Минуты на решение и миллионы жизней: чем на самом деле опасен мир после СНВ-III
Сегодня мир окончательно остался без ядерных предохранителей. Завершение действия договора СНВ-III означает не просто конец еще одного международного соглашения, а переход в реальность, где стратегическое сдерживание больше не подкреплено контролем и доверием. Фокус выяснил, чем на самом деле грозит исчезновение последнего механизма ядерных ограничений и означает ли это, что мир стал ближе к ядерной катастрофе.
Сегодня, 5 февраля завершил действие договор о стратегических наступательных вооружениях СНВ-III — последний действующий международный механизм контроля над ядерными арсеналами США и России. Фактически мир вошел в период, который многие эксперты называют самым опасным с конца 1960-х годов: впервые за полвека никаких формальных ограничений на ядерное оружие больше не существует.
Речь идет не о дипломатической формальности и не о "бумажном" соглашении. СНВ-III был последним элементом системы глобальных сдерживаний, десятилетиями снижавшей риск ядерной катастрофы — даже в самые острые периоды холодной войны.
СНВ-III устанавливал предельное количество ядерных боеголовок и средств доставки, но его ключевая ценность была другой — прозрачность и контроль. Инспекции, обмен данными, регулярные проверки давали сторонам понимание реального положения вещей и уменьшали риск фатальных ошибок.
Без этого механизма любое испытание, обучение или даже технический сбой в системе раннего предупреждения может быть воспринят как подготовка к атаке. В такой ситуации время на принятие решения измеряется минутами, а цена ошибки — миллионы жизней.
Чем реально грозит окончание действия договора о ядерном оружии
Радиобиолог Елена Паренюк считает, что формальное завершение действия договора СНВ-III само по себе не создает новых угроз — по крайней мере, не тех, которых мир не видел раньше.
По ее словам, проблема заключается не столько в исчезновении договора, сколько в том, что международные соглашения работают только тогда, когда стороны готовы им подчиняться. Россия, отмечает эксперт, давно вышла из этой логики.
"Это ничем не грозит, потому что ничего принципиально нового не происходит. Все договоры и договоренности основываются на вере сторон друг в друга и на готовности выполнять взятые обязательства. Россия уже давно поняла, что она ничему не подчиняется. Поэтому договор в данном случае — это, по сути, технический документ, который просто утратил силу", — говорит Фокусу Паренюк.
Эксперт проводит параллель с выходом России из-под юрисдикции Европейского суда по правам человека в 2022 году. Тогда, отмечает она, также не произошло никаких практических последствий — Россия просто вышла из международного правового поля.
"Для России это означает потерю цивилизованности. Мы, как человечество, живем благодаря способности договариваться и придерживаться договоренностей. А Россия с большой скоростью теряет международную легитимность. Другой вопрос — кого-то в современном мире эта легитимность еще интересует, или осталось только право силы", — продолжает радиобиолог.
Почему появились договоры о ядерном разоружении
Комментируя саму природу договора СНВ-III, эксперт напоминает, что он является прямым следствием Карибского кризиса 1962 года. Именно тогда мир впервые осознал, насколько быстро и безвозвратно может быть уничтожен.
"Во время холодной войны и США, и Советский Союз накапливали огромные ядерные арсеналы. И стало понятно: в случае их использования плохо будет всем. Ядерное оружие невозможно применить локально — оно всегда имеет глобальные последствия", — говорит эксперт.
Паренюк иллюстрирует это примером, который часто использовали аналитики еще в прошлом веке: условный удар по одной стране фактически будет означать катастрофу для всего Северного полушария — независимо от границ и политических блоков.
"Условно говоря, "выливать молоко" придется и в Москве, и в Париже. Именно поэтому после Карибского кризиса, при активном участии ООН, США и Россия начали договариваться о постепенном сокращении ядерных арсеналов", — продолжает она.
В этот процесс попала и Украина, отказавшаяся от ядерного оружия, оставшегося на ее территории после распада СССР. Его, как и другие боезаряды, начали постепенно уничтожать, чтобы уменьшить соблазн применения.
Россия вышла из игры раньше, чем договор закончился
По словам эксперта, Россия фактически прекратила реальное сокращение ядерных вооружений еще несколько лет назад.
"Россия начала сворачивать этот процесс примерно с 2020 года. Де-факто она не подчиняется логике договора уже пять-шесть лет", — отмечает Паренюк.
Теперь же просто истек срок действия соглашения, и ни одна из сторон не демонстрирует готовности его возобновлять. В этом контексте завершение СНВ-III лишь юридически фиксирует то, что давно происходит на практике.
Сдерживал ли договор Россию
По мнению Паренюк, сам по себе договор не был эффективным инструментом сдерживания — по крайней мере без реальных рычагов давления.
"Чтобы договоры работали, нужны механизмы воздействия и решимость их применять. Сейчас мы видим максимум "глубокую обеспокоенность". На этом все рычаги влияния заканчиваются", — говорит радиобиолог.
В то же время эксперт не считает, что мир стоит на пороге чего-то принципиально нового или неожиданного.
"Ждать ли нам чего-то нового и страшного, к чему мы еще не готовы? Да вряд ли. Мы уже все давно "упаковались на Щекавицу". Это ирония, но она хорошо описывает состояние общества — мы давно живем с пониманием всех рисков", — говорит эксперт.
Ядерное оружие как "оружие отчаяния"
Отдельно Паренюк останавливается на постоянной ядерной риторике российских чиновников, в частности в социальных сетях. Она называет это скорее элементом психологического давления, чем реальным планом.
"Ядерное оружие — это оружие отчаяния. Его применение не дает стратегического преимущества. Наоборот — это сигнал, что все другие аргументы исчерпаны", — говорит эксперт.
По ее мнению, реальная опасность сегодня — это не ядерный удар, а конвенционное вооружение, которое Россия уже массово применяет: дроны, ракеты, удары по гражданской инфраструктуре.
"Эффективность ядерного оружия как инструмента войны очень ограничена. Оно не уничтожает способность государства к сопротивлению, а лишь провоцирует ответ и полную международную изоляцию", — считает эксперт.
Паренюк отмечает: в случае применения ядерного оружия это стало бы демонстрацией крайней степени поражения Кремля — моментом, когда все "красные линии" уже перейдены.
Ядерный удар: а будет ли ответ Запада
В то же время эксперт скептически относится к идее автоматического жесткого ответа со стороны НАТО, даже несмотря на потенциальное радиоактивное загрязнение территорий стран Альянса.
"Теоретически говорили о возможности применения пятой статьи НАТО. Но практика показывает: если бы Запад был готов действовать решительно, мы бы увидели это значительно раньше", — резюмирует Паренюк.
В то же время Дмитрий Медведев опубликовал еще один пост, в котором заявил, что ни у кого не должно возникать сомнений, что Россия применит ядерное оружие.
А 2 февраля Фокус писал о выступлении российского пропагандиста Владимира Соловьева, который возобновил ядерные угрозы и предложил взорвать ядерную бомбу в космосе, чтобы уничтожить спутники Starlink.