Россияне откатываются на 30 лет назад, а ПВО — теряет "глаза": последствия ударов по дата-центрам "Яндекса"

Две ночи подряд поступают сообщения об ударах по дата-центрам российского "Яндекса". В ночь на 9 октября беспилотники атаковали объект в Калуге — один из крупнейших центров обработки данных в РФ. По предварительным данным российских источников, несколько его модулей выведены из строя. Точный масштаб повреждений и сроки восстановления остаются неизвестными.

Накануне, в ночь на 8 октября, OSINT-каналы сообщили об атаке на завод "Саста" и расположенный рядом датацентр "Яндекс ДЦ Сасово" в Рязанской области. На территории вспыхнул пожар, а впоследствии были зафиксированы масштабные перебои в работе облачной инфраструктуры "Яндекса": проблемы коснулись вычислительных мощностей, сетей, хранилищ и баз данных.

Банковские платежи, покупки и транспорт: как удары по дата-центрам могут затронуть россиян

Атаки на дата-центры "Яндекса" могут привести к гораздо более серьезным последствиям, чем временная недоступность отдельных сайтов. Как объясняет военно-политический эксперт Дмитрий Снегирев в комментарии Фокусу, от работы центров обработки данных зависят финансовые операции, деятельность бизнеса, логистика и повседневные цифровые сервисы.

"Прежде всего, это довольно серьёзные экономические проблемы: невозможность осуществлять банковские операции, расплачиваться картами. Это всё, что связано с экономической деятельностью и активностью", — говорит эксперт.

Отдельный риск — повреждение оборудования, на котором хранятся данные облачных сервисов. Снегирев подчеркивает: если вместе с основными базами данных будут уничтожены и резервные копии, восстановление информации станет значительно сложнее, а часть баз придется создавать заново.

"Если уничтожены резервные базы, это довольно серьёзный удар как по срокам восстановления, так и по возможности вообще осуществлять экономические операции", — отмечает он.

Для бизнеса перебои в работе могут означать потерю доступа к корпоративным базам данных, программам учета, спискам клиентов и информации о заказах. Даже если предприятие физически не пострадало, без этих инструментов его работа может остановиться.

"Исчезает доступ к веб-сайтам. Мобильные приложения и интернет-магазины также могут перестать работать. Это уже потери доходов: клиенты не могут оформить или оплатить заказ. К тому же нарушается доступ к корпоративным базам данных — ко всему, что обеспечивает работу", — продолжает Снегирев.

Следующее звено — логистика. По словам эксперта, проблемы с учетом товаров и координацией транспорта могут приводить к задержкам отгрузок и поставок. Компании теряют доступ к информации об остатках на складах, потребностях покупателей и объемах необходимых поставок.

"Это цепная реакция, так называемый "снежный ком". Нарушается логистика, останавливается отгрузка товаров. Нет корпоративных баз данных — непонятно, кто покупатель, сколько ему нужно, что следует поставлять", — говорит он.

В финансовой сфере такие сбои могут затруднять выполнение обязательств перед клиентами, выплату зарплат и расчеты с поставщиками. Снегирев отдельно обращает внимание на системы "клиент-банк", через которые предприятия осуществляют платежи, и мобильный банкинг, которым пользуются граждане.

"Если система "клиент-банк" перестает работать, это наносит удар по основе экономической жизни. Становится невозможно выплатить зарплату или рассчитаться с поставщиком. Перевести средства через мобильный банкинг также может оказаться невозможным", — отмечает эксперт.

В случае длительных перебоев будет расти потребность в наличных расчетах. Снегирев считает, что это создает дополнительную нагрузку на финансовую систему: необходимо обеспечить достаточный объем наличности. Если для этого прибегнут к дополнительной денежной эмиссии, он видит риск усиления инфляционного давления.

Для рядовых россиян последствия могут выразиться в недоступности привычных сервисов: мессенджеров, социальных сетей, электронной почты и приложений. Масштаб таких сбоев будет зависеть от того, какие именно системы использовали поврежденную инфраструктуру.

"Это всё то, чем человек ежедневно пользуется в телефоне. Плюс проблемы с интернетом. Сами россияне признают, что у них уже есть довольно серьёзные проблемы с его работой", — говорит Снегирёв.

К этому он добавляет возможные нарушения в сфере электронного документооборота: отправку судебных повесток, получение электронных рецептов, запись на прием к врачам и оформление социальной помощи.

Перебои могут также затронуть вызов такси, покупку железнодорожных и авиабилетов, электронную оплату проезда. Еще один пример — системы "умного дома", если их управление зависит от недоступных облачных сервисов.

"Возможность управлять бытовой техникой может исчезнуть. Это уже создает социальные неудобства. То есть последствия для гражданской инфраструктуры — это не только сайты, которые перестали открываться", — считает эксперт.

Разведданные, связь и ПВО: какими могут быть военные последствия

Военный эффект ударов зависит от того, использовали ли российские силовые структуры мощности атакованных дата-центров и какие именно системы там работали. Дмитрий Снегирёв не исключает такого использования, ссылаясь на практику аренды коммерческой инфраструктуры российскими военными.

"Мы отслеживали практику, когда они арендуют такие датацентры. Поэтому я не исключаю, что там могла быть и военная составляющая. Разговоры о том, что все военные датацентры обязательно расположены глубоко под землей, не дают полной картины", — отмечает он.

При таком сценарии повреждение центра обработки данных может повлиять на связь, оперативное управление войсками и обработку разведывательной информации. Как поясняет эксперт, речь идет о синтезе больших массивов данных в общую картину, на основе которой командование принимает решения.

"Это не просто телефонный звонок: "Иван Иванович, давайте действовать". Это объединение данных технической разведки, аэроразведки, спутниковой и агентурной разведки. Наблюдение, навигация — всё это обрабатывается и складывается в единую картину управления войсками", — продолжает Снегирёв.

Нарушение этой работы, по его оценке, может замедлить анализ ситуации и ограничить возможность принятия решений в режиме реального времени. Для украинской стороны снижение оперативности российского командования имеет значение в ходе боевых действий.

Отдельно эксперт выделяет защищенные каналы связи: серверную инфраструктуру зашифрованных мессенджеров и систем, связанных с военными сетями связи.

"Повреждение даже одного звена может существенно повлиять на координацию действий войск", — считает он.

Еще одно направление — обработка информации, поступающей с разведывательных беспилотников, спутников и радаров. По словам Снегирева, большие вычислительные мощности, в частности с применением искусственного интеллекта, позволяют быстро анализировать такие данные и передавать результаты для оперативного использования. Потеря доступа к соответствующему оборудованию может нарушить этот процесс.

Кроме того, дата-центры, обслуживающие силовой блок, могут хранить военную документацию, сведения, составляющие государственную тайну, а также персональные данные представителей Министерства обороны и спецслужб. Снегирев также обращает внимание на информацию о состоянии критической инфраструктуры, в частности атомных объектов. Если такие системы зависели от поврежденного датацентра, перебои могут затруднить доступ к важной информации и работу связанных с ней сервисов.

В то же время наличие резервных площадок и распределенной инфраструктуры может смягчить последствия удара. Снегирев признает возможность переключения на другой дата-центр, но подчеркивает: важное значение имеет и момент, когда произошла атака.

"Если удар нанесен в тот момент, когда система обеспечивала боевые процессы в режиме реального времени, например координацию работы ПВО, даже временное нарушение может иметь серьезные последствия", — говорит эксперт.

Именно в этом он видит возможную связь между атакой на цифровую инфраструктуру и ударами по другим российским объектам. По его мнению, оценивать выбор целей нужно в контексте всей операции.

"Учитывая комплексный характер удара, несколько волн и тот факт, что атаковали не только датацентр, выбор объекта мог быть неслучайным. Речь могла идти о выводе из строя инфраструктуры, обеспечивающей обработку и анализ ситуации для боевых систем в режиме реального времени", — считает Снегирев.

По его оценке, такой сценарий мог бы затруднить работу российской ПВО во время последующих ударов, в частности по нефтеперерабатывающим предприятиям.

Дополнительный риск — потеря резервных и архивных копий. Если они были уничтожены вместе с основными системами, последствия выйдут за рамки временной остановки работы: придётся восстанавливать сами данные.

Наконец, скорость восстановления зависит и от наличия специалистов. Снегирев подчеркивает роль технического персонала и системных администраторов, особенно если речь идет об инфраструктуре, обслуживающей силовые структуры.

"Найти квалифицированного системного администратора для таких объектов довольно сложно. Это специалист высокого уровня, который также проходит специальные проверки. Поэтому возможные потери среди такого персонала могли бы дополнительно затруднить восстановление", — отмечает эксперт.

Напомним, в ночь на 9 октября беспилотники атаковали Редкинский опытный завод в Тверской области РФ. По данным мониторингового канала Exilenova+, предприятие производит компоненты топлива для крылатых ракет Х-55 и Х-101.