также Фокус писал, что ранее ограничивать Telegram начали в России. Полностью заблокировать мессенджер там планируют уже с 1 апреля.