Разделы
Материалы

Подготовка дронов к сражениям будущего: как можно использовать опыт войны в Украине

Ольга Шевченко
Фото: Facebook | Дроны на службе ВСУ: неспособность России установить господство в воздухе значительно повысила ее уязвимость для ударов украинских беспилотников

Беспилотники доказали свою жизненно важную роль в конвенциональных боевых действиях в Украине, Нагорном Карабахе и других регионах, подтвердив, что средневысотные низкоскоростные БПЛА важны далеко не только в борьбе с терроризмом и повстанцами.

Армия США располагает внушительным арсеналом БПЛА, но эффективность этих беспилотников в выполнении заданий, выходящих за рамки борьбы с терроризмом, практически не доказана.

В Ираке, Афганистане, Сирии и других странах Ближнего Востока такие беспилотники, как MQ-1 Predator и MQ-9 Reaper обеспечили США и их союзникам важнейшую разведывательную информацию и возможность нанесения точных ударов, обнаруживая и уничтожая главных лидеров и командиров, которые в противном случае остались бы вне досягаемости.

"Глобальная война с террором" требовала огромного количества самолетов и персонала, поэтому американские военные беспилотники были вынуждены учиться в бою. Они непрерывно летали без возможности устранить фундаментальные недостатки в процессах постановки задач, командования, управления и целеуказания, критически важных для этих воздушных средств.

Поскольку Соединенные Штаты готовятся к потенциальной войне против равных противников и негосударственных субъектов, поддерживаемых государством, программа разработки беспилотников должна соответствовать новым требованиям — чтобы БПЛА оставались жизнеспособной составляющей воздушной мощи коалиции, Соединенным Штатам нельзя почивать на лаврах. Вместо этого они должны активно готовиться к будущему.

Фокус перевел новый текст Джо Риттера:

Дроны и их роль в войне будущего

Я управляю MQ-9 Reaper с 2016 года. Мне понадобилось больше года боевого опыта и более десятка боевых вылетов, прежде чем представилась возможность принять участие в крупномасштабных учениях. Одно из подразделений, в котором я летал, повысило свою точность почти на 20% благодаря тщательному анализу боевых данных. Это было значительным достижением, но сама потребность в боевых данных для создания жизнеспособной тактики указывает на дефицит возможностей для тестирования и обучения.

Если Соединенным Штатам придется сражаться с равным противником, у них не останется возможности учиться в течение нескольких месяцев или лет в условиях стабильных боевых действий. Экипажи должны развивать свои навыки в условиях мирного времени, а когда им придется применять оружие, они должны наносить максимальный урон с первых минут конфликта.

Беспилотники доказали свою жизненно важную роль в конвенциональных боевых действиях в Украине, Нагорном Карабахе и других регионах, подтвердив, что средневысотные низкоскоростные БПЛА важны далеко не только в борьбе с терроризмом и повстанцами.

Два боевых вылета БПЛА во время войны в Афганистане выявили существенные недостатки в целеуказании, а также в командовании и управлении. В 2001 году американский беспилотник MQ-1 Predator поразил автомобиль, припаркованный у комплекса муллы Омара в Кандагаре, несмотря на то, что лидер талибов находился в соседнем здании. В возникшем хаосе лидер Талибана сбежал и скрывался от американских войск до самой смерти.

В 2021 году из-за трагического просчета во время эвакуации Кабула MQ-9 Reaper убил 10 гражданских лиц, которые, по мнению военных, представляли угрозу, хотя разведывательные органы понимали, что это не так.

Сенсорные и боевые возможности беспилотников совершили эволюционный скачок за два десятилетия, но фундаментальные проблемы с методологией их применения остались.

Ударные беспилотники добились значительных успехов на ранних этапах глобальной войны с терроризмом, существенно ослабив Аль-Каиду и другие экстремистские группировки. Первый Predator, совершивший полет в Афганистане, был, по сути, экспериментальным аппаратом. Непредвиденным следствием этих первых успехов стало предположение американских военных о том, что БПЛА можно применять в бою, не уделяя должного внимания совместной подготовке и целеуказанию. Сегодня Соединенные Штаты и их союзники должны совершенствовать возможности беспилотников, чтобы всесторонне подготовить их к противостоянию новым противникам и выполнению новых задач.

Живучесть: теория против практики

До войны в Украине главным аргументом против таких платформ, как MQ-1, MQ-9 и даже TB-2, была их недостаточная живучесть. Какие шансы у воздушного судна, летающего медленнее и неповоротливее, чем истребитель времен Второй мировой войны, против современных средств ПВО? Повстанцы хути в Йемене успешно сбивали "Риперы" ВВС, а Иран, как известно, сбил высотный разведывательный беспилотник MQ-4 в 2019 году.

Эти потери указывают на уязвимость платформ, но при этом подвергают сомнению саму постановку задач для беспилотных воздушных судов. История показывает, что устаревшее оружие в определенных обстоятельствах может противостоять современным самолетам.

В 1999 году сербские войска использовали 40-летний SA-3, чтобы сбить стелс-бомбардировщик F-117 – этот подвиг стал возможен благодаря использованию недочетов НАТО в разведке и оперативной безопасности. В любом случае такие потери указывают на непонимание угроз, существующих в операционной среде, и на необходимость устранения технических недостатков.

В вооруженных силах США большая часть дискуссий о живучести дронов носит теоретический характер. Подавляющее большинство американских беспилотников принимало участие в борьбе с терроризмом, так что у Соединенных Штатов не было ни персонала, ни самолетов, ни инфраструктуры для проведения обширного технического анализа того, как их беспилотники противостоят вероятным угрозам.

В Украине российские системы ПВО, предназначенные для поражения традиционных истребителей, с трудом нацеливаются на TB-2 из-за его низкой скорости и уникального радиолокационного сечения. По данным источников, значительная часть потерь российских систем ПВО в этом конфликте приходится на удары ТВ-2.

При беглом взгляде на характеристики Bayraktar или Reaper может показаться, что большинство ракетных систем легко их превзойдут. Но при дальнейшем изучении обнаруживаются слабые места в системе ПВО, которыми могут воспользоваться такие беспилотники. Сегодня ВВС регулярно проводят полеты беспилотников на полигонах с новейшими возможностями моделирования угроз, но при этом редко оценивают их работу против систем "земля-воздух" или имитационных истребителей противника.

В отличие от американских Predator и Reaper, TB-2 управляется по каналу прямой видимости. Этим обусловлена ценовая доступность беспилотника, но такая связь ограничивает дальность его действия менее чем 320 км. Экипаж и наземное оборудование управления также гораздо более уязвимы из-за близости к полю боя.

На протяжении всей истории их БПЛА активно использовались в военное время
Фото: "Армия Информ"

В свою очередь, на MQ-9 Reaper можно летать из любой точки земного шара благодаря спутниковому управлению, а радиус его действия составляет более 1600 км. Это резко увеличивает объем воздушного пространства, которое противнику необходимо защищать, и позволяет наносить удары с разных направлений.

Использование боеприпасов всепогодного действия еще больше усложняет защиту, требуя применять больше систем "земля-воздух" и больше патрулей истребителей. Увеличив количество "расходуемых", США могут еще больше насытить противовоздушную оборону противника.

В Украине неспособность России установить господство в воздухе значительно повысила ее уязвимость для ударов украинских беспилотников. Соединенные Штаты могут использовать передовые возможности своих собственных БПЛА, чтобы создать противнику еще больше проблем.

Война с применением БПЛА: подготовка к современным угрозам

Действия российских военных в Украине представляют собой яркий пример результата плохой подготовки. США и их союзники имеют значительный опыт применения беспилотников в борьбе с терроризмом, но у них катастрофически мало опыта борьбы с современными угрозами. Единственный способ приобрести такой опыт – интегрированная, многопрофильная подготовка. Учения Red Flag и другие были разработаны для подготовки экипажей воздушных судов к боевым действиям, однако участие БПЛА в таких мероприятиях очень ограничено из-за их уровня оперативной ответственности. Ограничения на использование беспилотников в воздушном пространстве США еще больше урезают возможности тренировок.

Даталинк, используемый для управления военными беспилотниками, – очевидное слабое звено в борьбе с противником, обладающим даже самыми примитивными средствами радиоэлектронной борьбы. До сих пор в ходе контртеррористических операций США сталкивались с минимальными кибер- и космическими угрозами, но Китай и Россия потратили годы на разработку систем, способных бросить вызов американским военным в электромагнитном спектре.

Чтобы разработать адекватные контрмеры, Соединенные Штаты должны потратить время и ресурсы на развитие оперативного взаимодействия между БПЛА и космическими и кибернетическими средствами – точно так же, как обычные самолеты ближней авиационной поддержки потратили десятилетия на совместные тренировки с наземными силами, чтобы отточить свою эффективность.

Децентрализованное командование и управление

Во время моего самого первого боевого вылета на MQ-9 я ждал более 30 минут, чтобы уничтожить артиллерийскую установку Исламского государства. Это было связано с координацией, необходимой для того, чтобы убедиться в отсутствии дружественных сил в воздушном пространстве, а затем получить разрешение на произведение удара. В войне против динамичного противника или при наличии угроз цепочка поражения должна занимать секунды, а не минуты. Разумеется, с тактической и моральной точек зрения очень важно убедиться, что БПЛА поражают нужные цели. Но война против равного противника наверняка предоставит ошеломляющий объем сенсорных данных, и американские военные должны суметь быстро и точно определить, когда и где применить кинетическое и некинетическое оружие.

На протяжении всей глобальной войны с терроризмом для управления беспилотниками использовались ударные ячейки или другие центральные органы. Такая структура действенна только в разрешительной среде, где у противника нет возможности разрушить американские коммуникации и командные центры с помощью оружия дальнего действия.

Рассредоточив элементы командования и управления и позволив беспилотным самолетам действовать децентрализованно, Киев дал возможность TB-2 и другим беспилотникам продолжать полеты, несмотря на российские удары и меры радиоэлектронной борьбы.

Соединенные Штаты уже продемонстрировали способность управлять своими беспилотниками в миссиях без централизованного управления, но для эффективного выполнения подобных заданий в бою необходимы целенаправленные тренировки.

БПЛА в боевых действиях: подготовка к будущему

Чтобы БПЛА оставались эффективными в борьбе с вероятным противником, Соединенные Штаты должны создать стабильную архитектуру управления и контроля, способную превзойти противника.

В связи с сокращением численности войск на Ближнем Востоке у США появилась возможность выделить ресурсы на подготовку своих беспилотников к будущим конфликтам. В то же время необходимо привлекать БПЛА на новые театры военных действий, чтобы удовлетворить растущие потребности в сборе разведданных. ВВС США значительно расширили свое присутствие MQ-9 в Европе, а ВВС и Корпус морской пехоты активно работают над включением Reaper в операции над Тихим океаном. Учитывая угрозы, исходящие от российской агрессии и китайской морской экспансии, это разумные решения с точки зрения картографии.

В то же время Соединенные Штаты должны понимать, что на протяжении всей истории их БПЛА активно использовались в военное время. Если ранее необходимость наносить удары по террористам и обеспечивать прикрытие войскам в Афганистане оправдывала задержки в модернизации, то сегодня угроза конфликта с равным противником требует смены фокуса.

  1. Нельзя продолжать управлять беспилотниками в условиях недостаточной подготовки и разобщенного командования и управления, которые наблюдались в течение последних двух десятилетий.
  2. Чтобы повысить готовность к выполнению новых задач и испытать новые стратегии целеуказания, экипажи БПЛА должны иметь возможность готовиться к борьбе с превосходящими угрозами и научиться преодолевать недостатки, присущие дистанционно управляемым воздушным судам.
  3. Для обеспечения готовности БПЛА к боевым действиям с первого дня конфликта необходимы реальные и виртуальные тренировочные мероприятия во взаимодействии с другими силами. Новые технологии значительно расширили возможности существующих беспилотных платформ и создали новые способы использования этих судов. Но без реалистичных и всеохватывающих возможностей для обучения американские военные не смогут полностью реализовать свой потенциал.

Применение вооруженных беспилотников в Афганистане в 2001 году было правильным выбором. Однако было ошибочно предполагать, что БПЛА смогут участвовать в боях без должного цикла испытаний и обучения. Текущая методология целеуказания уже продемонстрировала свои недостатки и будет совсем непригодна на многоуровневых полях сражений будущего. Хотя беспилотники, безусловно, ценны и в небоевых ролях, командиры и политики должны уже сейчас подготовить воздушные суда, экипажи и инфраструктуру командования и управления к полномасштабной войне.

В будущих конфликтах у Соединенных Штатов будут минуты, а не годы, чтобы скорректировать свою стратегию. Передовые технологии никогда не смогут заменить необходимость подготовки людей-операторов, и без целенаправленной программы подготовки к будущему Соединенные Штаты рискуют потерять свое превосходство в беспилотной авиации.

Об авторе

Джо Риттер – офицер ВВС с 14-летним опытом работы в разведке, летных испытаниях и эксплуатации дистанционно управляемых воздушных судов. Он участвовал в регулярных и специальных операциях на Ближнем Востоке, в Европе, Азии и Африке. До полетов на MQ-9 он был членом экипажа RC-135 Rivet Joint и служил инженером проекта, где разрабатывал и внедрял новые боевые возможности. Автор выражает благодарность Джонни Дюрею и Брай Дау.